Влад Талтош. Том 4. Дзур. Джагала. Иорич - Стивен Браст

Он кивнул, с усмешкой взглянул и сказал:

– Знаете, мы уже три года не пользовались этим кодом.

– Да? А какой же… нет, неважно. Прошу прощения.

Он кивнул, а я прошагал мимо него в следующую комнату.

Игра в шеребу была в разгаре, и я готов был поклясться, что те же самые недотепы сидят на тех же самых стульях в тех же самых позах с теми же столбиками монет, выстроенными в тех же пропорциях, что и в последний раз, когда я тут был. Конечно, взгляни я в их лица, я мог бы заметить разницу, но дело того не стоило. Дежурный вышибала покосился на меня, я заискивающе указал на дальнюю дверь и вопросительно двинул головой. Он кивнул, и я прошел к лестнице.

Джарег, которого я не знал, подпирал стену на верхних ступенях лестницы. На середине пролета я остановился и спросил:

– Крейгар на месте?

– Вроде да, – ответил он. – А о ком…

– Передайте, что здесь кое-кто с сообщением от Киеры Воровки.

Кажется, я вырос в его глазах. Лицо его на мгновение потеряло выражение, потом он проговорил:

– Подождите.

Я кивнул, и миг спустя он сказал:

– Хорошо, поднимайтесь.

Я поднялся по знакомым ступеням, и мне вдруг подумалось, что здесь, в моей бывшей конторе, возможно, единственное место во всей Империи, где выходца с Востока встретят вежливо. Что ж, наследие не из худших.

Я не узнал парня, который сидел за столом, принадлежащим Мелеставу до того, как тот поддался искушению[63]. Он кивнул:

– Вот эта дверь. Проходите.

Да, я знал эту дверь. Когда-то она была моей. На миг я разозлился на Крейгара, занявшего мою контору, потом сообразил, что это совершеннейшая дичь. Входя внутрь, я смотрел очень внимательно, и да, он сидел там, за столом, взирая на меня с вежливо-безличной деловой улыбкой, столь отличающейся от его всезнающей ухмылки.

– Я Крейгар, – проговорил он. – Садитесь. У вас сообщение от…

– Насчет этого я соврал, – признался я. – Не возражаешь, если я прикрою дверь?

– Влад!

Я понял это как «да» и закрыл дверь. Он сказал:

– Что ты…

– Не возражаешь отворить окно, Крейгар?

– Зачем? А, ну да.

Он открыл окно, внутрь влетели Лойош и Ротса, устроившись у меня на плечах. Лойош прошипел «привет», пока Крейгар закрывал за ними створки.

– Ладно, Влад. Теперь что…

– Ты, – прервал я, – самый хитрый сукин сын, какого я знаю.

– Э? А что я такого сделал?

– То же самое, что делал много лет, но ни разу мне не заикнулся.

– Э… Влад, я не уверен…

– Передай владельцу, что товар готов к отправке и ему может потребоваться место, чтобы принять его полностью.

У Крейгара отвисла челюсть, а я почувствовал себя удовлетворенным.

– Как ты… я даже не знаю, о чем спросить в первую очередь.

Я кивнул:

– Да, со мной так часто бывает.

– Влад…

– Ладно, к твоим вопросам мы скоро вернемся. Но перво-наперво – работа.

– Какая работа?

– Оформить договор.

– Какой договор?

– Передай владельцу…

– То есть ты серьезно?

– А с чего ты решил, будто я шучу?

Чуть погодя он сказал:

– Ну, ладно. Ты серьезно. Мне нужно… Груди Вирры, Влад! Ты просто вот так вот вваливаешься и… Ладно. У тебя есть имя?

– Шандор.

– Так. Где найти этого Шандора?

– Нет-нет, это мое имя. Когда я замаскирован.

– А это маскировка? Мне показалось, ты просто сменил одежду.

– Заткнись, – предложил я.

– Впрочем, берет тебе идет.

– Заткнись.

– Ну ладно, теперь я, по крайней мере, знаю, как называть тебя, когда ты не отвечаешь на вопросы.

– Ты имеешь в виду имя цели?

– Да, это помогло бы.

– Это волшебница по имени Критнак. Из Левой Руки.

– Ладно. Еще информация?

– Ее сестра мертва.

– Ладно. Это важно?

– Сомневаюсь.

– Что еще?

– Волшебница очень сильная. Она ухитрилась найти меня, хотя никакой возможности сделать это не имела.

– Он уже дрожит от ужаса. Что еще?

– Ты давно работаешь связным у Марио, Крейгар?

– Что-то около девяноста лет, пожалуй.

– Как вы встретились?

– Нас познакомил наш общий друг.

– Друг? Не думаю, что Алиере ты хотя бы симпатичен.

Он усмехнулся.

– Один-ноль в твою пользу, Влад.

– Крейгар, а разве ты когда-то не сказал мне, грубо говоря, что не знаешь, как связаться с Марио?

– Э, не думаю, что сказал именно так. Возможно, я слегка сгустил краски.

– Угу.

– Но я в тот раз спросил его, хочет ли он, чтобы к нему обратились. Он не захотел.

– Почему?

– Не в моих обычаях задавать подобные вопросы.

– Ладно.

Он кивнул.

– Посиди здесь, мне надо отослать сообщение.

– Угу.

«Думаешь, он занят именно этим, босс?»

«В смысле не работает ли он над тем, чтобы получить награду за мою голову?»

«Ага».

«Я ему доверяю. А ты?»

«Доверяю, но исключительно потому, что если он не доставит послания для Марио, тот его убьет».

«Тоже правильно».

Глядя в открытую дверь, я подумывал, не закрыть ли ее. Нет, все же больше это не моя контора. Я огляделся. Как же я скучал по этому месту. Не больше всего на свете, нет, но – скучал.

– Ладно, Влад. Могу я теперь задать пару вопросов?

Я подпрыгнул чуть ли не до потолка и уставился на Крейгара.

– Только не спрашивай, почему я тебя ни разу не убил. Сам не знаю.

Он ухмыльнулся. Может, я ни разу не убил его, потому что он один точно знал, когда я шучу.

«А я?»

«А ты только вчера не понял одной из шуток».

– Так где ты был, Влад?

– Ты про последние годы?

– Вообще-то про последние дни. Но и про годы мне тоже интересно.

– Везде. Прогулялся на Восток, на северо-востоке… везде.

– Ладно. Но последние дни… а, ну конечно. Ты жил в Южной Адриланке, гуляя там среди выходцев с Востока.

– Точно. Как тебе понравилось заправлять делами?

– Мне нравятся деньги.

– Да, это приятная сторона. Проблемы были?

– Да. Найти такого дурака, который делал бы для меня все, что я всегда делал для тебя.

– Было трудно, да?

Он кивнул.

– Так что происходит? Я не слышал…

– Ты все это время работал на Марио, хитрая сволочь.

– Ну да.

Я покачал головой.

– И хуже всего, тебя по-настоящему забавляет то, насколько меня это потрясло.

Он невинно улыбнулся.

– Сволочь.

– Это значит, что ты не расскажешь мне, что происходит?

– А ты действительно хочешь влезть в мои дела больше, чем уже влез?

Он пожал плечами.

– Почему нет?

– Ну, для начала тебя убьют.

– Ладно. А что потом?

– Насколько я понимаю, никаких «потом» уже не будет.

– Что, одна-единственная проблема? Не так много.