Искажение - Сергей Цеханский

Сергей, уцепившись за порыжевший металлический баллон, расслабленно перебирал ногами.

Вид поселка с моря впечатлял. Зеленый склон, небоскреб пансионата, одноэтажные грибы-коттеджи, танцплощадка с белой колоннадой — все это было, словно на открытке. Наверху соседнего холма стоял бетонный бункер, где Иваныч черпал воду. Дальше шли холмы, сплошным полукольцом ограждавшие поселок с севера. По краям полукольца в море обрывались две скалистые горы. На одной из них виднелась любопытная конструкция. Нечто угловатое и темное, непонятной формы и неведомого назначения. Возле нее, Сергею показалось, копошились люди...

— Здравствуйте, девушки! — елейным голосом внезапно произнес Володя. — Может, вам помочь?

Очевидно, Вова тоже засмотрелся на поселок, а когда опомнился, девицы были уже рядом.

— Вы, наверное, устали? — помог товарищу Сергей.

— Да нет, не очень, — охотно отозвались девушки. — Мы хорошо плаваем.

— Наверное, спортсменки?

— Конечно! А вы?

— А мы любители, — вздохнул Володя.

— Мы по другому виду спорта, — пояснил Сергей, желая закончить эту тему. — Кстати, как вас зовут?

— Таня и Наташа. А каким вы спортом занимаетесь?

— Да разными видами...

— Многоборьем?

— Ну, не только...

— А все-таки?

— Да не важно, — отвел вопрос Сергей, дивясь такой настырности. — Если честно, мы вообще ничем не занимаемся.

— Хи! — прыснули девицы. — Такого не бывает!

— Почему? — удивился Вова. — Так оно и есть.

— Ну, вы даете! Какие же из вас солдаты?

— Солдаты? — Сергей с Володей переглянулись. — Мы не солдаты.

— Ну, офицеры.

— Да мы вообще гражданские!

—  Хаха-ха! Ну, шутники! До поры, до времени мы все гражданские. А если вдруг пожар?

Сергей с Вашей опять переглянулись.

— Пожар? Какой пожар?

— Да вы что, ребята? — обиделись девчонки. —  Издеваетесь?

— Мы?! — вскричал опешивший Сергей, но тут же успокоился, решив все выяснить. - Девушки, милые...

— Прекратите пошлить! — гневно перебила Таня. — Что за глупые намеки?

Сергей осекся, с мольбою посмотрев на друга.

— Ну что вы! — протянул Володя примирительно. — Никаких намеков, мы серьезно...

— И мы серьезно! — запальчиво произнесла Наташа. — Зачем вы дразнитесь?

Сергей, чтобы собраться с мыслями, погрузился в воду. Разговоре девицами выходил за рамки опыта, приобретенного в аналогичных ситуациях. Смысл ускользал, что нужно говорить — не ясно.

— Ну, я вообще-то футболом увлекался, — уныло оправдывался Вова, вспомнив, очевидно, детские дворовые баталии. — На санках там, на лыжах... Велосипед...

— Это правильно! — одобрила Татьяна. — А вы, Сережа?

— Да я тоже, конечно... А давайте к берегу!

— А давайте! — загорелись девушки. — Наперегонки?

— Не-ет, — протянул Сергей. — Потихоньку, пообщаемся. Потом в карты поиграем. Любите картишки?

— Что-о?! — глаза девчонок округлились. — Картишки?

Сергей на всякий случай снова погрузился в воду. Когда поднялся, Вова разглагольствовал:

— В карты мы, конечно, не играем, но, знаете, чтобы проверить, с кем имеешь дело, полезно иногда прикинуться картежником.

— Понятно, — серьезно согласилась Таня. — Люди разные встречаются, надо проверять. Так вы в футбол играете?

— Да, и футбол! — вошел во вкус Володя. — Я в нападении, а он в защите. Мы вообще-то из общества «Динамо».

— Аа... — Девицы выразительно переглянулись. — Тогда вес ясно, — И с уважением посмотрели на Сергея. - Что ж вы сразу не сказали? Мы бы поняли. А то про карты начали.

— Да вот... — сглотнул Сергей морскую воду. — Приходится...

— Для маскировки? - догадливо блеснула глазками Наташа.

— А-гум! — булькнул Сергей, привычно уходя под воду.

— А что вы все ныряете? — встретила вопросом любопытная Наташа. — Готовитесь к тушению подводных возгораний?

— Натка! — оборвала ее Таня. — Им же не положено!

— Ой, извините!

— Ничего, бывает, — просипел Сергей, с облегчением ощутив ногами дно.

— Мы никому не скажем! Честно!

— Да уж, пожалуйста. Не говорите.

— А пойдемте с нами в волейбол играть!

— Хотелось бы, но... К сожалению, не выйдет.

— У вас, наверное, очень опасная работа?

— Угу... Извините, но нам пора идти.

— Да, да, конечно. Но мы еще увидимся?

— Непременно.

Ребята, даже не обсохнув, похватали вещи и быстренько смотались. Миновали набережную, зашли за куст и принялись переодеваться.

— Кой черт дернул тебя с ними здороваться?! — неожиданно вскипел Сергей.

— Мы ж договорились! — опешил Вова.

— Да плевать! — неистовствовал Сергей, давая волю чувствам. — Надо было сначала разобраться! А то раскатал губищи, нашел себе дурех! Де-евочки! Мы-ы спортсме-ены! Меня еще втянул! Солдаты какие-то, пожары, опасная работа, волейбол! Тьфу, напасть! А чтоб вас всех!..

Друг переодевшись, молча ждал. Когда Сергей, облегчив душу, благополучно выбрался из пароксизма гнева, Володя сдержанно спросил:

— Все?

— Все, — хмуро подтвердил Сергей.

— Тогда пошли. Надо к ужину чего-нибудь купить.

— Пошли...

Глава IV

Ужин с продолжением

Торговый центр располагался в той самой крепости, что несколько часов назад ублажала взор Сергея. Там же находились складские помещения, квартиры и клуб работников местного завода шампанских вин. Самих шампанских вин в продаже не было, как, впрочем, и других спиртных напитков. Но зато!..

Закупив картошки в овощном, ребята заглянули в гастроном и обалдело замерли. На прилавке аккуратным штабелем красовались баночки с лососевой икрой! Дефицит, вкус которого Сергей с Володей давно уж позабыли, находился в нескольких шагах! Очередь — три человека!

Ребята подошли. Когда Сергей увидел цену, то решил, что спит — банка стоила всего лишь полтора рубля! Это было невозможно, немыслимо и даже глупо, но люди брали, платили мелкими купюрами и спокойно отходили.

— Икры... — прошептал Володя продавщице. — Сорок банок...

— Даем не больше трех.

— Пусть три, — быстро согласился Вова.

— И мне, — откликнулся Сергей.

Шесть банок перекочевали в сумку.

— А завтра будет? — спросил Володя хрипло.

— Естественно, — последовал ответ невозмутимой продавщицы.

— Естественно? — ошалело повторил Сергей и тут же забубнил приятелю на ухо: — Теперь хлеба, масла, водка у нас есть, картошку сварим и!..

Вова деловито пересчитывал рубли в бумажнике.

— За три недели, — произнес он, наконец, вращая дикими глазами. — Шестьдесят три банки! А если заходить сюда утром, днем и вечером...