Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

- Сам не знаю, само вышло, - ответил я, разведя руками. – Специально не готовился. Он атаковал, я ответил.

- Ладно, иди, отдыхай.

Этот, немного напряжённый день заканчивался. На город опускались сумерки, начал падать пушистый снег. Хорошо, что ветра нет, снег ровным слоем покрывал крыши домов, деревья, мостовые и переулки. До утра нападает много, подумал.

Дома меня встретил растерянный Силантий.

- Ваше высокоблагородие, в ваших покоях гость, - пряча глаза, сказал денщик.

- Силантий, я просил, никого в мой кабинет, в моё отсутствие не допускать. Разве тяжело это усвоить?

- Каюсь, оробел я немного, не знал, как себя вести с графиней.

- О! Так у нас в гостях женщина, да ещё и графиня?

- Госпожа так представилась. Она приехала в большой карете, поставленной на полозья. В сумерках я не рассмотрел, кому карета принадлежит. А потом было не до этого. Графиня ворвалась в наш дом подобно ветру. Вас требовала. Меня заставила сервировать стол в вашем кабинете, с собой две большие корзины продуктов принесла. Ну, я и расстарался, ну, и немного, это я, не смог отказать.

- Тогда так. На сегодняшнюю ночь, ты совершенно свободен. Найдёшь где переночевать?

- Конечно, чай не первый день в столице обретаюсь. А может мне тута вас обождать, помощь, какую оказать?

- Иди помощник, сам разберусь.

Силантию дважды повторять не надо. В считанные секунды облачился в шинель, и растворился в снежной пелене.

Дожился ты Степан Иванович, тебя уже на дому, графини посещать изволят! Интересно, кто пожаловал? Знакомств в высшем свете у меня нет. А чего гадать, открывай дверь кабинета, сам увидишь.

Возле моего рабочего стола, в кресле дремала молодая особа, возрастом, примерно, около двадцати пяти лет. Миловидное круглое личико, обрамляли светло-русые волосы, собранные в оригинальную причёску Рассмотреть глаза не мог, закрыты они. Руки опущены вдоль туловища, в одной из них был зажат веер. Длинное и пышное платье, с очень глубоким декольте, смотрелось на даме очень эффектно. На шее присутствовал кулон, в виде крестика, усыпанного камнями. От гостьи исходил приятный запах парфюма. Ничего, в целом, милая такая дама.

- Покорнейше прошу простить, - обратился к гостье, - за вторжение в свой кабинет, и за беспокойство, которое вам доставил. – Не могли бы вы просветить меня, тёмного, кто почтил меня своим вниманием?

Гостья почти подпрыгнула в кресле: - Кто здесь? Что вам надо? – испуганно спросила дама.

- Я у себя дома. А вы кто?

- Ох, извините, задремала, вас дожидаючи, - смущённо сказала гостья. – Графиня – Ванда Лесовская.

- Очень приятно графиня. Мне, насколько я понял, представляться не надо.

- Не надо. О вас весь Санкт-Петербург говорит, а видели только единицы. Мне повезло, я видела вас мельком на балу у губернатора. Правда, не удалось с вами поговорить, вы так быстро покинули общество. Я поинтересовалась у своих знакомых, и выяснила, что вы не бываете в свете, все больше в походах и на маневрах. Вы так меня заинтересовали, что я не удержалась, и решила прибыть к вам с визитом. Вам чуждо моё общество?

- Нет, что вы, общество женщин, мне очень даже нравится. А таких прекрасных, как вы, то вдвойне. Вот времени на общение не всегда хватает.

- Для женщин, время всегда нужно находить. Ну, что вы стоите подполковник, поухаживайте за дамой. Предложите мне вина.

Я быстро откупорил бутылку вина, и разлил по бокалам. Один передал Ванде, второй согревал в своей руке.

- Давайте Степан Иванович, выпьем с вами за знакомство, предложила Лесовская. – Я рада, что мне удалось первой из всего света, попасть к вам домой.

- Вы с кем-то заключили пари?

- Да, что вы такое говорите!? Какое пари. Мне стало жутко интересно побывать в гостях у героя суворовского похода. Молодой, сильный и красивый молодой человек, которого я заметила на балу, был замкнут, ни с кем не флиртовал, а потом неожиданно исчез. Вы не находите, своё поведение немного странным?

- В столице я недавно. На приёмах и балах не бываю, очень занят на службе.

- Конечно, это вас несносный Багратион, так службой обязал?

- Должность командира полка, обязывает проявлять заботу о солдатах.

- А обо мне вы позаботитесь?

- Готов посвятить вам весь сегодняшний вечер.

- А я очень надеюсь, что и ночь мне посвятите.

- Готов объединить вечер и ночь воедино! – сказал, уже заключив графиню в своих объятиях.

- Ах, вы такой решительный! Я не в силах оказать сопротивление таким пылким и настойчивым действиям.

Не тратя время на пустые разговоры, я впился поцелуем в губы графини. Мои руки, тоже не остались безучастны. Скользнув в декольте платья, нашёл небольшую упругую грудь, и начал легонько массировать и ласкать. Грудь и соски начали обретать твёрдость Дыхание Ванды участилось. Нет, милая графиня, торопиться я не буду, хотя сдерживаться мне было ой, как нелегко.

Взяв женщину на руки, отнёс на свою кровать, рассчитанную на одного человека, и не очень приспособленную для плотских утех. Но разве такая мелочь может остановить молодые организмы?

Платье и все остальное белье гостьи улетело в сторону, рядом горкой разместилась моя одежда. Ванда попыталась прикрыться хоть чем-нибудь из постельных принадлежностей. Ага, кто-то ей это позволил. Я усилил ласки. Целовал шею, грудь, живот, а руками исследовал внутреннюю поверхность бёдер, гладил по спине и попе. На лице графини появилась довольная улыбка, а глазки начали томно закатываться, из уст вырывались негромкие стоны. А сейчас графиня вы испытаете кое-что из сексуального арсенала XXI века, петтингом называемого, мысленно произнёс я. А дамочка, отменная зажигалочка, завелась, очень даже откровенно и не на шутку. Когда я заметил, что графиня подходит к рубежу наивысшего наслаждения, взял её жёстко и напористо. Не прекращая ласки, я все увеличивал темп. Графиня, обхватив меня ногами за талию, а руками за шею, пыталась полностью раствориться во мне, подаваясь всем телом навстречу. Через несколько секунд её радостный крик известил, о достижении пика блаженства. Ну, мы так не договаривались мадам, а как же я? А я продолжил, казалось с удвоенной скоростью. Ванда просто взвыла, толи от удовольствия, то ли от неожиданности, я не заморачивался, о своём удовольствии тоже надо заботиться.

За первым разом, сразу же последовал