Highschool of the Dead: Генезис распада - SadDecorator

— Иди сюда, сученыш! — обратившийся в «крещеного» охранник, как ужаленный в первый раз героиновой иглой, выскочил из своей будки и бросился напролом.

Вытянув руку как Самуэль Джексон в роли ниггера с огромной афро-прической, быстро объяснил охраннику, что лезть на меня смертельно опасно для здоровья.

Если вы думаете, что в школе тихо, как на кладбище, вы будете ой как неправы, отовсюду несся дикий ультразвук, кринжовый балаган и сумасшедшая обезьянья возня.

Двигаясь с абсолютным пофигизмом того самого психопата с баллоном со сжатым воздухом, соединенным с пневматическим пистолетом для убоя скота, не помню, как звали персонажа, но причесон у него был всратым, минусовал по одному «крещеному».

Не забывал совершать четкий контроль, чекая спину и тёмки, откуда могут внезапно и с дикими вскриками выпрыгнуть зараженные.

Сам-то топал дальше, наблюдая, как обратившиеся за кем-то увлеченно гонялись.

Сталкерство «крещеных» обнулялось ровно в тот момент, когда, встав в позу Робокопа, оставлял позади этих фриков в лежачем положении и с блаженными улыбочками дурачков.

В основном по пути попадались жесткие расправы «крещеных» над местными школопедусами. Мой же маршрут сейчас лежит прямиком в уборную. Бойня бойней, но толкан строго по расписанию.

Немного в одном месте зудит из-за того, что стены академии по соображениям личной безопасности не позволяют палить по комнатам гранатами.

Чтобы ненароком ничего не поймать лицом и случайно не зацепить выжившего человека, вынужден «экономить» гранатные патроны, перезаряжаясь и заставляя эти снаряды пропадать. Приходится лишать себя кайфа устроить тотальный праздник разорванных взрывной волной тел моих противников.

Неслабо так удивляет другой факт, при наличии в школе около тысячи человек, данные в источниках разнились касаемо численности обучающихся, но суть вы, главное, уловили, мне вообще не попадались нормальные люди.

Приходилось довольствоваться результатами кропотливой работы «крещеных». Эти психи оставили после встречи со своими жертвами готовые концепты для мангаки, рисующего сюжеты в жанре гуро.

Поинтересовавшись у еще одного голого «крещеного», у которого в паху болталась чья-то отрубленная женская голова с хвостом из куска позвоночника, могут ли его мозги выйти со мной погулять, получил желаемый ответ.

Серьезно, этот фрик, увидев пушки у меня в руках и осознав скорую смерть, сам вызвался помножиться на ноль, причем выдал эмоции счастливчика, выигравшего джекпот в лотерее на пару-тройку лямов зелени.

Без лишних раздумий оборвал его пустую и никчемную жизнь.

После него секунд через семь-восемь нарисовалась «крещеная» в разорванном в клочья костюме, оголяющем горячо любимые гунерами зоны, которые активируют нейроны этих обезьянок.

Училка, крутя внизу максимально неприличные финты пальцами, пялилась на меня.

Она приближалась с намерением провернуть что-то из разряда приятного для себя и полезного для всей команды «крещеных».

— Иди ко мне, — скрипуче проворковала училка с оскалом гиены из диснеевского мультика, — vы3bū свою мамочку. Сделай ей хорошо!

— Пошлость, — заговорил как Михалков, — звенящ-щ-щ-щ-щая пошлость.

«Крещеная», продолжая изрыгать фразы из низкосортного хентая в жанре инц-… осуждаем, прямо с обычной походки резко метнулась на меня.

Для нее этот беспонтовый мув стал выдачей красной карточки от судьи. Капитальный вылет до конца матча, который в нашем случае означает путевку на тот свет навсегда.

Перезарядившись с двух рук, а точнее, перехватив оба пистолета в одну ладонь и удерживая в таком положении, избавился от магазинов с оставшимися внутри по одной пульке.

Дождавшись, пока в свободной руке магическим образом материализовались новые магазы, резким толчком вогнал в емкости для боеприпасов.

Почти добравшись до нужного мне ответвления с картинками обычного стикмена и стикмена в угловатом платье, словил дешёвый скримак.

На меня резко, как понос после микса из рыбы, молока и мятных конфет, выпрыгнул школяр с закосом под шамана из племени садистов-каннибалов. На шее у него красовалось миленькое ожерелье из мужских бибусов разной длины, широты и степени целостности.

На груди у «крещеного» был надет своеобразный топик или бронелифчик из вырезанной женской груди. Этот бронелифчик, как и его аналоги из фэнтези, не нес в себе никакого смысла и вообще не прибавлял защиты.

Парень, кстати, щеголял в порванных штанах, открывающих вид на отсутствие бибуса, ведь вместо него там плотненько так залегла густая краснота, размывающая плоть алым оттенком.

— Отдай мне свой }{уŇ, недоносок! — ворчливо потребовал у меня этот непростой тип.

— Иди пропердись, — надвинул гогглы на лоб и косо расположил этот аксессуар.

Психованный коллекционер джунджуриков переселился в компактный деревянный домик без окон и дверей.

Зашел в женский «гальюн», потому что по личному опыту нахождения в пацанских туалетах своей родной альма-матер знал, что там можно склеить ласты прямо на входе от удушливого амбре и полного трэшака, который парни устраивают с толкачами.

У девчонок, пускай не везде и не всегда, с этим делом почище, хотя тут в памяти возродилось, как на тусе одногруппника, того фаната Каменистого и по совместительству сына родственника мэра Киева, по ошибке забрел в женскую уборную. Жесть и кошмарики.

Дверь открыл резко, как Торк из игры «Зе Сафферинг».

Закрыв за собой дверь, занял кабинку. Предварительно прочекал обстановку на отсутствие посторонних, хотя «крещеные» вполне могли залезть ногами на толкан, чтобы спрятаться.

«Да пофиг, если там и засейвился кто-то, этот фрик уже не жилец, тут можно без проблем развернуться», — приспустив штаны, почувствовал приятное облегчение в мочевом пузыре.

Закончив со всеми этими черными делами, спокойно вышел.

— Апхчи! — чихнула какая-то девчонка из самой последней кабинки.

Ловушка или фантастическая случайность?

— Пчел, — обратился к ней, решив не приближаться к этому месту. — Мой тебе совет, можешь выслушать или пропустить мимо ушей, дело твое, просто предупрежу, что подолгу отсиживаться здесь небезопасно. Может, мутанты и сюда не забредут, но вот «крестики» тебя тут одну точно не оставят.

— П-постойте… — сказала незнакомка с интонацией уличной кошки, ждущей, что двуногий подберет ее. — Вы п-поможете мне?..

— Что же ты будешь делать, — вздохнул, сжав кулаки и уперев ладони в бока, как футбольный тренер, увидевший, что команда не оправдала надежд, а затем слабо пнул невидимый мяч. — Лан, слушай, ты вооружена хоть чем-нибудь? Напильники там, спонжик, — не понимал значения, смысла и внешнего вида названных предметов, — хоть чем-нибудь?

— Н-нет, — ответила девица, сдерживая слёзы. — П-п-пожалуйста, п-п-помогите мне…

— Помогу, помогу, — сдержал я слово, — ты выйди для начала, здесь, кроме нас, никого нет.

Пока школьница выбиралась наружу, сдвинул немного маску, чтобы в очередной раз не пугать бедняжку.

Из проёма показалась низкая и полненькая тянка с растрепанным каре в очках, круглое лицо которой казалось приплюснутым и одутловатым.

— План такой, пристроим тебя к