Частный детектив второго ранга. Книга 5 - Алекс Ключевской

приезжих. А те, которые к дирижаблю приехали, разве подозрительные? — Свиридов увидел, как у меня сжались кулаки, и зачастил: — Андрей Михайлович, у меня правда из головы вылетело, что вы не местный и могли ничего не знать. Так же как и Селин с Дерешевым. Они-то в округе не работали никогда, часто уезжали далеко и надолго, а в Дубровске многие, поди, и не в курсе. Иначе давно бы уже эту лавочку прикрыли… — он выдохся и замолчал.

— Продолжай, — я нетерпеливо постучал костяшками пальцев по столу. Свиридов вздрогнул и снова заговорил.

— Эта стоянка довольно далеко от Лилейника расположена, в ничейных землях. Это почти пять километров, если по прямой считать. Ну и чуть поменьше, если по границе с графом Макеевым ехать, но там тоже озеро краем проезжать придётся, только с другой стороны. А все жертвы-то из Лилейника были. Все местные, ни одного постороннего. Да и вообще, если бы вы с бароном Князевым что-то не заподозрили, то всё бы на озёрную нежить списали. Вот никто и не додумался вам про дирижабли рассказать.

— А скажите, Николай, убийства в Лилейнике как-то повлияли на маленький бизнес этих ушлых контрабандистов? — Иванов, про которого я, если честно, совсем забыл, подал голос с диванчика у стены, где с комфортом расположился, внимательно изучая привезённые Свиридовым бумаги и слушая наш занимательный разговор.

— Конечно повлияли, вся корреспонденция почти свернулась. Раньше дирижабль почти каждую неделю летал, а сейчас почти месяц ждал, чтобы порожняком не идти. Да и то только самые отчаянные до него добрались, ну и плата, естественно, выросла, — Свиридов покосился на следователя, и тут же перевёл на меня преданный взгляд.

— А почему? — Иванов отложил в сторону бумаги, выпрямился и принялся буровить моего помощника поистине прокурорским взглядом. — Озёрники практически никого не трогали. Не больше, чем обычно, во всяком случае.

— Многие боялись. Не понятно же, кто там молодых парней убивает, — вздохнул Свиридов. — Да, Андрей Михайлович, я же вам в отчёте писал, что даже закупщики практически перестали ездить в Лилейник, чтобы зря время не терять. Да и разозлилась нежить быстро. Их же, считай, без добычи оставляли, да ещё и подозрения разные даже до барона Князева дошли. Если бы Ростислав Семёнович вас не знал, то и разбираться бы не стал. Белова бы нанял, и тот же Селин со своей командой давно уже озеро от нежити освободили бы.

— Ненадолго освободили бы, — я поморщился. — Нежить — это такая дрянь, которая весьма быстро снова появляется. Девки как топились от несчастной любви, так и будут топиться, и ничего с этим поделать нельзя.

— Так-то оно так, но некоторое время поспокойнее было бы, — Свиридов снова вздохнул. — Хотя я погорячился, чего уж там. С озёрниками так просто не справиться, повозиться Белову пришлось бы. Очень уж неудобные противники эти озёрники.

— И дорога всё равно была бы закрыта, — я задумчиво побарабанил пальцами по столу. — И закрыта она для всех, кроме…

— Кроме? — Иванов подался вперёд, переводя взгляд со Свиридова на меня.

— Кроме тех, у кого есть амулет защиты от озёрной нежити, — закончил я, выпрямляясь. — Савелий сказал, что у убийцы как раз такой амулетик присутствует. Хранитель каким-то образом умудрился его учуять.

— Ага, — Иванов схватил со столика бумаги и начал судорожно в них копаться. — Это в корне меняет всё дело, абсолютно всё, — бормотал он, пробегая взглядом по исписанным Костей листам. — Мы гадали, почему именно Лилейник, а ответ был практически на виду. Но этот гад хорош, что уж тут говорить. Вот! — воскликнул он так громко, что мы со Свиридовым вздрогнули от неожиданности. А Иванов вскочил с диванчика и бросился ко мне, потрясая одним листом из обширного доклада Беркутова. — Я, кажется, нашёл, кого именно нам нужно будет завтра допросить.

Он протянул мне лист, и я быстро пробежался взглядом по списку лиц, в отношении которых вёл расследование Семёнов.

— Да, думаю, ты прав, — прикинув все за и против, ответил я. — А чтобы отвлечь нас от них, и было предпринято покушение на вдову. И да, это было именно покушение на вдову. Мы с Савелием там оказались совершенно случайно.

— Только убийство оружейника сюда не вписывается, — Иванов задумчиво потёр подбородок. — Неужели просто случайность?

— Вряд ли, этот гад ничего не делает случайно. Скорее всего, он побоялся, что Тихон Смольников его опознает. Он же у него медвежью лапу покупал и пришёл за второй, — я бросил список на стол. — Подозреваю, что он шёл к оружейнику уже зная, что в итоге убьёт его. А та запись была сделана как раз просто так. Просто, чтобы позлить меня, показать, что он обо мне знает.

— Да, похоже на то, — задумчиво кивнул Иванов. — Ладно, поздно уже. Я, пожалуй, пойду. Надо ещё в управу заскочить. Завтра увидимся.

— Свиридов отвезёт тебя, по крайней мере до управы, — ответил я категорично. — Не хватало ещё, чтобы толкового следователя эта мразь приговорила.

— Как скажешь, я не против, — Иванов широко улыбнулся. — Но, Андрей, я его не интересую, готов поспорить на что угодно.

— Коля, отвези Ивана Савельевича куда он скажет, — приказал я Свиридову, вытянувшемуся ещё больше, хотя казалось, что больше уже некуда.

Они вышли из кабинета, а я сел за стол, вытащил блокнот и принялся раскладывать имеющиеся у нас данные, как говорится, по полочкам. И так, что мы имеем? А имеем мы следующее: убийца с помощью нелегального почтового канала передавал информацию кому-то третьему. Вопрос зачем не стоял, потому что ответ был очевиден — деньги.

В любом мире в любое время тот, кто первым получает определённого рода информацию и может ею правильно воспользоваться, получает не просто огромные, а неприлично огромные деньги. Но нельзя было допустить, чтобы этой информацией воспользовался кто-то другой, поэтому и была затеяна эта сложная схема с перекрытием пути к дирижаблю. Самим доставить или использовать курьера было не проще — терялось драгоценное время, потому что есть информация, получение которой имеет смысл только тогда, когда ты получил её первым.

Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. А ведь хорошая схема получилась, самое главное — действенная. Вот только откуда-то появился окрылённый новой должностью Семёнов, который мог спутать все