Кощей. Звёздные кости - Игорь Лахов

— Любимая, — с небольшой заминкой повторил я. — Только сейчас это понял. И дело не в сексе. Когда встречаешь СВОЁ, то сложно ошибиться, хотя сомневаться можно долго.

— Учти, Кощей. Я всё принимаю за чистую монету. Обманешь — убью.

— Значит, оба будем жить долго! — рассмеялся я, впервые за всё время ощутив в груди чувство… счастья. — Что там с патронами?

— Иди в жопу, Кощей! В смысле: отстань ты со своими патронами, а не то, что подумал! На остальные эксперименты пока не готова. Не для того тебя в оружейку заманила. Переживала очень, когда ты с «Айсбергом» ушёл. Как на кладбище провожала. А потом вдруг вернулся. Живой! От радости чуть с ума не сошла. Что же ты делаешь со мной?

— Мы делаем, — добавил я, нежно целуя Фею в шейку.

— Мы? Это радует. Хотя и не понимаю, как такому радоваться.

Патроны мы всё-таки пересчитали и разложили, отчаянно ругая бойцов, что по своему обыкновению переставили несколько ящиков для удобства. Почему-то у меня перед глазами стояла картинка, как мы наводим вдвоём порядок не в арсенале, а на простой кухне со всеми её чашками, ложками и кружками. Даже спорили иногда, как муж с женой. Беззлобно, но отстаивая своё видение уюта.

Явление Кнехта народу состоялось через два дня. Эрон Краузе хотя и делал уверенный вид, но в его глазах явно просматривались страх и неуверенность. Не я один заметил это.

— Командир, — с лёгким ехидством обратился к нему Ворон. — Сроки поджимают, а все задания мы так и не выполнили. Когда нас в бой поведёшь?

— Беспощадный, естественно! — опять проявил себя Краплёный. — Ох, и прольётся кровушки… Надеюсь, правильной.

— На данный момент я не готов руководить группой, — затравленно озираясь по сторонам, проговорил Кнехт.

— То есть, — моментально сделал выводы Ворон, — ты сообщаешь о своей недееспособности? Давай запишем это, чтобы официально предъявить видео, когда начнутся разборки по моим людям… Извини! Конечно, твоим подчинённым! Хотя мы уже всё записали. Правда, Фея?

— Так точно, эрон Воронцов! — вытянувшись по стойке смирно, официально ответила Че Ён, показывая камеру.

— Я не говорил, что недееспособен! — мигом включил заднюю Кнехт. — Я просто не готов управлять отрядом по медицинским показателям.

— А разве это не одно и то же? Дееспособность в нашем случае имеет широкие границы, — начал дожимать командир. — Либо ты в теме, либо инвалид с затуманенным мозгом. Кажется, ни одного физического ранения не получил. Значит, все проблемы идут от ментального удара маугли.

Скрип зубов командира почти уничтоженной группы «Айсберг» услышали все. Вот в чём Ворон особенно хорош? В том, что умеет правильно ставить вопросы. Чтобы прозвучали не просто ответы, а выгодные нам. Стоит поучиться подобным приёмчикам. Сила, конечно, штука шикарная, но главные победы выигрывают с помощью разума. Причём ещё до того как началась драка.

— Я готов принять командование на себя, — после паузы с напряжением в голосе проговорил Кнехт. — Так и запишите на свою чёртову камеру! Эрон Краузе вменяем! Во всём! Прошу пройти в зал для постановки новой задачи.

Ну, сборище оказалось так себе по информативности. Кнехт выглядел побитой собакой. Его мечущийся взгляд и обрывочные фразы не особо прояснили обстановку и наши действия. В принципе, понять мужика можно. Ещё несколько дней назад он был «царь горы» и имел за собой приличную силу. А сегодня болтается говном в проруби. Причём очень непотопляемым, в отличие от собратьев по структуре.

Но главное мы всё же уяснили. Намечается короткий рейд непонятно куда. Потом резвое возвращение на базу по прямой. Практически никаких деревень и минимальные боестолкновения с маугли. Если вдруг возникает малейшая опасность — драпаем, не оглядываясь.

Резонно. Кнехт боится, что мы его сольём при первой же возможности, поэтому хочет минимизировать риски. Я бы на его месте также поступил. Хотя, стоп! Я уже был в этой шкуре. Правда, овцы для заклания ни из меня, ни из остальных наших парней не вышло. Зато «Айсберг» почти полным составом остался в джунглях. Так что не стоит сравнивать хрен с сосулькой. И жалеть врага тоже.

Ворон был предельно вежлив, своим безупречным поведением заставляя Кнехта нервно потеть до самой задницы. Наш командир напоминал в своём спокойствии удава Каа, знающего, что бандерлоги никуда от него не денутся. Блин! Я тоже так хочу! Чтобы с понтом и без лишней суеты!

Выход в рейд начался по стандартному сценарию: барьер из недружелюбных растений, мочилово со зверями, дезинфекция и… На этом привычные процедуры закончились.

Вначале раздались две автоматные очереди. Последние бойцы «Айсберга» рухнули кулями на землю.

— Я следующий? — безэмоционально проговорил Кнехт, поняв, что мы не стали растягивать удовольствие.

— Нет, — спокойно проговорил Ворон. — Сними шлем.

— Зачем?

— Затем, что если этого не сделаешь, то я выстрелю. Будешь послушным — сохраню жизнь. Хотя, признаюсь, очень хочется разнести твои поганые мозги.

— Обещаешь не убивать? Какие гарантии?

— Просто слово российского офицера. Я всегда его держу.

Кнехт послушно снял шлем и обречённо уставился в никуда.

— Кощей, — неожиданно обратился ко мне командир. — Твой ход.

— Какой? — не понял я.

— Ты научился считывать друзей. Пора освоить взлом чужого сознания. Необходимо выяснить, что этот ублюдок скрывает. Ну а потом постарайся внушить ему такие картинки, чтобы ни у кого не возникло сомнений в невменяемости Кнехта.

Опаньки… К такому меня жизнь не готовила… Но в данном случае нет смысла разводить полемику. На кону стоит наше выживание. Ничего личного. Это бизнес, братан.

Глядя в глаза бывшего командира «Айсберга», я не стал призывать инфополе Анкиры. Просто воспользовался своими внутренними наработками. Но не так, как применял их на товарищах. Пришлось продираться через вязкую пелену чужого разума. Подобное чем-то напоминало изнасилование, с той лишь разницей, что я домогался не тела, а более сокровенного места для любого мыслящего существа.

После нескольких минут борьбы Кнехт сдался. Его мыслеобразы обрушились на меня водопадом. Какая же извращённая мразь! Грязные закоулки его сознания заставляли меня в голос ругаться матом. Несколько раз было жуткое желание схватиться за оружие и разнести эту порочную башку.

Как Кнехт смаковал убийства детей маугли! Почти в сексуальном экстазе! До этого, в нашем мире