Землянка для адмирала - Ксения Старк

Просто обхватил меня руками так крепко, что у меня перехватило дыхание, приподнял с земли, прижал к себе — и я почувствовала, как его тело дрожит.

— Как же я рад, что с тобой всё в порядке, — его голос прозвучал хрипло, почти шёпотом.

А потом…

Потом его губы накрыли мои.

Жадно. Грубо. Без права на отступление.

Я вцепилась в его плечи, чувствуя, как его пальцы впиваются в мои бёдра, как его хвост обвивается вокруг моей ноги, будто боится, что я исчезну.

Этот поцелуй был не просто прикосновением.

Это было клятвой.

«Я здесь. Ты со мной. Никто больше не разлучит нас».

Он оторвался только тогда, когда воздух в лёгких закончился, но не отпустил. Лоб прижался к моему, дыхание горячее, неровное.

— Ты дурак, — прошептала я, чувствуя, как дрожит голос. — Ты мог погибнуть.

Он рассмеялся.

— А разве могла быть другая развязка?

И снова поцелуй. Уже мягче. Уже нежнее.

Но с той же ненасытностью.

Словно даже этого мало.

А вокруг…

Кровь. Трупы. Разгромленный ангар.

Но в этот момент для нас существовали только мы.

И больше ничего.

Глава 31

Корабль повстанцев оказался неожиданно… уютным.

Я стояла под струями горячей воды, закрыв глаза, и пыталась смыть с себя не только грязь и пот, но и воспоминания. Кровь на руках. Взгляд того охранника. Холодные глаза Мел Фар.

«Ты убила человека».

Мысль ударила с новой силой, заставив меня резко открыть глаза. Пальцы впились в кафель душевой кабины, оставляя на влажной поверхности белые следы.

Дверь со скрипом приоткрылась, выпуская клубы пара в каюту.

— Место найдется?

Его голос прозвучал прямо у уха, заставив меня вздрогнуть.

Я обернулась. Саргон стоял в проеме, опираясь плечом о косяк, и изучал меня привычным прищуром — так, словно я была сложным механизмом, который он пытался разобрать взглядом. Струи воды стекали по его груди, огибая шрамы и свежие синяки, оставленные сегодняшним боем.

— Ты серьезно? — попыталась я сделать голос строгим, но он предательски дрогнул.

Он шагнул внутрь, не дожидаясь ответа, и дверь автоматически закрылась за ним. Тесное пространство душевой внезапно стало еще меньше.

— А что? — Его пальцы скользнули по моему плечу, смывая остатки пены. — Думаешь, после всего пережитого я позволю тебе исчезнуть из виду хотя бы на минуту?

Его рука опустилась ниже, и я закусила губу.

— Саргон…

— М-м?

— Я... убила человека.

Он замер. Затем медленно поднял мою руку к своим губам и прижал к ним ладонь.

— Ты выживала.

— Но он…

— Был готов убить тебя, — перебил он, — и если бы ты это не сделала, то я сейчас бы держал твой труп.

Я сглотнула. Он был прав. Но от этого не становилось легче.

Саргон внезапно притянул меня к себе так сильно, что я почувствовала каждую напряженную мышцу его тела — даже сейчас, в эту мирную секунду, он был готов к бою.

— Ты не виновата, — прошептал он, прижимаясь губами к моему виску. — Ни в чем.

Я вздохнула, прижимаясь к его груди.

— Ты же многих убивал... — прошептала я. — Как ты это пережил?

Он замолчал на мгновение, его пальцы замерли на моей спине.

— Не пережил, — наконец ответил он, и его голос прозвучал неожиданно тихо, без привычной насмешки. — К этому не привыкнуть.

Я отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза. В них не было ни бравады, ни усталого безразличия — только глубокая, прожитая годами тяжесть.

— Но ты же…

— Делал то, что должен был, — перебил он. — И да, со временем становится легче. Но если бы я сказал, что не помню каждого — солгал бы.

Его рука поднялась, мокрые пальцы коснулись моей щеки.

— И знаешь что? Хорошо, что не можешь к этому привыкнуть.

— Почему?

— Потому что это значит, что ты ещё человек. — Его губы дрогнули в подобии улыбки, но в глазах оставалась серьёзность. — Гораздо страшнее обратное.

Я сжала его руку в своей.

— А ты?

— Я... свыкся. Но не смирился. — Он нахмурился, подбирая слова. — Это как шрам. Не болит, но напоминает.

Вода продолжала литься, но мне вдруг стало холодно.

— И со мной так же будет?

— Да. — Его ответ