Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

в "Серый святой". Как обычно, витрины и стеллажи оказались завалены самыми разнообразными амулетами, но теперь в глаза бросились сразу несколько полок с ювелирными украшениями и холодным оружием. Оно и неудивительно, дела у хозяина в последнее время шли далеко не самым лучшим образом, вот он и пытался хоть как-то компенсировать падение продаж по основной деятельности.

— Евгений Максимович! — удивился самолично вышедший навстречу раннему посетителю владелец заведения. Худощавый мужчина в поношенном костюме, протиравший кусочком замши толстые линзы круглых очков, казался на фоне всех этих витрин то ли хранителем музея, то ли распорядителем на художественной выставке. — Вы по делу?

— Честно говоря, погреться заскочил, — протянув руку, разочаровал я собеседника. Рассаженная вчера кисть за ночь подзажила, и крепкое рукопожатие никаких неприятных ощущений не доставило. — Не возражаете?

— Что вы, что вы! — заволновался Остап Наумович. — Как можно. Просто при случае про меня не забывайте.

— А знаете… — Я прикинул, что на следующей неделе меня в Форте уже точно не будет, а товару без движения лежать грех. — В понедельник Трофиму Удальцову обоз из Северореченска придет, возможно, что-то и по вашей части окажется. Сошлитесь на меня, если будет интерес.

— Непременно зайду. А то от ведьм совсем житья никакого не стало. Демпингуют по-черному, стервы.

— Такова жизнь.

— Хочешь жить, умей вертеться, — подтвердил хозяин лавки и вдруг поинтересовался: — Евгений Максимович, а у вас в разрешительном отделе Гимназии случайно никого знакомого нет? Поспособствовать бы…

— А что такое?

— Да вот, — Остап Наумович отпер одну из витрин и достал свитое из цветной проволоки колечко с блокирующей магию амулета пломбой, — выкупил конфискованную партию "щелкунчиков" по дешевке, а ее второй месяц сертифицировать никак не могут. И главное — договориться ни с кем невозможно!

— И не говорите, — поморщился я. — Постоянно эти бюрократы в убытки вгоняют. Да, кстати, а что за "щелкунчик"? Новая модель какая-то?

Я взял кольцо и пригляделся к пломбе. Нет, порядок — настоящая. Теплая. Такую в Форте сломаешь, потом и сам фонить будешь, и амулет или оружие первый попавшийся колдун с полусотни метров учует. Прямая дорога на Северную промзону.

— Тот же "щелчок", только с ограниченной во избежание смертоубийства силой выброса. Ничего сложного: надеваете кольцо, активируете поворотом, намечаете удар. Срабатывает автоматически.

— И какова дальность поражения?

— До трех метров. В Форте таким игрушкам цены бы не было, а так кому они нужны? За четверть стоимости никто не берет.

— И сколько? — приценился я.

— За три с полтиной отдаю, даром практически. А по уму им рублей пятнадцать самая цена.

— Дешево чего-то.

— Одноразовые потому что. Подзарядку не поддерживают, но зато компактные.

— Возьму, пожалуй. — Я полез за кошельком и, несмотря на протесты не желавшего брать деньги хозяина, рассчитался за амулет. — А насчет разрешительного отдела попробую разузнать. Давно надо было этим заняться, да все как-то руки не доходили.

— Премного обяжете…

Тут на улице послышался шум автомобильного двигателя; я глянул в окно на парковавшуюся у перекрестка "газель" Ямина и закрыл глаза.

Дар, подобно спущенной с поводка ищейке, обежал окрестные дворы, но ничего подозрительного вновь не обнаружил. Поморщившись от заворочавшейся в голове боли, я распрощался с хозяином лавки и вышел на улицу. Подскочил к автомобилю, забрался в кабину и скомандовал:

— Поехали.

— Экий ты шустрый, — повернул ключ в замке зажигания Федор. — Думал, ждать замучаюсь.

— Это ты постоянно опаздываешь, а я человек пунктуальный.

— Бла-бла-бла, — дыхнул на меня свежим перегаром Ямин и замурлыкал себе под нос: — "Я буду долго гнать велосипед…"

— Хватит гнать уже, — одернул я парня. — Ты с утра накидаться успел, что ли?

— Нервы…

— От нервов успокоительное пей.

Голова болела все сильнее, и я вытащил коробочку с пилюлями.

— Насчет меня узнавал? — сразу же оживился Федор. — Смогу брать?

— Поставщика сейчас в Форте нет.

— А-а-а… — разочарованно протянул Ямин. — Ну тогда хоть таблетку дай закинуться.

Я вытряхнул на ладонь из коробочки две пилюли:

— Тебе красную или зеленую?

— А есть разница?

— Нет.

— Тогда красную.

— Держи. — Я проглотил зеленую таблетку и предложил: — Давай поесть куда-нибудь завернем.

— Времени в обрез, — отказался Федя.

— В смысле?

— У меня на сегодня планов громадье.

— Мы ж недолго.

— Не получится, — покачал головой парень. — Сейчас дело сделаем, а потом я тебя куда угодно закину.

— Фиг с тобой, золотая рыбка, — нахмурился я. — Да, ты Алика Чемизова, случаем, не знаешь?

— Случаем, знаю. Золотых дел, блин, мастер.

— Работаешь с ним?

— Работал, пока он меня на хорошие деньги не швырнул, — поведал Ямин и выругался: — Сволочь!

— А насчет серебра с ним не толковал?

— Звезданись! Он же наркоман конченый! — Федор на миг отвлекся от дороги, покрутив пальцем у виска, а потом заорал: — Куда?! Куда прешь, дятел?!

Я только тут приметил выскочившего прямо перед машиной на середину проезжей части мужика и незамедлительно рванул руль на себя:

— Поворачивай!

— Ты чего?!! — взвыл Ямин, но машину уже занесло, и ему ничего не оставалось, кроме как ударить по тормозам.

Развернувшаяся поперек дороги "газель" врезалась в сугроб, нас здорово тряхнуло, а в следующий миг по металлическому борту заколотили выпущенные из жезла "свинцовых ос" заряды.

— Ма-а-ать! — испуганно взвыл Федор; я распахнул свою дверцу, выволок его из кабины, и тут брызнуло осколками боковое стекло. Следующая очередь прошила покрышки, и автомобиль начал оседать на спущенных колесах. И все это — практически в полной тишине…

Ясновидение нахлынуло вдруг. Мир будто вывернулся наизнанку и раскрасился цветами, названий которых не имелось ни в одном языке мира. Да что там цвета?!

В голове картинка за картинкой начало разворачиваться видение о том, как на подмогу прижимавшему нас к земле стрелку из подворотни с другой стороны улицы выскакивают еще двое головорезов. Выскакивают, вскидывают жезлы "свинцовых ос" и…

— Бежим!

Я ухватил Федора за воротник и зашвырнул в проход между двумя заброшенными домами. А потом и сам метнулся следом. Десять шагов открытого пространства показались стометровкой, и не успели мы их преодолеть, как по стене двухэтажки хлестнули свинцовые шарики. В лицо моментально полетели обломки штукатурки; закрыв голову руками, я в два прыжка выскочил из зоны обстрела и со всех ног рванул прочь.

Подскочившие к "газели" подельники стрелка бросились в погоню, но в части бега по пересеченной местности им было со мной не тягаться — по всей этой мешанине тропинок, закутков, заснеженных дворов и переулков меня вел дар. Предвидение подсказывало оптимальный путь, помогало избегать тупиков и не попадаться на глаза висевшим на хвосте преследователям. Пара минут сумасшедшего бега — и убийцы начали отставать. Правда, и мы уже ноги еле переставляли…

— Сюда! —