"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

за поездом, не рискуя спускаться вниз. Рысь и не заметил в горячке боя, как лифт с остатками отряда приехал вниз и что ребята почти с самого начала усилили шквал огня по мутантам. Видимо, потому твари и отступили.

К Рысю подбежала Мессия:

— Где Шерлок? — В её голосе была настоящая тревога.

— Её… — Он тут же опомнился и нажал на кнопку гарнитуры. — Монгол, это Рысь, ты догнал их?

Радиоканал хранил молчание.

— Монгол, ответь! Где ты? Монгол!

Тишина становилась всё неприятнее.

— Шерлок утянула какая-то тварь. Монгол пошёл её освобождать, — слова дались Рысю с трудом. Мерзко было осознавать, что ты потерял сразу двух людей за считаные минуты — и что исчезли они, не сражаясь с мутантами, а вот так… Пропали без вести.

— Куда утянула? — Мессия не сводила с командира глаз — взгляд у нее при этом был такой, будто она осыпала его градом отборных ругательств.

— В тоннель. Мы её найдём! Её и Монгола! Тут просто связь хуже ловит, сейчас пойдём в тоннель, тварь не могла далеко уйти!

— Там за поездом на путях лужа крови. Свежей. Если ты хочешь спасти Машу, то мы должны выдвигаться прямо сейчас! — Мессия говорила громче обычного — Рысь ещё никогда не видел её такой решительной.

Рысь не спорил. Он уже готов был отдать приказ выдвигаться, как вспомнил разговор с Шерлок до перестрелки.

— Вот дьявол! Отряд, есть разговор…

— Какой в жопу разговор?.. — завелась Мессия, уже готовая сорваться с места.

— Который должен был провести Старый, а не я! О том, что ему сказали: нас не заберут отсюда, пока мы не раздобудем всё необходимое в серверной. Иначе мы просто попадём в списки пропавших. Они не пришлют за нами никого, если мы не доберёмся до данных.

— А откуда... — Порыв Мессии поутих.

— С чего... — начал было Палач, но Рысь перебил обоих:

— Шерлок. Вадим сказал это ей, а она едва успела мне. Да, она может быть ранена, но нужно понимать, что даже если ей нужна будет немедленная помощь — её нельзя будет эвакуировать. А если мы пойдём к серверам сейчас, то можем опоздать и потерять её и Монгола.

Все сосредоточенно смотрели на него.

— Поэтому, отряд, мы должны решить, что делаем вначале: идём искать Шерлок и Монгола — или серверную?

Он посмотрел на Гору. Великан нахмурился, его простоватое лицо выражало недоумение:

— Эээ... Шерлок, конечно.

— Я за сервера, — Палач поднял руку и тут же её опустил.

— Серверная, — кивнул Бес.

— К серверам, — произнесла Матильда: она смотрела на Рысь, изогнув правую бровь.

— Идём за Шерлок, — Мессия совсем растеряла запал вызова и злости, и сейчас в её голосе была только грусть.

— Я тоже за серверную, а потом, с обратным билетом на руках, найдём наших. Порешили! — закончил голосование Рысь. — Где этот чудик? — спросил он у Палача.

— Там должен быть, я велел ему сидеть на месте в каморке… — Палач обернулся и крикнул: — Глеб!

— Чего? — отозвались из-за поезда.

— Сюда давай!

Когда Глеб вновь при помощи спецназовцев забрался на перрон, Рысь приказал:

— Заводи. Вези нас к командному центру или управлению какому-нибудь.

— Да я же не знаю, где это!

— А ты откуда сюда приехал?

— Оттуда, — Глеб махнул на тоннель за передней частью поезда. — Дальше есть такая же платформа. Нас там в камерах держали, но, кроме них, и не было ничего.

Рысь надолго помолчал.

— Понял. Тогда давай вези нас в ту сторону, откуда сбежал.

Поезд при движении по путям почти не трясло. Решили, что большую скорость развивать незачем: вдруг на путях обнаружатся Шерлок или Монгол — да и что может ожидать впереди, никто не знал. Гнать навстречу смерти не хотелось. Глеб не обманул: платформа дальше действительно имелся. Он клялся, что сбежал именно отсюда. Группа не стала останавливаться у «тюрьмы», как назвал её чудик — прозвище, которым нарёк его Рысь, плотно приклеилось к Глебу, — а поехала дальше.

Всю дорогу Глеб замечал на себе странный недовольный взгляд Матильды. Сначала ему показалось, что она что-то хочет высказать — но когда он вопросительно кивнул, та лишь опустила глаза и принялась проверять магазины к своему автомату, ощупывая подсумки.

Через несколько километров стала видна новая остановка. На перроне лежали изуродованные трупы, некоторые из них в полевой военной форме — похожие повреждения на телах раскатовцы уже видели у погибших солдат на складе. Дальнейший путь перегородил второй поезд, стоявший у конца платформы.

— Приехали, на выход! — скомандовал Рысь.

Отряд выбрался на платформу. Со стороны входа в коридор прогрохотала автоматная очередь. Бойцы разбежались по платформе: кто-то занял позицию, прижавшись к стене, кто-то спрыгнул на рельсы, Гора распластался на перроне, готовый изрешетить любого, кто выйдет к нему. Палач, не дожидаясь приказа, медленно приблизился к дверям. Снова раздалась серия выстрелов. Двери не дёрнулись, в стене напротив не было видно никаких попаданий, бетонная крошка от неё не отлетала — стреляли не в сторону раскатовцев. В коридоре кто-то палил по другой цели. Палач аккуратно приоткрыл дверь, затем отскочил обратно к стене так, чтобы в случае чего не схлопотать пулю. Он повернулся к остальным: «Один противник» — считал отряд по его жестам. Рысь, Бес и Гора переместились к нему. После того, как все четверо заняли позиции, Палач и Бес распахнули двери.

В коридоре, метрах в пятнадцати впереди на коленях спиной к раскатовцам сидел человек в камуфляжной форме и что-то делал с телом военного, лежавшего перед ним на спине. Было слышно, как рвётся ткань, что-то хрустит, доносились звуки чавканья. Но как бы мерзко и странно ни выглядело происходящее, спецназовцы обомлели от другого: рядом с сидящим человеком стояло четырёхлапое существо серого цвета, впившись в голову трупа огромной челюстью тупоносой морды на длинной гибкой шее.

— Огонь! — рявкнул Рысь.

Четыре ствола, словно четыре отбойных молотка, заполнили пространство холодным металлическим ритмом. Серая тварь дёрнулась в их сторону, но, встретив поток свинца, не смогла сделать и полноценного шага. Пули разрывали её тело, выгрызая из уродливого существа клочья плоти. Спустя мгновение сидевший на полу вскочил, развернулся и побежал в сторону раскатовцев. Рысь увидел забрызганное кровью лицо — оно было обезображено яростным оскалом, взгляд переполняла примитивная ненависть.