Мёртвые души 10. Меченные - Евгений Аверьянов

Когда всё закончилось, я стоял посреди коридора, опираясь на стену и считая вдохи. Четыре тела лежали неподвижно. Камень под ними был испещрён вмятинами и тёмными пятнами.

Я посмотрел на пустую рукоять в руке, потом отбросил её.

— Минус ещё один, — тихо сказал я. — И это только начало.

Усталость никуда не делась.

Вот теперь это похоже не на кладбище, а на объект.

Я пошёл дальше.

И вскоре увидел их.

Тонкие линии света, вплетённые в стены и пол. Энергетические жилы, уходящие глубже, сходящиеся в одном направлении, словно корни гигантского дерева.

К центру.

Первые признаки того, что город меня заметил, были… вежливыми.

Я прошёл перекрёсток — и за спиной мягко, почти беззвучно, сомкнулась дверь. Не хлопок, не скрежет. Просто щёлк — и всё. Я обернулся, коснулся камня. Гладкий. Тёплый.

— Ладно, — кивнул я сам себе. — Поиграем.

Следующий коридор оказался другим. Я знал это, хотя шёл по той же карте. Углы сместились, расстояния изменились. Пространство не рушилось — оно перенастраивалось.

Потом начались ловушки.

Пол внезапно утяжелился. Не резко — плавно, как будто кто-то медленно увеличивал гравитацию. Каждый шаг стал в два раза тяжелее. Затем давление схлынуло… и ударило импульсом сбоку. Я перекатился, доспех вспыхнул, приняв на себя основную силу, но меня всё равно швырнуло в колонну.

И сразу — атака.

Из боковых ниш вырвались существа. Много. Волна за волной. Я понял это, когда срубил первых двоих, а за ними вышли ещё.

Я не стал использовать магию.

Ни усилений, ни ударов. Только тело, только скорость, только оставшиеся клинки. Я двигался в узком коридоре, где они не могли обойти меня все сразу. Бил коротко, экономно. Лезвия тупились, скользили, застревали в плотной плоти.

Удары сыпались со всех сторон. Доспех принимал их, гасил, но каждый толчок отдавался внутрь — в кости, в мышцы, в дыхание. Я чувствовал, как тело начинает ныть, как сбивается ритм.

Дыши. Считай.

Раз. Удар. Отступление. Два. Перехват. Три.

Когда последний монстр упал, я стоял, тяжело дыша, и впервые за долгое время не спешил идти дальше.

Я начал считать.

Дыхание — неровное, но под контролем.

Клинки — осталось ещё много, я забрал половину хлама из оружейки города.

Ядро — стабильно, но отклик замедлился.

Время — неизвестно.

— Вот за что я люблю древние цивилизации, — хмыкнул я, вытирая кровь с подбородка. — Никакой дружелюбности.

Я прошёл ещё несколько поворотов — и увидел голографический узел.

Полупрозрачная схема зависла в воздухе, реагируя на моё присутствие. Город. Уровни. Энергетические потоки. И в самом центре — пульсирующая отметка.

Сердце.

Я посмотрел на неё и невольно улыбнулся.

— Ну что ж, — сказал я вслух. — Пойдём знакомиться.

И шагнул глубже.

Коридор начал меняться так, будто кто-то снял с города маску и показал настоящую форму.

Сначала — ширина. Я поймал себя на том, что перестал цеплять плечом стены. Потом — высота. Потолок ушёл вверх, и воздух стал… другим. Не свободнее — плотнее. Как в помещении, где постоянно работает мощная техника: вибрация не слышна, но тело её улавливает.

И вот тогда я впервые почувствовал реактор.

Он бил где-то впереди, как огромный пульс, медленный и равнодушный. Каждое «тук» проходило через меня слабой волной, как через воду проходит далёкий удар. От этого хотелось стиснуть зубы и ускориться, но я сделал наоборот — замедлился.

Потому что именно так обычно и умирают: когда ускоряются ближе к финишу опасной локации.

Монстры здесь встречались реже. Но каждый раз — без компромиссов.

Не «вылезли из щелей и умерли». Не «навалились толпой и закончились». Эти были другие. У них было назначение.

Они не бродили — они охраняли.

Это чувствовалось по тому, как они занимали точки, как закрывали углы, как не лезли под клинок без причины. Даже их движения были не звериными — функциональными. Быстрый рывок, удержание дистанции, попытка заставить меня ошибиться.

Я остановился у развилки, где жила энергии уходила прямо, а боковой тоннель выглядел… пустым. Слишком пустым. В таких местах либо ловушка, либо засада.

— Конечно, — пробормотал я. — Иначе было бы скучно.

Шагнул вперёд — и пол под ногой чуть «провалился» на миллиметр. Я не упал, просто ощутил, как в подошву ударила тонкая вибрация, будто кто-то активировал пластину.

И из тени вышел он.

Один.

Высокий, массивный, но не «танк» как тот панцирный сверху. Этот был… цельным. Словно собранным из плотного металла и живой ткани одновременно. Грудь — ребристая, как у старых бронированных машин. Суставы — закрыты пластинами. Руки длинные, с кистями, похожими на грубо выточенные молоты. Голова — вытянутая, без выражения, но с двумя узкими прорезями, где тлело что-то синее.

Он не бросился. Он просто встал в проходе, перекрывая весь коридор.

И ждал.

Одиночный пост. Значит, уверены, что одного хватит.

Я вытащил клинок из-за пояса. Не лучший — простой, из тех, что я начал доставать пачками уже на верхних уровнях. На нём ещё были следы прошлого боя, и это меня раздражало сильнее, чем должно.

— Ну давай, охранник, — сказал я тихо. — Покажем друг другу характер.

Он двинулся.

Медленно. Плотно. Без рывков. Каждый шаг отдавался в полу. Не потому, что он был слишком тяжёлый — а потому, что он вдавливал пространство, как будто реактор за его спиной подталкивал.

Я сделал первый выпад — в сустав плеча, туда, где пластины сходились. Лезвие ударило, высекло искру… и соскользнуло. Даже не оставило царапины.

— Прекрасно, — раздражённо выдохнул я.

Он ударил.

Не быстро — но с такой массой, что скорость была уже не важна. Кулак прошёл по дуге, и я едва успел уйти, почувствовав, как воздух рядом со мной буквально «лопнул». Удар попал в стену.

Камень треснул. Не отвалился — разошёлся. Как сухая доска.

Я ударил снова — по шее, по ключице, по ребристой груди. Все три удара — в никуда. Клинок звенел, вибрировал в руке, будто я рубил не монстра, а железный столб.

Он не реагировал. Только разворачивался за мной, смещался, загонял обратно в центр коридора.

Зажимает. Не хочет дать пространства.

Я попробовал зайти сбоку, нырнуть под руку, ударить в подмышку. Он будто предугадал — сдвинул локоть и встретил меня телом. Я врезался в него плечом.

И понял, что это не «тело».

Это — стена.

Меня оттолкнуло назад. Доспех вспыхнул, погасив удар, но я всё равно почувствовал, как воздух вышибло из