Хозяйка своей судьбы - Виктория Богачева

Руки дрожали от страха и тревоги, и с трудом я заставила себя взглянуть в безмятежные глаза служанки леди Маргарет. Затем покосилась на Агнессу и вздохнула.

— Что же, давайте собираться.

Одежда Элеонор хранилась в огромных сундуках. Робкая надежда на то, что вещей окажется достаточно — я судила по размеру ларей — довольно быстро сменилась горьким разочарованием. Они не были набиты сверху донизу; на дне лежало несколько невысоких стопок.

Пока Агнесса с деловитым видом сосредоточенно их расправляла и встряхивала, я украдкой изучала женский гардероб времени и места, в которых очнулась. Собой он представлял весьма удручающее зрелище: панталоны до щиколотки, несколько нижних юбок разной степени плотности, затем верхняя — из грубой шерсти. Подол ночных и дневных рубашек спускался до ступней. На них следовало надевать подобие укороченного кардигана, а его сверху крест-накрест подвязывать длинным отрезом ткани, сложенным несколько раз в тонкий прямоугольник. Благодаря этому создавалась видимость талии, и фигура приобретала строгие линии.

Вспомнив наряд и убранство леди Маргарет, я посмотрела на Агнессу.

— Это вся моя одежда? — спросила, нахмурившись. — Мне казалось, ее было больше.

Вопрос был достаточно невинен, чтобы не вызвать подозрений. Вот и служанка не удивилась, лишь кивнула.

— Слишком долго ты провозилась с гобеленами для стен. Не успела пошить себе платьев, голубка. Эх, руки-то у тебя золотые... — Агнесса совсем пригорюнилась, и в сердце кольнула жалость к старухе.

Я видела ее впервые в жизни, но она была добра к Элеонор, кажется, искренне ее любила, и отголоски этих чувств долетали и до меня.

— Возможно, я смогу забрать с собой гобелены. Для стен обители они также пригодятся, — произнесла я вслух то, что крутилось в голове.

— Нет, — молчавшая служанка леди Маргарет — Анна — вмешалась в разговор. — Гобелены принадлежат замку, а замок принадлежит маркизу Равенхолл.

Я посмотрела на нее и поджала губы. Спорить с ней — ниже достоинства леди, пусть даже и вдовы, которую намерены заточить в обители. Но то, что она осмеливалась перечить мне, указывать — говорило о многом.

Говорило о положении, которое занимала Элеонор в иерархии замка, дома собственного мужа.

Где-то у подножья лестницы, на одном уровне с горничными?.. Поварятами?..

Поведя уклончиво плечами, я не стала ей возражать. Нельзя опускаться до уровня прислуги даже в таких мелочах. Про гобелены придется спросить леди Маргарет. И, пусть я заранее знала ответ, попытаться все равно стоило. Мне нужно увезти с собой хоть что-то ценное, и дурацкие расшитые Элеонор полотна пока представлялись лучшим вариантом.

Кивнув себе, я вернулась к тоскливому изучению содержимого сундуков. И успела перехватить взгляд Анны — недовольный, но и удивленный.

Благодаря случайной оговорке Агнессы у меня появился повод покинуть келью. И потому я встретила интерес служанки леди Маргарет прямым, спокойным взором.

— Мне необходимо поговорить с твоей хозяйкой, — сказала ей и очень постаралась, чтобы голос не дрожал и звучал так, как подобало.

Чтобы у Анны и тени сомнения не возникло оспаривать мое требование. Что-либо возражать.

А ей хотелось, я видела это по лицу.

— Ее милость занята. Все хлопоты по поминальному обеду легли на ее плечи, — и она все же осмелилась перечить.

Что же, я и не рассчитывала, что одним строгим приказом перечеркну годы унижений, которым подвергалась Элеонор даже от слуг.

— Отведи меня к ней. Или я отправлюсь сама. И если я вновь лишусь сознания, пока буду разыскивать леди Маргарет в одиночестве, и из-за слабости не смогу вечером отправиться в монастырь, я непременно сообщу ей, что причиной тому — твое непослушание.

Я совершенно точно вышла из образа кроткой Элеонор. У Анны брови взлетели к волосам, а глаза едва не вылези на лоб. Агнесса также смотрела на меня, словно видела впервые.

Пришлось пойти на этот риск, ведь мне было необходимо выбраться из кельи.

Для начала.

— Хорошо, — сухим, недовольным голосом проскрежетала Анна и поправила чепец на затылке. — Следуйте за мной.

Агнесса дернулась к двери, но я остановила ее резким жестом. Нет. С Анной пойду только я, так будет проще. Старая служанка вздрогнула, когда я взмахнула рукой, и в ее глазах показались слезы обиды. Пришлось стиснуть зубы и отвернуться, и направиться к открытой Анной двери.

— Подготовь пока мою одежду. Пожалуйста, — сказала я Агнесс напоследок, желая смягчить прощание.

Впервые оказавшись в коридоре, я принялась пристально все изучать. Особое внимание уделяла встречавшимся по пути слугам и тому, куда они шли. Было бы хорошо найти местную кухню или кладовые с запасами провизии.

Замок оказался гораздо меньше, чем я успела себе вообразить. Все же шок и испуг сказались на восприятии. Когда я открыла глаза, мне показалось, я попала в огромный каменный дворец. Теперь же, следуя за Анной по узким коридорам, я понимала, что о дворце и речи не идет.

Небольшой, я бы даже сказала компактный замок в три этажа.

На первом та самая зала с каменными полами и колоннами, которые я увидела, очнувшись. На втором — открытые переходы, которые опоясывали ее идеальным квадратом. От них вглубь расходились коридоры, к которым примыкало множество дверей. Я полагала, там или спальни, или хранилища, или комнаты для прислуги?..

К верхушкам вытянутых бойниц, которыми заканчивался и начинался каждый переход, тянулись круговые каменные лестницы с высокими ступенями и невероятно крутыми поворотами.

Я немного приободрилась, обрадованная размерами замка, но долго радоваться не пришлось: Анна скользнула куда-то в сторону, я за ней, и мы ступили в переход, который отличался от прочих тем, что соединял меж две части замка...

Настроение мое мгновенно угасло. Сбежать так просто не получится, но...

Дождавшись, когда мы углубимся в переход на одинаковое расстояние от одной стороны и от другой, я вскрикнула и осела на холодный камень. Актриса была из меня никудышная, но то ли Элеонор часто падала в обмороки, то ли Анна не была чрезмерно дотошной, но она поверила, что мне плохо.

Перепугалась и даже назвала госпожой.

— Что с вами, моя леди? — засуетилась она, опустившись рядом со мной на колени. — Что, что? Вы меня слышите?

Я слабо застонала и обессиленно повернула голову набок и напрягла шею почти до боли.

— Я кого-нибудь позову! Сей час же! — всполошилась Анна и стремглав бросилась бежать в сторону, откуда мы пришли.

Выждав немного, пока стихнут ее шаги, я поспешила в противоположный конец длинного перехода.

Глава 7

Коридор был узким, но высоким, со стрельчатыми окнами, прорезавшими каменные стены как бойницы. Свет проникал сквозь мутные,