Капитан. Назад в СССР. Книга 15. Часть 3 - Максим Гаусс

Они залегли за каменными стенами, за мешками с песком, и ждали. Сейчас они начнуть предпринимать первые скоординированные действия, ведь фактор неожиданности уже разыгран.

Я осмотрелся, рванул вдоль стены, держась в тени. Выскочил на угол — и нос к носу столкнулся с еще одним бородатым. Тот заорал, вскидывая автомат, чтобы ударить меня прикладом. Я ушел вниз, подсечкой сбил его с ног, и уже лежа, всадил пулю под ребра. Хрип, судорога — все. Подхватил его Калашников, но и этот оказался не лучше. Состояние оружия у боевиков было просто ужасным — наверняка это самое отребье, что удалось набрать за американские деньги.

Помимо этого у него на разгрузке висела оборонительная граната. Прихватил — пригодится.

Вдруг, над нами прокатился крик. Голос был мерзкий, но я узнал его сразу.

— Громов! Тварь! Принесите мне его голову! Живо!

Конечно же, это был Вильямс. Пришел в себя, вот только вряд ли он правильно воспринял обстановку.

Я выругался. Вскочил, побежал дальше. Адреналин стучал в висках, но голова работала четко, холодно. Анализ обстановки, выбор пути, прогноз действий противника — все это фиксировалось буквально на ходу. Как и всегда.

Трассер откуда-то сбоку чиркнул по стене, осыпав меня крошкой глины. Я нырнул в проулок, перекатился, выскочил с другой стороны. Еще один исламист попытался меня достать — очередь из автомата вспорола воздух в метре от головы. Я ответил двумя выстрелами, попал — он опрокинулся назад, выронив оружие.

Справа, показался противник в пятнистом камуфляже, за ним боевик. По мне открыли огонь, но как раз тут-то и пригодилась граната. Ловко отпрыгнув за укрытие, я швырнул темно-зеленый ребристый сюрприз точно в проулок.

Три секунды. Оглушительно грохнуло.

Путь к взлетной полосе, где стоял вертолет, был практически открыт. Но я успел заметить — Вильямс, вместе с двумя телохранителями покинул трехэтажный особняк, рванув к аэродрому. Сволочь, решил сбежать⁈ Ну уж нет!

Черная тень стоявшего там «Блэк Хоук» уже начала вращать лопастями. Пилот, судя по всему, решил действовать на опережение.

Я рванул в соседний прямой проулок, ведущий к особняку. Сердце бешено колотилось, кровь кипела, но голова соображала трезво. Если он сядет в вертолет, то все. Уйдет. Сбежит. А потом жди очередного покушения, только в следующий раз уже не будет разговоров, будут только коварные и максимально жестокие действия. А этого я допустить не мог. Никак не мог. Нужно все решить здесь и сейчас, поставить жирную точку во всем этом дерьме. Ну и семейка, блин!

Влетел в проем, где раньше стояла охрана. Трупы, гильзы, кровь. Снайперы постарались. Никто не стрелял — мертвые, как известно, не стреляют. Шаги, топот, крики. Я взбежал вверх, поднявшись чуть выше.

Вильямс внезапно выскочил из-за угла метрах в двадцати от меня. В руке у него была граната.

— Сдохни уже! — рявкнул он на английском. Затем рванул чеку, швырнул ее в мою сторону

Я прыгнул назад, в стенную нишу. Взрыв грохнул так, что заложило уши. Глиняная стена здания с грохотом обвалились вниз, частично преградив путь и накрыв все облаком пыли.

Я выбрался из ниши, отряхнулся. Плечо саднило — зацепило осколком, но не глубоко, ерунда. Побежал дальше.

Он был уже наполовине пути от вертолета. Телохранитель остался только один, следовал за ним. Вильямс бежал к готовому взлететь вертолету. Пилот явно нервничал, но еще ждал.

Я вскинул пистолет, прицелился. Выстрелил.

Пуля прошла мимо. Еще раз. Вильямс дернулся, схватился за плечо, но не упал. Кровь хлынула по руке, но он продолжил бег. Сопровождавший его ЦРУ-шник открыл по мне огонь из автомата — пули выбили фонтанчики пыли прямо передо мной. Я быстро вскинул руку, дважды выжал спуск. Попал! Расстояние-то всего-то метров двадцать пять, тридцать.

Американец, выронив автомат, упал на колени.

— Стоять! — яростно заорал я, но полковник уже был у самого вертолета. Буквально с ходу запрыгнул в открытую дверь салона вертушки.

Я тщательно прицелился, выжал спусковой крючок. И услышал характерный щелчок. Все, патроны закончились.

Вертолет начал подниматься в воздух, плавно уходя в сторону. По корпусу застучали пули — видимо наши стрелки переключились на винтокрылую машину. Вильямс уже был внутри.

Я лихорадочно огляделся. В десяти метрах, на крыше одноэтажной пристройки, была обустроена огневая точка. Мешки с песком, пулемет на станке. Черт возьми, это же ДШК! Старый, запыленный, но на вид вполне рабочий. Рядом — цинк с патронами. Пули такого калибра превратят вертолет в решето, главное успеть!

Я рывком рванул вперед. Подпрыгнул, ухватился руками за деревянную балку, влез на крышу пристройки. Подбежал к пулемету. Дернул затвор — патрон в стволе. Пристрелян или нет, не определишь. Но на такой дистанции это не так уж и важно… Я развернул станок, поймал в прицел вертолет и нажал на гашетку.

Отпустил, снова выжал. Бил короткими очередями, по четыре-пять патронов.

ДШК взревел, сотрясая все вокруг. Тяжелые пули ушли в небо, распарывая вечерний воздух. Первая очередь прошла мимо — вертолет резко вильнул в сторону. Я довернул ствол, поймал машину в прицел, нажал снова.

Попадание. Еще одно. В хвостовой винт, в кабину. «Хоук» дернулся, затрепыхался в воздухе. Я видел, как пули прошивали машину насквозь, летели искры. Машина задымила, начала терять высоту. Пилот пытался ее выровнять, но тщетно. Управлять ей было уже невозможно. Я дал еще одну очередь, которая стала фатальной — в районе винта показалось открытое пламя.

Уже через несколько секунд вертолет Вильямса рухнул в стену трехэтажного особняка. Тяжелый удар, полетели обломки винтов. Строения скрыли от меня место падения. Несколько секунд и оттуда раздался гулкий взрыв.

Я выпрямился, затем спрыгнул с крыши. Подхватив МП-5 одного из ЦРУ-шников, я рванул в ту сторону. В голове только одна мысль — убедиться, что эта скотина подохла. Потому что если тот жив, спустя время все начнется по новой.

Обломки вертолета лежали грудой искореженного металла, было несколько очагов пламени. Я видел тело пилота через разбитое остекление. Но Вильямса в горящем и искореженном салоне не было.

Я обошел обломки по кругу, и в десяти метрах справа, в полумраке увидел полковника. Он лежал на земле, среди камней. Окровавленный, израненный, со сломанной ногой. Но еще живой. Такие твари крайне живучи, нужно постараться, чтобы додавить его окончательно. Глаза открыты, смотрят на меня с ненавистью.

— Тварь… — судорожно прохрипел он. — Все равно… Тебя найдут.

Я подошел ближе. Почувствовал отвращение к нему.

Без раздумий поднял автомат.

Два