Шаман из Рода Человеческого - Владимир Пламенев

быстро складывал ветки, которые были рядом. Так я формировал настил — он станет прослойкой между костром и замёрзшей землёй. Чтобы пламя надёжнее схватилось.

Девчушка сначала будто не услышала мой вопрос, в очередной раз замерев напротив бури.

— Там… волк был, — пробормотала она тихо. Я едва услышал сквозь шум ветра.

— Они будут мелькать всё чаще. Потом попробуют выманить нас из-под ели и утащить твоего брата. Он ранен. Запах его крови и подманил их. Но вначале они будут осторожны, у нас есть время подготовиться.

Я услышал, как она проглотила ком в горле.

Плохо. Мой голос заглушил бурю:

— ИМЯ! — я рявкнул так, что она вздрогнула.

— Весна! Меня зовут Весна! — она уставилась на меня округлёнными глазами. — А ты — Варадар.

— Быстро тащи мне ветки, которые ты собрала, Весна. Твой брат мёрзнет, а волки испугаются только пламени, так что не смей замирать от страха! Мне нужны твои руки, понятно⁈

— Понятно, — она пробормотала это одними губами.

Весна свалила все собранные ею ветки рядом со мной.

— Отлично. Шансы на выживание выросли, — я криво усмехнулся, строя из наиболее сухих веток «шалаш» — основу будущего костра.

— Я ещё соберу…

— Потом. Сейчас сиди здесь, смотри мне за спину и прикрывай будущий костёр от ветра.

Ветер был непостоянен. Он дул то с одной стороны, то с другой. Слишком сильный порыв мог погасить пламя в зародыше.

Я снял с себя тулуп. Растянул его за рукава между ветками ели, где была самая широкая прореха для ветра. Но оставил между тулупом и деревом немного пространства для вида, чтобы волки не подкрались с этой стороны незамеченными.

Они коварные звери.

Мой внутренний жар ещё не иссяк. Но я уже чувствовал, что начинаю замерзать. Кончики пальцев побаливали.

Но в среднесрочной перспективе тулуп от замерзания не спасёт, а огонь — да.

Лицо Весны было красным. Её длинные ресницы покрывал иней. Укороченный шерстяной платок, которым она вновь покрыла голову, тоже побелел от налипшего снега. Она подрагивала.

В основание кострового «шалаша» я засунул несколько просмоленных щепок из мешочка шамана. Затем туда же всунул сухой лишайник.

На краю зрения уловил движение. Волчья фигура появилась всего в паре метров от границ нашего убежища. Но на этот раз она не вернулась под укрытие метели. Зверь залёг в снег.

Я не видел его глаз, но чувствовал на себе взгляд. Голодный. Хищный.

Он оценивал, проникая сквозь хвойные иглы.

Кого он видел во мне? Свежее мясо для своих собратьев? Или угрозу, с которой придётся считаться?

От того, что я ему покажу, зависели наши жизни.

Если пойду драться — то остальные волки нападут с другой стороны и утащат раненого паренька. Весну тоже попробуют. Потом и меня загрызут, оставшегося в одиночку.

А если я не сделаю ничего, то через несколько минут они атакуют все сразу. Тогда нам конец.

Бездействовать — смерть.

Драться — смерть.

Что оставалось?

— Держи лишайник, чтобы его не унесло ветром, и громко кричи, — сказал я Весне. — Я вернусь через несколько секунд.

— Ты к-куда⁈

— Громче, — спокойно ответил я, взял её руку и прижал ею лишайник в центре костра. — Пусть знают, что мы сдаваться не собираемся.

Сам взял увестистый сук, который заранее отложил из общей кучи. Встал. Выпрямился. Быстро осмотрелся вокруг.

Из метели больше никто не показывался.

Я поднял руку с палкой высоко над головой и двинулся на зверя, неотрывно смотря на него. Заодно делал глубокий, мощный вдох, наполняя лёгкие кислородом под завязку. Я вышел из-под ветвей. Позади послышлся громкий заговор Весны:

— Духом лесным, я заклинаю тебя, зверь лесной! Не тревожь наш покой! В лес возвращайся — к себе домой! Кровь людская для волка — яд! Жить хочешь — ступай назад! Заклинаю! Заклинаю! Заклинаю!

— ПОШЁЛ НАХРЕН ОТСЮДА! — взревел я, насколько позволила глотка, а затем от души метнул сук в засевшего волчару.

Он метнулся в сторону и скрылся в снежных вихрях. Легко и бесшумно, как тень. Хотя даже останься он на месте, я бы промазал и палка бы прилетела в паре метров от него.

Теперь они знают, что мы живы. Знают, что есть, кому сражаться за раненого человека. Поэтому не сунутся… пока что.

Я юркнул обратно под защиту ели. Сразу же к костру.

— Следи и покрикивай, — кротко скомандовал я Весне. — Волки осторожны. Чем больше мы даём понять, что мы живые и здоровые, тем более осторожными они будут.

Сам я вытащил кресало и кремень. Сел, спиной закрывая «шалаш» от задувающего ветра. Прижал лишайник к настилу из сухих веток в центре «шалаша», где оставил чуть-чуть свободного места. Одновременно прикрыл его ладонями и принялся высекать искру.

Раз-два-три-пять-шесть-девять-пятнадцать… Есть! Сухой лишайник задымился, в нём затлела ярко-оранжевая точка. Я закрыл его руками полностью, создавая вокруг занявшегося трута укрытие из моих ладоней.

Наклонился к нему самым лицом. Старался быть предельно аккуратным: скорее дышать, чем поддувать. Любое избыточное дуновение могло погасить тлеющий трут.

— Варадар… — едва слышно прохрипела Весна рядом. — Они здесь, Варадар!

Я отодвинул голову от огонька, закрывая его руками. Осмотрелся, за секунду.

Двое.

Видимо, брошенная палка и отправка «нахрен» стаю не впечатлили.

Волки приближались, даже не пытаясь скрываться. Короткими скачками они пробивали своими телами путь сквозь высокий снег.

Но не спешили.

Сначала приближались — потом останавливались, чтобы оценить обстановку. Будто чувствовали, как под елью нарастало напряжение и нарочно подпитывали его своим присутствием.

До еловых веток, прикрывавших нас, им оставался какой-то метр.

— А НУ ПОШЛИ ВОН! — рявкнул я. Волки замерли, вслушиваясь.

Руки Весны затряслись.

Её охватила паника. Не ожидал, что волки испугают её гораздо сильнее, чем ходячий мертвец, за которого она приняла меня. Когда мы встретились, она метнула нож и была готова сражаться. А сейчас…

— Весна⁈ Сможешь раздуть костёр⁈ — спросил я.

— …

— ВЕСНА! ТЫ СМОЖЕШЬ РАЗДУТЬ КОСТЁР⁈ — рявкнул я на пределе возможного.

Но она даже не взглянула на меня. Её «стеклянный» взгляд не отрывался от замерших волков.

Что-то сковывало её изнутри.

Она не была трусливой барышней, боящейся трудностей. Я понял это с первого взгляда.

Однако эти звери заставляли её терять над собой контроль. Они вселяли в неё неподдельный ужас. Ещё больший, чем человек должен испытывать перед диким хищником.

В такой ситуации Весна была мне не помощник.

Но если