Рысюхин, вы в 19 бароном стали? - Котус

жаре выпито было немало. Фуршет — поскольку сильно кормить не собирался, чтобы не вызвать лень и расслабленность. Потом, по результатам работы, будет и ужин — в зависимости от этих самых результатов. Ну, и спиртного на столах не было, к явному разочарованию многих музыкантов. Опять же — нечего расслабляться раньше времени.

Буквально через три часа «минусовка» была уже достаточно готова, чтобы попробовать её записать. Но, как обычно — стоило включить аппаратуру, тут же те музыканты, которые только что всё хорошо играли тут же начали пороть редкостную дичь буквально на ровном месте. Известный, но от того не менее досадный эффект, которому подвержены в той или иной степени большинство исполнителей, даже тех, для кого это не в первый раз. Десяток запоротых дублей — и диск без слов записали, а потом, на всякий случай — ещё один и вернулись в главный зал, добавлять голос.

И тут уже я начал всё портить. Пришлось брать паузу и извиняться:

— Девочки в процессе оркестровки немного поменяли строй песни и темп, я в своём воображении успел привыкнуть к чуть-чуть другому варианту, приходится переучиваться. Так что пока что пусть дамы попробуют вдвоём, я попробую подстраиваться без микрофона, а там посмотрим.

Как ни удивительно, но мы всё сделали одним днём! Записали даже три варианта: мой дуэт с Машей, дуэт с Ульяной и, на кураже — на три голоса. Все три варианта понравились, так что решили снять по три копии с каждого варианта и отправить их все. Ну, а после записи музыкантов пригласили за стол, накрытый в банкетном зале. Вот там уже было и горячее, и спиртное. Покормить работников в конце дня вполне попадало в рамки принятых приличий, хотя в отношении именно музыкантов считалось не обязательным. Но уж точно никто не ожидал, что мы позовём за свой стол, это бы и удивило, и смутило наёмный персонал, так что мы пошли в малую гостиную, как обычно. Музыканты же восприняли кормёжку как своего рода премию, перепробовали всё спиртное, а уж когда поняли, что слуги не препятствуют попыткам забрать с собой недопитое и вовсе пришли в состояние полной удовлетворённости.

Когда я вышел проводить музыкантов, исполняя обязанность хозяина дома, а больше чтобы убедиться, что все загрузились в автобус и помнят, куда ехать, ко мне подошёл лидер банды, Вяхирев.

— Ваша милость! Должен признаться — песня просто великолепная! Такие бывают редко, уж поверьте. Скажите, могу я набраться наглости и попросить у вас возможность исполнять её, на ваших условиях?

— Увы. Песня написана специально для Императорского Осеннего бала.

— Значит, будем ждать её на благотворительной пластинке.

— Вы уверены, что она туда попадёт?

Вяхирев фыркнул, словно его тотемом был не Вяхирь, а Конь и закашлялся. Я думал, он чем-то подавился, но оказалось, что это смех такой. Слышавшие разговор музыканты тоже искренне заржали.

— Ваша милость! Если ЭТА песня не попадёт на диск, то, значит, его составляли глухие и тупые, причём и то, и другое одновременно. А поскольку предполагать подобное в данном случае — кощунство невероятное[2], то она там ТОЧНО будет!

На этой, довольно рискованной ноте я и дал шофёру команду отправляться. Причём автобус повезёт музыкантов прямо в Борисов, откуда их и кооптировали, и при необходимости развезёт музыкантов по домам. Правда, судя по наблюдаемой картине, они намерены продолжить застолье, причём ещё в автобусе и, скорее всего, в родном городе тоже. В Борисове механик-водитель заночует, командировочные он получил, и уже завтра вернётся обратно.

На следующий день отпраздновали день рождения Ромки. Четыре года парню, шутка ли! По одному на каждую лапу. Праздник был исключительно семейный, устраивать приёмы по поводу детских праздников не принято, только на совершеннолетие и в тот день, когда ребёнок получает родовой перстень — если это происходит раньше. А все прочие дни рождения отмечаются в кругу семьи, максимум — с приглашением некоторого количества близких друзей, как правило — не больше десятка. Тогда организуется отдельный детский стол, но нам до этого ещё лет шесть как минимум.

Тихий семейный праздник, который Мурыська пыталась превратить в балаган, но не преуспела в полной мере, позволил отвлечься от новостей с юга Империи, которые тревожили почему-то чем дальше, тем больше. А они на самом деле были тревожными, порой даже пугающими.

Так, стало известно, что у решившего противостоять Империи эмира войско от тринадцати до пятнадцати тысяч сабель, а не от трёх до четырёх с половиной. То есть — дивизия с усилением и вспомогательными частями, а не полк. При двадцати четырёх полевых орудиях, что хорошо сочетается с четырьмя полками в дивизии, и таком же количестве картечниц, которые всё чаще стали называть пулемётами. Кроме того, как-то глухо упоминался мортирный полк и некий бронекавалерийский эскадрон. По поводу последнего успели наломать немало копий в попытках вычислить, что это такое, пока не было опубликовано уточнение, что это восемь бронеавтомобилей на базе британских грузовиков. Как я понял — такие же, как те, дебют которых совпал с появлением «Кроны». Четыре броневика по данным прессы оснащены британскими же четырёхфунтовыми пушками, а четыре — пулемётами.

Офицеры гвардии ходили хмурыми: с учётом «трёх рукопожатий» у многих там были или знакомые, или знакомые знакомых. Или не совсем там, но рядом, а никто уже не сомневался, что достанется и тем, кто рядом — тоже, поскольку в способность неполного полка удержать с опорой на старые глинобитные стены такую орду не верил вообще никто. Более того, большинство специалистов были уверены в том, что эмиру хватит от трети до половины сил чтобы блокировать гарнизон и «свернуть» линию застав, если их вдруг не вывели своевременно в город. Остальных же, по вековой традиции тех краёв, он может пустить в набег и, скорее всего, так и сделает.

И мои батарейцы ещё неизвестно куда пропали.

[1] Вяхирь — самый крупный дикий голубь в Европе, длина его тела составляет более 40 см, вес — до 690 г. Цвет голубовато-серый, грудь красновато-серая.

[2] Напомню: песни на диск отбирает, как считается, Государь Император лично. Так что Вяхирев нешуточно рискует даже с подводкой такого рода.

Глава 3

Когда я вернулся из Форта домой, то встретил в холле озабоченную Машу. Прежде чем я успел спросить, в чём дело, жена сама подошла ко мне с вопросов:

— Юра, ты не видел, куда наша Мявекула пропала? Я уже три дня её не видела.

Я заметил торчащую