#КаталогНечистойСилы2 - Андрей Волковский

— Дюша! — вскрикивает Таня.

— Ему я уже поставила метку, — заявляет Дама, снова появляясь в зеркале. — А вот короля у бубновой дамы нет. Ни отца, ни дедушки, ни любимого учителя. А к будущему отчиму она пока не привязана. К тебе, дорогой, конечно, тоже, но ты пришёл защитить её, а это подходит.

Она поднимает правую руку и наставляет на меня указательный палец. Я тут же ощущаю болезненный короткий тычок в грудь, между ключицами. Неужели?..

— Да-да, ты правильно понял, — улыбается Дама.

— А зачем вам собирать эти тройки? — интересуется Лисс, продолжая одной рукой удерживать Таню в кресле.

— Как зачем? — удивляется Дама. — Чтобы подпитать свою силу, конечно. Когда я соберу полный двор, я уйду.

Её улыбка становится хищной и слишком широкой для человеческого лица. Кончики губ раздвигаются всё шире, шире и шире. Но удивительным образом такая «улыбка» подходит ей больше обычной.

— Вместе с теми, кого выбрали? — уточняет Лисс.

— Догадливый мальчик, — хмыкает Дама, наставляя палец на приятеля. — Будешь червонным валетом.

Приятель морщится и трёт отметину под одеждой. Наверняка между ключицами у него появилось пятно в виде сердца.

Слежу за Дамой, сжимая зажигалку в руке, но не могу избавиться от мысли, что всё бесполезно. Если все наши круги и знаки не мешают ей выходить из зеркала и ставить метки, то что вообще мы можем ей противопоставить? И откуда обычная школьница могла узнать правильный ритуал вызова настолько сильной твари?

— Удачно я к вам заглянула, — радуется Дама. — Бубновый расклад собрала целиком. Червонный почти: дама есть, валет тоже. Нужен только король… ну-ка, посмотрим…

Она поворачивает полускрытое вуалью лицо к Дине.

— Оставь её в покое! — требую я, но существо не обращает на меня никакого внимания.

— А как вы выбираете двор? — Лисс слишком беззаботен. Будто не с опасной тварью разговаривает, а задаёт вопросы добродушной взрослой ведьме, согласившейся дать пару уроков.

— Нужна хотя бы капелька дара, — охотно поясняет Дама, не отворачиваясь от Дины. — Вот у четвёртой девочки, что присутствовала на ритуале, дара не было совсем. Собственно, я не жалею: она мне совсем не понравилась. Это второе, что нужно: понравиться мне. Затем нужны связи между первой картой и следующими. Вот у трефовой дамы и дар обнаружился, и дедушка-король, и валет-младший братик. Всё сразу, в одном раскладе.

Пиковая Дама смеётся и демонстрирует в зеркале сначала сидящего у кровати бледной заплаканной девчонки седовласого мужчину, точь-в-точь Кэри Грант в преклонные годы, потом мальчишку лет десяти, сосредоточенно рисующего что-то в небольшом блокноте.

— Видите, как мило — семья, — кивает Дама. — Да, кстати… Вот! Этот подойдёт!

Я ощущаю, как ледяные когти вонзаются в сердце за миг до того, как в зеркале появляется папа. Он, судя по ракурсу, отражается в зеркальной дверце шкафа: видимо, снова засиделся у телевизора допоздна.

— Не смей! — хором говорим мы с сестрой.

Дама смеётся.

— И что вы мне сделаете, милые дети? — спрашивает она. — Ничего! Смиритесь со своей участью и радуйтесь, что я сочла вас достойными.

— Вам осталось найти пикового валета и короля? — уточняет Лисс. — И всё, вы утащите нас в… куда, кстати?

— Не всё ли тебе равно, милый мальчик? Ты ведь уйдёшь со мной не человеком. Я ношу свой двор с собой, в самом сердце, — Дама прижимает руку к груди. — Самое дорогое!

— И от вас никак не спастись? — приподнимает брови Лисс. — Я слышал, вы иногда отступаетесь от тех, кого выбрали.

— Нет, милый мальчик, я не люблю отступать. И уж вам-то точно нечего мне предложить. О, мне уже пора, — она отправляет воздушный поцелуй, один на всех и исчезает.

Мне казалось, что с начала ритуала прошло не больше получаса, но в окно уже заглядывает золотистый августовский рассвет. Я снова накрываю тканью пустое зеркало.

— Она нас всех убьёт, да? — обречённо шепчет Таня.

— Нет, мы ей не дадим, — возражает Лисс и гладит девочку по волосам.

Она утыкается лицом в спинку кресла и, кажется, плачет.

Я предлагаю Дине пойти на кухню и организовать завтрак.

Когда мы оказываемся наедине, я оттягиваю воротник футболки.

— Метка? — спрашиваю я.

Сестра кивает, показывает свою отметину в виде сердца и ставит чайник.

— Что нужно, чтобы изгнать эту тварь? — сейчас меня интересует только это.

Не думать о тех, кого отметила Дама. Особенно о папе. Мы его спасём. Мы обязательно всех спасём.

— Там работы на весь день. А то и не один, — мрачно констатирует Дина. — А ещё придётся разориться на редкие ингредиенты. И найти их, кстати.

— Думаю, с этим поможет Белкин: он же рано или поздно проверит телефон — и вряд ли откажется помочь. Наверняка он знает, где и кто тут продаёт сверхъестественное.

Дина молча кивает.

— Так, в чём дело? — хмурюсь я. — Ты явно что-то недоговариваешь.

— Костя, у бабушки написано, что ритуал изгонит Пиковую Даму, но не спасёт тех, кого она отметила. Забрать их Дама не успеет, но им суждены болезни, кошмары и ранняя смерть. То есть не «им», а «нам». И папе.

— Должен быть другой выход! Не может эта тварь быть непобедимой! Может, ба просто не знала, но…

На кухню заглядывает Лисс, ведя следом заплаканную вялую Таню. Девочка кажется совсем подавленной, но ничего удивительного в этом нет. Лисс уговаривает её поесть, вручает чашку с чаем и обещает сгонять за едой.

Потом поворачивается к нам и говорит:

— А нельзя ли эту Дамочку закинуть за Дверь? Как ту «лисицу» в Александровке! Она ведь то же не была призраком, но за Дверь прекрасно утянулась.

А что, это прекрасная мысль!

— Отличная идея! — оживляюсь я.

Но Дина качает головой.

— Что не так? — интересуется Лисс. — Дама так прекрасна, что давно охмурила стражу, охраняющую эти ворота?

— Нет, — без тени улыбки отвечает сестра. — Знаете, почему истинный вызов Пиковой дамы был запрещён во всей Европе, в России, в США и даже в Латинской Америке? До конца прошлого века под страхом смертной казни запрещён, между прочим! Потому, что её не