#КаталогНечистойСилы2 - Андрей Волковский

— Я поэтому никому и не сказала. Думала, что сама поддалась настроению — и прыгнула. По дурости. Знаешь, в эмоциональном порыве. Так стыдно было. Но это потом. А там, в воде, я запаниковала, наглоталась воды и отключилась. Умерла, — голос Дины еле заметно дрогнул. — Потом увидела Дверь, Привратника. Ты же тоже его видел?

Она наконец-то посмотрела на меня. Я кивнул.

— Он рассказал мне про ба и её сделку. Сказал, что сейчас я приду в себя и выберусь на лёд. Что прямо сейчас не умру окончательно. Но на самом деле за это спасибо не только Привратнику, но и людям, — Дина слабо улыбнулась. — Мне помогли какие-то незнакомцы: они проезжали мимо моста, увидели меня на льду, посадили в машину, согрели, привезли домой. А я даже не помню толком, как они выглядели… Дома никого не было, и я успела привести себя в порядок, пока родители не вернулись. Тогда я и решила, что началась новая жизнь.

Дина слегка нахмурилась, словно опасалась, что я не пойму, насколько важно то, что она говорит. Но я понимал.

— Что я должна помогать людям не как врач через несколько лет учёбы, а по-другому, с тем, что у меня есть уже сейчас. И стала думать, как изменить жизнь. Понимаешь, я как бы должна бабушке и Привратнику за то, что они мне помогли. И тем незнакомым людям. Значит, я должна помогать другим.

— И ты решила создать канал?

— Не сразу, конечно. То есть про ресурс, где люди будут делиться своими историями о потустороннем я сразу подумала, но поначалу отмела эту мысль. Просто сайт с городскими легендами — это не то. Нужно живое общение, а я лицом канала быть не хотела. Вот когда Вася изменился, всё как-то сложилось само собой. Но нам нужен был ты, вот мы и поехали. Я и с родителями нарочно сильно поссорилась. Ну, чтоб они обиделись и не очень переживали, что я не оправдала их ожиданий. Волосы постригла, покрасилась, чтоб видно было: я другой человек.

Она вздохнула и покачала головой: типа, глупости, конечно, но из песни слов не выкинешь.

— А кто такая Юлька? — мне реально было интересно: надо всё прояснить, чтобы раз и навсегда оставить в прошлом эту историю. — О ком говорил Данил? И что за серая смерть?

— Юлька — знакомая из параллельного класса. Мы немного общались на тему сверхъестественного. У неё ключ был, она призраков чувствовала, но не очень хотела вникать во всё это. И вот когда Юлька свой ключ потеряла, она попросила меня помочь его найти. Как я теперь понимаю, ключ украл Данил. Видимо, они где-то пересеклись. Или давно знакомы были, просто ему возможность стащить ключ только тогда подвернулась, не знаю, — Дина пожала плечами. — А серая смерть, наверное, тип проклятья. Юлька мне как раз утром того дня шарфик красивый подарила. Думала, что у меня день рождения двадцать второго, а не двадцать пятого. Меня весь день слегка морозило, но я решила, что простыла, да и на улице тогда очень холодно было. С шарфиком, видимо, Данил поработал. И наверняка следил за мной, раз видел, что я упала в реку.

Дина снова напряглась, вспоминая смерть, и я поспешно отвлёк её:

— Не нашла ключ?

— Нет, конечно. Она меня попросила двадцатого. Через два дня случилось… то, что случилось. А на мой день рождения Юлька сказала, что в общем-то ключ ей и не нужен — потерялся и фиг с ним. У неё вроде как парень появился, и всё остальное теперь неважно. Очень глупо, Кость, но я не знала, что меня убили. Думала, сама умерла. Ну, почти.

— А мне почему не сказала? То есть брат я, конечно, был так себе да и далеко. Но когда вы приехали…

— Костя, перестань! Ты самый лучший брат на свете! Я не сказала потому, что стыдно было. И волновать тебя не хотела. И чтоб ты из-за бабушкиного решения переживал тоже не хотела. В общем, как могла, старалась тебя уберечь. Понимаешь?

Я наклонился, протянул руку и коснулся её пальцев.

— Понимаю, Дин. Но теперь давай никаких тайн и секретов. Ладно?

Она улыбнулась и сказала «ага».

— Да, и расскажи, чего мне теперь ожидать от себя и мира? А то Привратник ничего не объяснил.

— О, ты не будешь спать. Температура будет чуть ниже обычного. Кожа бледнее. Ты, собственно, уже. Болеть будешь реже, уставать меньше. Наверное, призраков и всё такое ощущать немного иначе. А да, ещё человеческая кровь может тревожить, скажем так. Как я со временем поняла, я бы ещё и поэтому не смогла в меде учиться и работать по специальности.

Я задумался, не полагается ли мне теперь погрузиться в окологотический мрак и по жизни, и в искусстве. Носить только тёмное, смотреть исключительно старые фильмы про вампиров и снимать пафосные фото с чёрно-белым фильтром. Но решил, что нет. Мало ли что там во мне поменялось — я-то остался прежним.

А вечером, слегка отдохнув, мы наконец дошли до родителей.

— Костя, Дина, Вася! Вот так сюрприз! — обрадовалась мама. — Заходите скорее! Мы как раз ужинать собрались.

Спирит сразу ускользнула на кухню нюхать ужин.

Папа с улыбкой пожал нам с Лиссом руки, а Динку обнял так, будто она не почти взрослая самостоятельная девушка, а маленькая смешная девчушка. И я наконец-то понял то, что давно следовало понять. Что бы между нами ни случилось, они нас любят. И мы любим друг друга. И это по-настоящему важно. Важнее одержимости Данила и его тёмных знаний. Важнее ненависти Лиссова отца. Важнее смерти.

Кстати, о смерти. Когда мы вернулись из Вединовска, выяснилось, что мне больше не нужно лекарственное зелье. Смертельное проклятье, отравлявшее меня всю мою сознательную жизнь, потеряло силу, когда моё сердце остановилось, и больше я не задыхаюсь.

…Типовое утро номер один. На нашей кухне пахнет кофе. Сквозь украшенную мишурой штору заглядывает декабрьское солнце.

Дина готовит завтрак. Лисс, уткнувшись в телефон, листает комментарии. Спирит дремлет, почти неощутимо привалившись к моим ногам.

— Глянь, Кость, тут странные исчезновения в парке и жуткие ночные голоса! Как тебе? — Лисс протягивает мне телефон.

Я смотрю на фото мрачной парковой зоны и ощущаю знакомый холодок.

— Едем!