#КаталогНечистойСилы2 - Андрей Волковский

Теперь и ты сможешь, — кажется, он чуть усмехнулся, но не уверен. Возможно, моё сознание приписывает ему человеческие интонации, чтоб хоть как-то уместить в себе этот диалог. — Твоя сестра тоже пережила подобный опыт.

Слово «пережила» отчётливо кажется ему забавным. Мне нет.

— Два года назад? — уточняю я.

— Да. Тогда она умерла, но вернулась. Как мы и договаривались с Леной.

— Бабуля попросила тебя защищать нас?

— Не совсем. Скорее спасать от смерти тогда, когда я могу вмешаться.

— А что взамен?

— Ты правда хочешь это знать? — воображение дорисовывает, как Привратник прищуривается, глядя на меня сквозь ткань капюшона.

— Да.

— Люди так часто ищут ответы на вопросы, а найдя, страдают… — будь он человеком, я бы сказал, что он вздыхает. — Впрочем, воля твоя. Лена отдала за вас непрожитые годы. Попросила немного времени, чтоб чему-нибудь вас научить — и умерла сравнительно молодой. Ах, какая сила! В древние времена она непременно стала бы жрицей…

— А сколько… — невежливо перебиваю я. Мне очень нужно знать. — Сколько она должна была прожить?

— Не «должна», а «могла бы», — поправляет Привратник. — Она могла бы прожить до девяноста двух лет.

Тридцать лет. Ба отдала тридцать лет жизни, чтобы защитить нас.

Меня заполняет смесь горечи и благодарности. Мне бесконечно грустно. Мне тепло ощущать любовь и заботу ба спустя столько лет после её смерти.

С трудом сглатываю комок в горле. Не знаю, что на это ответить и нужно ли отвечать, потому спрашиваю о другом, более важном:

— Там, на крыше, надеюсь, Охота не убивает Дину и Лисса прямо сейчас? — уверен, что нет, иначе Привратник не был бы так спокоен. Но кто знает этих сверхъестественных созданий? Вдруг для него это незначительные мелочи?

— Нет, у них есть правило: один круг — одна жертва. Они думают, что убили тебя, так что теперь помчатся дальше, чтобы сделать разворот, а потом погонятся за Диной. Найдите то место, откуда они вышли. Рядом должно находиться и место ритуала, закрывшего здание. Откройте Дверь — и я приду.

— Кстати, о ритуалах. Данил реально может получить власть над тобой и Дверью? Зачем? И откуда он узнал о ритуале?

— Как много вопросов. Что ж, отвечаю по порядке. Нет, не может. Чтобы вернуть родителей, которых он потерял ещё ребёнком. Прочитал в старой книге сомнительного происхождения. Это грустная история. Он не раз приходил ко мне подростком. Я ничем не мог ему помочь, а он был уверен, что я не хочу помогать. Вот и решил меня заставить. А что в итоге? Потратил жизнь, пытаясь достичь невозможного и поменять неизменное. А мог бы многого добиться. Кстати, ключи, которые он собрал, можете отдать мне.

— Как найти место ритуала?

— Знаете, откуда пришла Охота?

— Вроде бы с четвёртого этажа…

— Бегите туда и ищите. Вы почувствуете, где спрятан сломанный ключ. И ты, и сестра. Готов?

Мне хочется увидеть, что там, под капюшоном. Оскал черепа? Вихрящаяся пустота? Но сейчас не до того. Словно почувствовав моё любопытство, Привратник сдёргивает капюшон.

Я вижу странно знакомое лицо. Своё, но будто более взрослое, бледное, с запавшими глазами. С чужой улыбкой на слишком тонких губах. Через миг оно неуловимо меняется, и я понимаю, что это папа с заострившимися чертами лица. А затем глаза перецветают в зелень, черты снова изменяются. И вот передо мной мертвенно бледный Лисс.

— Люди боятся смерти. Своей и близких, — говорит он.

Его лицо становится тоньше, нежнее, глаза сереют — и Привратник становится совсем не живой Диной.

— И потому никогда не видят меня. Сдаётся мне, что прежнего облика у меня больше нет.

«Дина» улыбается и перетекает в ба, какой я помню её в день похорон.

Ба незнакомо усмехается и толкает меня в грудь.

«Европа». Надежда на спасение

— Костя! Костя! — кто-то трясёт меня за плечи и плачет.

Я резко втягиваю воздух в лёгкие и открываю глаза. Надо мной нависают встревоженный Лисс и рыдающая сестра. Рядом маячит Лари.

— Живой! — вскрикивает Дина и утыкается мне в грудь.

Машинально обнимаю сестру и глажу по плечам.

Я живой. Лежу на снегу. Вижу, слышу, дышу.

Охотников не видно, но стоило подумать о них, как неподалёку я различаю крики, лай и цокот. Поворачиваю голову и вижу, как на дальнем конце крыши нарочито медленно разворачивается Охота.

— Надо найти, где сломанный ключ, — быстро говорю я, не сводя взгляда с призрачных всадников. — Как у моста. И открыть Дверь. Трав в огонь не надо, хватит моей крови. Тогда придёт Привратник. Ключ, скорее всего, на четвёртом этаже.

Дина вскакивает и, утирая глаза, велит мне подниматься и бежать.

— Я попробую их отвлечь. Вася не может, а ты уже наотвлекался — хватит!

Ну уж нет! Я подскакиваю и, забыв об Охоте, хватаю Дину за плечи.

— Бегите! — сестра повышает голос, но никто не намерен её слушать.

У моей ноги материализуется Спирит. Одно ухо повисло, шерсть помята. На морде царапина. Ещё и хромает на заднюю лапу. Но живая! Если так можно сказать о призраке.

Спирит решительно лает. Она явно готова ещё раз отвлечь гончих.

— И эта туда же! — фыркает Лари. — Вы, убогие, даже собачку заразили… Эх, чёрт с вами. Бегите все вместе. Я дам вам время.

— Эй, ты чего задумал? — настороженно спрашивает Лисс.

— Помнишь, я говорил тебе, что процесс уже начался? Надо просто его ускорить.

— Но ты же…

— Живо! А то я передумаю!

Лари вдруг начинает расти ввысь и вширь одновременно. Его лицо вытягивается, превращаясь не в морду даже, а в кромешный кошмар. Заостряющиеся зубы лезут изо рта во все стороны. Спина скрючивается гигантским гребнем. Сквозь одежду лезут шипы.

Вместо рук лапы с огромными когтями. Он падает на них, становясь на четвереньки, и уже совсем не походит на человека.

— Я готов! — ревёт он. — Бегите!

Неужели это и есть Пожиратель?

Лисс срывается с места первым.

Я успеваю заметить, как ускоряется Охота, летя на монстра, и как тот раскидывает волкодавов словно тряпки.

— Спирит, за мной! — велю я, и мы с Диной мчимся за Лиссом.

На одном дыхании