Товарищи женщины! - Константин Владимирович Денисов

Впрочем, я и раньше не особо верил, что обыск принесёт плоды. Просто не могу уйти, не проверив все варианты. Иначе мысли потом всё время возвращались бы к этому, заставляя сожалеть, что не проверил каждый сантиметр. А вдруг нашлось бы что-то важное?

Но не было ни женских вещей, ни хоть чего-то, что можно было бы связать с моей русалкой… да и вообще, любой другой женщиной.

Посмотрев на обожравшихся собак, которые всё же перестали есть и развалились на солнце, подставив ему свои раздутые животы, я тоже решил поесть. Аппетита не было, но про организм всё равно забывать не стоило. Ему нужны силы, и если есть возможность пополнить запасы калорий, нужно было этим воспользоваться.

Но перед этим я нашёл что-то типа таза, зачерпнул из бака красноватой воды и отнёс собакам. Поставив таз неподалёку, я ушёл. Они некоторое время недоверчиво смотрели то на меня, то на воду, но потом потянулись к поилке.

Вытащив из фургона столик и стул, я выставил на него обнаруженные банки с консервами. Припасы были свежими, из гуманитарных грузов. Где они их взяли? Вряд ли им сюда доставляют продовольствие. Ну да ладно, теперь они уже никого не смогут больше ограбить.

Вскрыв полулитровую стеклянную банку с тушёнкой, я принялся равнодушно уплетать мясо. Вроде бы и вкусно, да вот только эмоций я всё равно не испытывал.

Дело было в том, что спешить мне теперь было абсолютно некуда. Не то чтобы сейчас, а вообще! Те, кто остался в Сокольниках, в общем-то, могут и сами о себе позаботиться. Команда мощная, нянчиться с ними вовсе не обязательно. На Орден Паука вообще плевать. Ну развлекаются они там где-то по-своему, и что теперь? Это не моё дело. Надо кому-то с ними разбираться, пусть разбираются.

По большому счёту неотложных дел у меня не было. Все эти дела я сам себе постоянно придумывал, брал на себя лишнюю ответственность за других людей… зачастую когда меня даже об этом не просили. За это лето и так сделано немало, можно и на покой уйти.

Я задрал голову и, щурясь, посмотрел на яркое солнце.

— Может в Крым двинуть? — задумчиво произнёс я, — в память о Рите! Она не добралась, так может, хоть я за неё дойду туда когда-нибудь и помочу ноги в Чёрном море.

Идея вроде бы была дурацкая, но что-то в ней меня зацепило! Мысль засела в голову и никак не хотела уходить.

И вроде бы умом я понимал, что пересечь половину европейской части страны сейчас задачка со звёздочкой, но всё равно не мог отказаться от этой неожиданно поселившейся во мне идеи.

Когда одежда высохла на солнце, я оделся и снова пошёл под эстакаду. Казалось, что вчера я сделал не всё, что мог. Недостаточно внимательно всё осмотрел. Нужно было взглянуть на всё свежим взглядом.

Я опять проверил всё пространство внизу и захватил ближайшие окрестности, полуразрушенные дома и скверы возле них. Ничего даже отдалённо похожее на свежую могилу обнаружить так и не удалось.

Я снова провозился до наступления темноты, и когда ползание по развалинам потеряло смысл, вернулся уже знакомой дорогой на стоянку байкеров. К тому же светочи работали с грехом пополам. После купания я хоть и высох, но магия восстановилась ещё не на сто процентов.

Собаки по-прежнему были там, и мой приход встретили равнодушно. Совсем привыкли. Только одна лежащая недалеко от принесённого мной тазика жалобно заскулила.

Таз оказался пустым, и я снова наполнил его водой. Когда ставил его на прежнее место, все шесть псин начали потявкивать, но совершенно неагрессивно. Я бы даже предположил, что они таким образом говорят мне спасибо. Эту догадку подтверждало то, что они все дружно встали и неспешно побрели к тазику, повиливая хвостами. А это, насколько я помнил, добрый знак.

Помимо изменившегося в лучшую сторону поведения собак, на стоянке ещё кое-что стало по-другому. Появился довольно сильный и неприятный запах. Оно и понятно, трупы, проведя на солнце целый день, начали быстро разлагаться. Долго здесь оставаться не получится!

Однако и уходить куда-то на ночь глядя тоже не хотелось. Я зашёл в фургон, там благодаря закрытой двери запах почти не чувствовался. Да, там было много других «ароматов» жизнедеятельности бывших жильцов, и хотя они тоже были не очень приятными, по сравнению с царящим на улице духманом, это были почти благовония.

Я повалился на какой-то топчан прямо возле входа и мгновенно отключился точно так же, как и прошлой ночью.

Проснулся утром, когда было уже светло. За ночь запах усилился и теперь пробирался даже в фургон. Дышать становилось здесь просто невозможно. Я поморщился, подхватил вещи и вышел на улицу.

Там меня чуть не свалило с ног смрадом, висящим над стоянкой. Был бы ветерок, он бы уносил эту вонь с такого открытого и продуваемого места, но, как назло, стоял полный штиль. Даже собаки отбежали на приличное расстояние и бродили дальше по дороге, вяло обнюхивая друг друга.

С одной стороны, я мог сжечь плазмой всё, что источает запах… с другой, оставаться здесь дальше не имело никакого смысла. Это место меня угнетало, и я не ушёл до сих пор лишь потому, что надеялся выяснить что-нибудь новое. Этого не произошло, и тянуть с отходом теперь было ни к чему.

Во время обыска я нашёл две большие канистры с бензином, литров, наверное, по сорок. Возможно, у байкеров это был НЗ, хотя, мне кажется, что бензин особо долго не хранится и со временем теряет свои свойства. Впрочем, я мог и ошибаться, потому что в этих вопросах был не силён.

Была мысль попробовать заправить один из мотоциклов, но я не очень хорошо умел на них ездить. Опыт такой был по юности, но поскольку прошло много времени, а эти аппараты были значительно больше и тяжелее, чем те, с которыми я имел дело… в общем, не факт, что у меня получилось бы поехать и не вписаться сразу же куда-нибудь. Это при условии, что вообще удастся завестись.

В общем, решив, что мороки слишком много, а результат непредсказуем, я решил не связываться.

Да и слишком шумный транспорт. В вымершем городе звук мотоциклетного двигателя будет разноситься на километры! Не то чтобы меня сильно волновало… но всё же!

К тому же транспорт диктует маршрут. Ногами можно пройти там, где проехать не получится.

Эти доводы только утвердили меня в мысли не связываться с этой техникой.

Поэтому я нашёл большую сумку, собрал в