Секретарь мрачного графа. Ошибки не прощаются - Наталия Ники

Значит, это действительно Черити, на фотоснимке нельзя было разглядеть ни рост сестры, ни ее родинку. Крошечную родинку возле виска, у краешка глаза.

О, Черити знала силу этой родинки, и как она влияла на мужчин. Сестра просто обожала скромно и беззащитно склонить голову, заправить локон за ухо перед оторопевшим от восхищения очередным представителем мужского пола.

Но зачем она покупала яд в богом забытом городе? Это было загадкой для меня.

— Значит, это было около трех месяцев назад?

Торговка кивнула, не сводя с меня живых блестящих глаз. Три месяца назад, Тамилла еще была жива, а Черити прохлаждалась, как ни в чем не бывало в каком-то замке! Досада так душила меня, что на шее проступили жаркие красные пятна.

— А раньше вы ее не видели в городе?

— Раньше нет, — женщина покачала головой. — Но я редко там бываю. Думаю, она была из замка Нолорано, уж больно нарядная.

— Никаких новых сведений, мисс, — появившейся за дверью усатый полицейский сочувственно покачал головой. – Дело в следующем месяце закроют. Возможно, девица вполне себе жива — сбежала и сменила фамилию, — флегматично добавил полицейский, потерев набрякшие веки. — Красивая девушка, много соблазнов.

— Ну, знаете ли, — возмутилась я.

— Следующий! – строго проговорил служитель закона, старательно выглядывая кого-то за моим плечом.

Я оглянулась, к тому времени словоохотливая собеседница уже ушла. А позади меня ожидаемо было пусто. Выбежав на улицу, покрутила головой, выискивая алую фигуру среди пестрого людского потока – но ее нигде не было видно.

Глава 4.

Марта

Проснулась я поздно. В окно ярко светило солнце, а ветер нещадно трепал лимонного цвета занавески на окне.

Ступая босиком по ледяному полу, выглянула наружу: Вилемс сиял свежеомытыми красными крышами, а в утренней дымке на поросшей лесом горе была хорошо видна громада нороланского замка.

Голова с трудом соображала — сказывалось недосыпание — всю ночь я сочиняла себе рекомендательное письмо, а потом и свидетельство. Изо всех сил вспоминая, какие именно предметы могли изучать курсанты, чтобы это было более или менее правдоподобно. С печатью я решила не мучиться — не было времени — и шлепнула оттиском той давней, которую делала для должности экономки. Получилось неплохо, неопытный глаз не заметил бы подмены.

В конце концов, если это сработало с владелицей «Рачительного пони», то почему бы не попробовать вновь? Тем более, я сомневалась, что в этом захолустье был хоть кто-то из Пратской академии.

Зато теперь в моей характеристике значилось: «прилежная студентка», «имеет глубокие познания в травоведении и минералогии». Такое рекомендательное письмо вполне походило на определение «отличный».

«Что было правдой», — рассеянно думала я, наблюдая за игрой света в лужах. Буря утихла, от снега не осталось и следа, и весна ясно чувствовалась в городе, несмотря на голые деревья с едва проклевывающейся зеленью.

С такими рекомендациями я точно получу работу на графской фабрике. И мои мучения наконец-то закончатся. Встречусь с Черити и все ей выскажу, попадись она мне! Заставлю ее вернуться, и выкупить лавку. Это ее долг перед матерью! Если, конечно, Черити жива.

От этой мысли стало неуютно. За последние три дня мне так и не удалось что-либо узнать о ней, хотя я побывала везде: на почте, в разных магазинчиках, провела полдня на рынке. Хозяйка пансиона сказала, что за последние три года года в Вилемсе никто новый не селился.

Когда же я стала спрашивать про фабрику, она поспешила закончить разговор, посоветовав посмотреть местную газету. Лишь вчерашняя беседа с газетчиком немного прояснила ситуацию. Стало хотя бы понятнее поведение местных, которые тщательно избегали разговоров о замке. Но ничего, вот уже через … Я посмотрела на часы и подскочила.

— Проспала, — с ужасом поняла я.

До встречи в замковом дворе оставалось меньше часа! А мне еще нужно было успеть добежать до замка через густой лес. Носясь по комнате в одних панталонах, я ругалась, как прачка, проклиная трара и всю прочую лесную нечисть.

И еще портниху, что сшила платье с таким количеством пуговиц. Я чуть не вырвала все петли, когда застегивала их, подпрыгивая от нетерпения. Кое-как пригладив волосы и, на ходу запихивая приготовленное за ночь письмо в сумку, вывалилась в холл.

И почему я не попросила хозяйку разбудить меня?

Прямая, как жердь, хозяйка застыла у конторки, когда я, как ураган, пронеслась мимо, пробормотав: «Доброе утро, госпожа Дейвис». Взгляд ее выражал полнейшее неодобрение.

Ну что же, надеюсь, в гостиницу вернусь только за вещами. К тому же я больше не могла позволить себе дальше снимать эту комнату, цены здесь были дороже, чем в пратских пансионах.

Оказавшись на улице, я опрометью бросилась к северным воротам, к дороге, что вела к нороланскому замку. Путь мой лежал через еловый лес.

Ступив на широкую дорогу, мощенную старым булыжником и устланную пожелтевшей хвоей, невольно сбавила шаг. Неожиданное ощущение мрачной тишины и спокойствия окутало меня. Сырой лесной воздух наполнил легкие.

Косые лучи солнца едва просачивались через плотные макушки деревьев, а клочья влажного тумана лежали вперемешку с нерастаявшим снегом. Где-то журчал ручей, а в вдалеке кричала птица на одной ноте.

Извилистая дорога резко оборвалась у ущелья. Это я знала – в первый же день я разведала путь к замку. По подвесному шаткому мосту нужно было перейти ущелье, а затем тропа под сильным уклоном вела наверх, к замковым воротам.

Вцепившись в перила и затаив дыхание, я медленно двинулась по мосту. Хлипкое сооружение, подвешенное над пропастью, раскачивалось от малейшего дуновения ветра. Можно ли было попасть в замок другим путем, мне выяснить так и не удалось. Хозяйка тогда немало удивилось моему любопытству, и мне пришлось соврать, что я путешественница, изучаю местные цветы.

Прикрытие у меня было так себе – сейчас, пробегая между нежных островков морозника и ветреницы, я понимала это. Но хозяйку, как ни странно, объяснение тогда удовлетворило.

Тем более, что местные избегали тем о графском замке. Немного переведя дух, на другом краю ущелья, я поспешила по дороге, которая бодро карабкалась вверх на вершину горы, среди кривых, цепляющихся за землю, сосен и кедра.

В ровно назначенное время, я, запыхавшаяся и взмокшая, стояла у высоких кованых ворот, за которыми виднелась широкая прямая аллея из мощных лип и устремляющихся вверх, как пики, пирамидальных