Искатель 22 - Сергей Шиленко

Кроме того, как верно подметила принцесса, насколько известно Малину Медоубруку, я всё ещё барахтался где-то на 50-м уровне. Пока этот ублюдочный гном и его Консорциум не узнали ничего нового обо мне или о нашем Теневом крестовом походе за последние полтора года, мой реальный уровень не станет их беспокоить. В их аналитических сводках я всё ещё числился просто назойливой занозой, а не смертельной угрозой.

По крайней мере я на это очень надеялся.

Я в очередной раз прикинул риски. Путь назад, к порталу, точно не покажется расслабляющей прогулкой по парку, стража Харалдара патрулирует улицы, а ищейки Малина не дремлют, но я был готов.

В конце концов, у меня есть за что сражаться: моя семья, безопасность доверившихся мне людей, будущее тех, кого люблю. И сегодняшний оглушительный успех в покоях принцессы только добавил мне уверенности, мы вскрыли их оборону изнутри.

Я накинул капюшон, скрывая лицо в тени, и бросил последний взгляд на своих девочек.

— Готовы? Уходим тенями, охота продолжается.

Два дня спустя Лионелия, утомлённо потирая переносицу, сообщила мне, что Макаэл Сумрак выложил всё, о чём вообще имело смысл спрашивать.

Судя по всему, деятельность Консорциума в Копях Кротоса не была столь уж строго регламентирована, либо руководство не страдало параноидальной тягой изолировать низшие звенья от начальства, скрывая все концы. Возможно, тот самый таинственный партнёр Малина по прозвищу «Джи», тот, кто заправлял делами под землёй, далеко не так организован, как гном, или, как минимум, куда менее осторожен.

Благодаря этой бреши в их безопасности мы узнали о нескольких контактах Сумрака с криминальными авторитетами в соседних городах, тех самых, что ускользнули от нашего внимания во время прошлой слежки. Всплыло и более важное имя, высокопоставленный член Консорциума, с которым Макаэл регулярно вёл дела: Ялдирин'лисория Авансдел, для своих Каменная Гадюка.

Эта Гадюка всегда выходила на связь первой, оставаясь абсолютно недосягаемой для обратного вызова, даже если всё летело в Бездну. Встречи планировались с маниакальной тщательностью, однако Ирен, покопавшись в магических следах и обрывках воспоминаний пленника, смогла вытащить достаточно информации о методах связи этого лидера Консорциума. Теперь мы ждали, когда Гадюка в следующий раз попытается связаться с кем-то из уцелевших главарей тёмных эльфов, на которых указал Сумрак, чтобы перехватить языка.

Первым делом я связался с Элариэной и её семьёй, и мы перевезли их в надёжное, скрытое от посторонних глаз убежище, позаботившись о том, чтобы они ни сном ни духом не ведали о наших нынешних делах. Если вдруг Консорциум доберётся до них и начнёт допрашивать, они физически не смогут выдать то, чего не знают.

Разобравшись с логистикой, пришлось снова посетить допросную. В воздухе висел затхлый запах сырого камня и чужого застарелого страха, рядом со мной, поигрывая тонким кинжалом, стояла Лионелия.

— Ну что, Сумрак, — мой голос прозвучал сухо и резко, когда я с глухим стуком опустил кулаки на тяжёлый деревянный стол прямо напротив бывшего владыки Астеллара. — Как я и обещал, наша следующая встреча состоится только тогда, когда ты начнёшь сотрудничать, и вот, кажется, пришло время готовить тебя к освобождению.

Я выдержал долгую, давящую паузу, наслаждаясь тем, как дёргается его кадык.

— Однако перед этим я задам тебе несколько вопросов просто чтобы убедиться, что ты действительно вывернул перед нами душу и ничего не утаил.

Лионелия была умна, въедлива и дотошна, но даже она не могла получить ответы на вопросы, которые ей просто не приходило в голову задать. Система Валинора предусматривала лазейки, и хотя её классовый навык Чувство правды был мощным инструментом, хитрый пленник мог обойти его, скармливая полуправду и тщательно подбирая формулировки.

Навык подтверждал лишь то, что человек верил в свои слова, или что он не говорил прямой лжи. Недосказанность не считалась ложью. Если объект достаточно умён и понимал, как работает проверка, он мог водить нас за нос.

А Макаэл Сумрак, несмотря на свой жалкий и побитый вид, был тем ещё скользким ублюдком. Он вполне мог обмануть Систему. Поэтому я заранее, в течение нескольких месяцев, продумывал схему допроса, составляя список вопросов, закрывающих любые лазейки, следуя логике дознавателя и Охотника: закрыть каждую щель, куда могла бы просочиться полуправда.

Я достал из инвентаря свернутый пергамент и развернул его на столе.

— Во-первых, — холодным тоном начал я, — на все предложенные вопросы ты отвечаешь только «да» или «нет», если я не попрошу развернутого ответа. Правила ясны? Хорошо. Ты когда-нибудь в ходе этого допроса до текущего момента пытался утаить от нас какую-либо информацию?

Худощавый тёмный эльф нервно сглотнул, капли холодного пота блестели на его серой коже.

— Насколько мне известно, нет… — начал было он.

Лионелия угрожающе зашипела, глаза вспыхнули хищным жёлтым светом, и она с силой всадила кинжал прямо в столешницу в миллиметре от его пальцев. Лезвие жалобно звякнуло.

— Нет! — поспешно и тонко выпалил Сумрак, вжимаясь в спинку стула.

Я скосил глаза на жену. Лионелия, прислушавшись к своим ощущениям, коротко кивнула. Правда.

— Отлично, — я продолжил давить. — Ты когда-нибудь скрывал информацию, которая, как ты сам понимаешь, могла быть нам полезна или могла бы серьёзно скомпрометировать Консорциум?

— Нет.

Снова кивок от Лионелии.

— Ты когда-либо скрывал любую другую информацию, независимо от того, спрашивали тебя об этом или нет? — я сузил глаза, наблюдая за его реакцией.

— Как я мог не… — его голос сорвался, он попытался оправдаться.

Маленькая гоблинша-дознаватель грациозно вскочила на стол, оказавшись прямо перед его лицом. На этот раз она издала низкое, утробное рычание, а затем пронзительно рявкнула:

— Отвечай «да» или «нет»!

— Да, конечно! — взвизгнул эльф, трясясь от ужаса. — Иначе мне пришлось бы вывалить вам всё, что у меня на уме с самого момента моего рождения и до этой самой секунды!

Логично. Формальная логика Системы обработала вопрос слишком буквально.

— Назови один пример информации, которую ты намеренно утаил. Первый, который сейчас придёт тебе на ум, — приказал я.

Сумрак судорожно сглотнул, его лицо приобрело землисто-зелёный оттенок, казалось, его сейчас стошнит. Он опустил взгляд и едва слышным шёпотом дал ответ.

Ну, у него имелись все причины сгорать от стыда. Едва услышав это грязное признание, я искренне пожалел, что вообще спросил. Внутри поднялась волна омерзения, заставившая презирать этот кусок дерьма ещё сильнее, хотя казалось, что дальше некуда. И, что самое паршивое, эта информация не принесла нашему делу абсолютно никакой пользы.

Пока тёмный эльф мямлил подробности, Лионелия так крепко стиснула рукоять воткнутого в стол ножа,