Время Признания - Дмитрий Романов

Вчера она отсутствовала за ужином и я очень обеспокоился ее судьбой, ведь моя горячо любимая маменька сказала, что Настенька приболела. Каково же было мое изумление и негодование от того факта, что Сашка Вальцов даже не удосужился вызвать доктора!

Этот подлец посмел поставить жизнь моей ненаглядной Настеньки под угрозу. Непростительно!

Пришлось указать это в опросном листе и свершилось чудо - она сразу же поправилась. Наверняка Сашка наврал про ее болезнь, а сам мучает бедную девочку голодом, как меня два дня назад.

Обязательно напишу о своих подозрениях в следующем опросном листе.

Еще, неожиданно, нашелся ты, мой дорогой дневник. Мой верный друг, которому я доверяю самое сокровенное.

Вчера коварные воры украли тебя. По крайней мере, я так подумал, но стоило указать это в опросном листе и ты сразу нашелся. Машка - дура, переложила тебя на время уборки и забыла об этом.

Хорошо, что хоть не читала, а то бы пришлось вызывать КГБ, ведь на твоих страницах сокрыта важная государственная тайна. Пусть я и дал подписку о неразглашении, но готов ответить по всей строгости.

А я-то на вора грешил! Думал, что ворюга посмел пробраться в комнату ребенка и украсть его дневник. Это каким нужно быть мерзавцем, чтобы сотворить такое? Нужно быть мерзким, подлым гадом, для которого нет ничего святого.

Вроде Сашки Вальцова. Этому подонку и такое может прийти в голову.

Может, на публике он и выглядит достойно, но я знаю его мелочное нутро. К тому же дома он ведет себя совсем иначе. Дерганый какой-то и раздражительный, а еще он совсем запустил себя. Мало того что небритый, всклокоченный и в вечно оборванных костюмах, так от него еще и воняет.

У человека явно проблемы с алкоголем. Возможно, что и с мужской дееспособностью проблемы.

Его ли дочь Настенька?

* * *

Поставив восклицательный знак удовлетворенно кивнул самому себе, закрыл дневник и оставил его на самом видном месте.

Пусть Вальцов повеселится. Ведь никаких сомнений в том, что он это прочитает, не имелось. Мария хоть и ведет себя со мной, как шелковая, но я нисколько не обманываюсь - либо хозяину отнесет, либо сама прочитает и передаст. Так что приходится развлекать настырных хозяев дома своим личным творчеством. И если подумать - я отличный писатель.

Великий писатель! Поклонников творчества, правда, пока маловато, но зато следят за каждой строчкой. Жаль, что интерес к писательству угасает - широкой публике такое не зайдет.

Стук в дверь раздался за пять минут до назначенного времени, но сегодня я великодушен и ни слова не сказал по этому поводу.

Имеются и другие темы для разговора:

- Машунь, а чего это у тебя рука перемотана?

Женщина, которой уже очень давно миновало сорок, отвела взгляд, но ответила:

- Молоком с плиты обожглась.

- Ах, какое несчастье! - я сокрушенно покачал головой. - А я уж думал, что ты порезалась. Вроде звон разбитого стекла слышал не так давно.

Служанка подняла на меня красные от недосыпа глаза и встряхнув мешками под этими глазами, пояснила:

- Галя упала. Порезалась. Сильно.

- Вот как? Что же вы все безрукие такие. - я вновь вздохнул и с тоской уставился в потолок. - Ну да ничего - поправитесь. Надеюсь Захар цел?

- Цел. - в голосе и взгляде женщины появилось злорадство. - Ждет вас на тренировку. Идемте, сударь - я провожу.

И уставилась еще так - выжидательно. Надеется, что я дам слабину и попробую отскочить? Да как бы не так!

Этот ублюдок бесит едва ли не сильнее Вальцова. А пока меня не выставили из дома - бесил больше!

Кто берется за розги по приказу хозяина?

Захар.

Кто запирает детей в темном сарае на ночь?

Захар.

Кто собьет тебя с ног, если окажешься на пути?

Захар.

Кто выпил вишневый сок, а свалил все на ребенка?

Захар!

И мне до жути хочется поделиться с ним самым сокровенным. Тем, чем делился с вредными тетками и Вальцовым, но не с ним. То, что берег для особого случая.

Несчастье!

Александр Александрович решил наказать меня, назначив Захара персональным тренером. Устал слышать претензии от департамента опеки про необходимость моего обучения и приступил к найму учителей. Захара нанимать не пришлось - верный холоп уже в штате слуг и идеально подходил для тренера по физической подготовке.

Предсказуемо! И приятно, что опять просчитал поступки взрослого. Даже немного страшно от того, насколько я дальновидный.

Хотя нет. Не страшно. Даже слово правильно подобрать не получается.

Самодовольно?

Да, определенно чувствую себя самодовольно!

Захар нашелся на заднем дворе. Свободного места здесь всегда хватало, а сейчас и кое-какой инвентарь виднелся. Две гири на тридцать два килограмма каждая, две пятикилограммовых гантели и плотно набитый чем-то мешок. Скудновато, но посмотрим, что у него на уме. И зачем здесь мешок.

- Ну вот и встретились, парень. - тяжелым басом ухнул мужик.

- Мы встречались, когда я приехал. И вчера виделись. - усмехнувшись, с превосходством посмотрел на него снизу вверх. - Память слабину дала? Ну так ешь больше витаминов в голову. Морковку там или репу. С чего начнем, тренер?

Крупный черноглазый брюнет нехорошо усмехнулся и прищурился. Не то чтобы мне стало неуютно, но довольно неприятно. Столько дел еще впереди, а мы время зазря теряем.

И чего он добивается? Что я струхну, вспомнив былое? Зря.

Вот злоба - ее хватает. Да, определенно хватает, но этот персонаж людей читать не умеет. У него другой конек.

Бывший прапорщик пехоты. Воин по складу характера и дерьмо по жизни. Вальцов упоминал как-то, что выдернул этого слугу из какой-то весьма неприятной ситуации. Охотно верю, ведь гад просто создан создавать такие ситуации. И сегодня он намерен поступить так же.

Я прекрасно разглядел Вальцова, пытающегося скрытно наблюдать за нами из своего кабинета. Хозяин поместья наверняка проинструктировал своего дуболома сделать мне неприятно. Так что будет урок им обоим.

И плевать, что передо мной хорошо подготовленный Прорывной. Часы Кармы - великий уравнитель!

- Побольше уважения, пацан. Кто ты, чтобы так со мной говорить? - мужик встал совсем близко.

- Граф, уникальный Одаренный, несовершеннолетний. - дурашливо пожал плечами и улыбнулся еще шире. - Делай, что хозяин велел, Захарка. Тобой я займусь позже.

Он сузил глаза до совсем уж узких щелочек, а потом мотнул головой:

- Побежал. Десять кругов.

Ну я