Пока цветёт Сакура - Алекс Крэйтон

Значит, будем напрягаться, — сказал Дмитрий Елене тем же вечером, когда девочки уже легли. — Я возьму больше шабашек, ты — дополнительные отчёты. Ради такого стоит. Елена соглашалась, понимая, что ради такого действительно стоит напрячься. В её глазах появился тот самый блеск, которого давно не было. Семья включилась в режим копилки. Следующие три месяца стали настоящим испытанием и одновременно подарком. Дмитрий приходил с основной работы и почти каждый вечер ехал на шабашку. Руки ныли, опилки въедались в кожу, но он представлял, как они всей семьёй будут стоять на белом пляже Окинавы, и это придавало сил. Елена тоже не сидела сложа руки: брала вечерние отчёты, иногда работала из дома до полуночи. Маша и Аня помогали по хозяйству без привычного нытья — мыли посуду, убирались, даже готовили простые ужины. По выходным семья собиралась за кухонным столом не просто поесть, а обсудить детали поездки.

— Отель «Ocean Pearl Resort» в Наго, — показывал Дмитрий на экране ноутбука. — Вид на океан, свой пляж, ресторан с морепродуктами. Экскурсия в традиционную деревню, аквариум Чурауми…

Вечера теперь проходили живо: смех, споры, какие купальники взять, сколько наличных обменять. Отношения в семье потеплели. Дмитрий и Елена снова начали смотреть друг на друга иначе — с нежностью и благодарностью. Интим вернулся, страстный и долгожданный, словно молодожёны, даже дети стали более внимательными и послушными. Рутина пусть не навсегда, но пока отступила и это была победа. К середине июня всё было готово. Отпуск на работе у Дмитрия и Елены оформили без лишних проволочек. Девочки были на летних каникулах. Чемоданы стояли в коридоре: лёгкая одежда, кремы от солнца, маски и трубки для снорклинга, планшеты с загруженными фильмами, аптечка. 15 июня, раннее утро. Такси уже ждало у подъезда. Семья вышла с чемоданами, возбуждённые в каком-то похожем на эйфорию состоянии. Елена держала Дмитрия за руку. В Шереметьево — привычная суета: регистрация, досмотр, паспортный контроль. Дочки не могли стоять на месте — вертели головами, фотографировали всё подряд.

— Пап, это правда происходит с нами сейчас? — Шептали они, когда шли к гейту на посадку в самолёт.

— Правда, мои хорошие. Летим!

Посадка в большой Airbus A350. Салон был полон, но их места оказались удобными: Дмитрий у иллюминатора, Елена рядом, девочки через проход. Когда двигатели взревели и самолёт начал разбег, дочки радостно ахнули — для них это был первый настоящий дальний перелёт. Набор высоты, земля ушла вниз, здания внизу превратились в игрушечные строения, какие казалось можно взять и потрогать руками прямо из самолёта. Полёт обещал быть очень долгим — с пересадкой в Дубае. Общая продолжительность пути до Окинавы составляла около 17–18 часов. Сначала всё шло идеально. Стюардессы разносили напитки, потом комплексные обеды: курица с рисом, свежий салат, десерт. Елена поела и откинулась в кресле:

— Дим, я немного посплю. Я эту ночь плохо спала, всё думала, чтобы ничего не забыть взять с собой в дорогу.

Дмитрий кивнул, погладил её по руке. Девочки прильнули к иллюминатору, перешёптываясь:

— Смотри, облака как вата!

— А внизу море, представляешь?

Дмитрий тоже смотрел вниз. Белоснежные облака, появилась бескрайняя синева Тихого океана. На душе было светло. Предвкушение отдыха переполняло: вот они наконец вырвались, встряхнулись, будут вместе создавать новые воспоминания. Он уже представлял, как утром выйдет на пляж, почувствует тёплый песок, услышит шум прибоя. Думая обо всём этом, он сам начал потихоньку дремать, глядя на лежащие далеко внизу белоснежные облака. Но в одном месте они резко вдруг изменились. Это было необычное облако и оно привлекло его взгляд. Оно клубилось, переливалось странными цветными всполохами — розовыми, голубыми, изумрудными. Форма менялась на глазах, росла, словно живое. Дмитрий потянулся за телефоном:

— Девочки, смотрите, какое красивое…

В этот момент самолёт резко тряхнуло. Раздался громкий хлопок. Свет в салоне мигнул. Тряска усилилась. Пассажиры зашептались, потом кто-то даже вскрикнул. Самолёт накренился. Огромное, радужное, грозовое облако разрасталось в размерах — оно переливалось всеми цветами, внутри сверкали разряды, а по краям шевелились щупальца из пара и света, словно живое существо.

— Что это⁈ — Елена схватила Дмитрия за руку со смесью тревоги и удивления рассматривая необычное облако.

— Да хрен знает, похоже на грозовое облако, но какое-то оно необычное…— Дмитрий делал снимки на свой телефон через иллюминатор. Стюардессы пытались успокоить пассажиров уверяя, что скорее всего самолёт попал в зону интенсивной турбулентности из-за грозовых туч. Однако двигатели начали работать с перебоями, звук то усиливался, то резко падал. Свет в салоне начал мигать. В салоне запахло горелой проводкой. Несмотря на попытки стюардесс успокоить людей, многие продолжали вести себя испуганно, некоторые дети плакали. В динамиках раздался голос командира лайнера, говорившего спокойным голосом, но в нём проскакивали тревожные нотки.

— Уважаемые дамы и господа! Наш самолёт вошёл в зону грозовых облаков, из-за этого могут возникнуть помехи влияющие на работу электроники, но причин для паники нет, мы скоро обойдём его и всё наладится. Могут быть временные неудобства связанные с сильной турбулентностью, поэтому следуйте инструкциям стюардесс и сохраняйте спокойствие. Благодарю за внимание.

Стюардессы, бледные, но стараясь сохранять спокойствие, пошли по проходу:

— Пристегните ремни! Оставайтесь на местах!

Самолёт резко пошёл вниз. Уши заложило. Дмитрий обнял Елену, девочкам спокойным тоном произнёс:

— Не паникуем! Держимся вместе. Всё будет хорошо…

Но всё было плохо. Самолёт трясло, как в лихорадке. Приборы в кабине пилотов начали выходить из строя один за другим. Рация молчала, связи с диспетчером не было. Стюардессы были вынуждены отдать приказ всем пассажирам надеть спасательные жилеты какие лежали под креслами.

— Наденьте их! Если мы будем вынуждены приводиться на воду, дёрните за шнурок — они надуются!

Дмитрий помог семье одеть их, успокаивая, что это просто мера предосторожности и они вероятнее всего не понадобятся. Ярко-оранжевые жилеты крепились застёжками вокруг тела. Затем им сказали извлечь надувные плотики:

— Активируете их при приводнение!

Далее объяснили позу, в случае жёсткой посадки: голову закрыть руками, согнуться. Елена с девочками полными страха глазами смотрели то на него, то на то, как остальные пассажиры вокруг, едва сдерживают панические атаки. Он говорил им ободряющие слова, в какие сам уже не верил, но он был для них сейчас единственным маяком надежды, поэтому не имел права показывать, что ему тоже страшно и он не знает, что произойдёт дальше. Самолёт тем временем быстро начал терять высоту, смотровые окна пилотов заливал невесть откуда взявшийся ливень, дворники едва успевали