Полюбить учителя главного героя - Александра Ибис

Луна серебрит внутренние покои богатого дома, из открытых окон доносится запах цветущих персиков. В тепле и мягкости сделанного на скорую руку ложа легко забыться и погрузиться во сны, которые в такую красивую ночь должны быть слаще патоки и уютнее дома родного. Возможно, сны Бай Хэпина именно таковы – из моих же давно пропали сладость и покой.

Осторожно повернувшись на бок, я подпираю щёку кулаком и смотрю на учителя. Его верхние одежды, как и мои, сложены аккуратной стопочкой на небольшом столике. Мужчина спит на спине, шелковистые волосы разметаны по подушке, тонкое одеяло понемногу сползает каждый раз, когда его грудь вздымается и опускается или же когда он чуть дёргается во сне. Хотя веки его плотно смежены, я понимаю, что стоит мне попробовать покинуть комнату, как он тут же проснётся и остановит меня. Если он поставил себе целью не дать мне выйти – я не выйду. Решил предать – предаст. Решил убить – убьёт!!!

Гневно поморщившись, я откидываю в сторону чёртово одеяло. Разгорячённой кожи лица и шеи касается уличная прохлада. Закатав рукава и охладив предплечья, я потираю виски указательными пальцами и бросаю полный ненависти взгляд на Бай Хэпина.

Сейчас моему телу восемнадцать. Оно молодое, здоровое, сильное и, вне всяких сомнений, женское. Однако куда учителю, великому совершенствующемуся, господину-куску льда, задумываться о подобном? Ведь, как известно, учитель на один день – отец на всю жизнь. Учителя должно слушать, почитать и уважать. Его нельзя любить.

Я и не люблю! Уже давно не люблю… Тем не менее, такой его вид, домашний и обманчиво беззащитный, заставляет мои щёки и уши краснеть, а ноги стыдливо сжиматься. Ощущение собственной грязи покрывает меня с головы до пят.

Её слишком много для меня одной.

Её надо кому-нибудь передать.

Поднявшись на ноги, я как в бреду преодолеваю короткое расстояние между моей лежанкой и его кроватью. Приблизившись, я замечаю капельку пота, сбегающую по виску учителя. Ему снятся кошмары?

– Ляньхуа…

Пошатнувшись, я едва удерживаюсь на ногах. Снова! Он снова зовёт меня, то есть, её. Ему вновь снится ученица, которую он же и убил! Почему? Почему он зовёт её и кривится?!

От злости едва ли осознавая, что делаю, я опираюсь коленкой о жёсткую кровать и пальцами оглаживаю подбородок мужчины. Если ему и впрямь снюсь былая я, то… то…

– Вы звали, учитель? – таким задорным голоском я не говорила уже много лет. Восемнадцать, если быть точной.

– Ляньхуа, прости, – Бай Хэпин хнычет, всё ещё запертый в Царстве Снов и вид у него до того непривычный и жалкий, что я сама не понимаю, что чувствую, глядя на него. – Прости, прости, молю тебя, прости…

Дышать вдруг становится значительно тяжелее. В глаза мне будто песок сыплют, и я невольно вижу пред собой юную девушку, что так омерзительно следила за каждым движением наставника, которым восхищалась.

Как он смеет? Как он смеет?! Он лично пронзал меня раз за разом, а теперь просит прощения у какого-то образа в своей голове и плачет? Плачет, хотя на суде оставался невозмутимым?! Случившееся тяготит его душу? Он хочет прощения?!

Ли Ляньхуа бы простила. Та идиотка всё ждала и ждала, что учитель поверит ей, что найдёт доказательства её невиновности. Ли Лунмин же, которая сейчас говорит с учителем сквозь сновидение…

– Учителю не за что извиняться, – кокетливо смеюсь я, слегка надавив на губы мужчины. – Разве может этой ученице не нравиться то, что делает учитель? – я склоняюсь к его лицу и обжигаю липкую от слёз кожу дыханием. – Эта ученица хочет, чтобы вы к ней прикоснулись.

Я издеваюсь над ним, жажду стереть ту девочку из его воспоминаний. Хочу, чтобы ему стало больнее. Чтобы Ли Ляньхуа стала такой же грязной, как настоящая я. Чтобы ему осталась только Ли Лунмин, которая предаст его, как только выдастся возможность.

Чего я никак не ожидаю, так это руки на своём затылке. Бай Хэпин впивается губами в мои губы, преодолев то небольшое расстояние, что оставалось между нашими лицами. Кусает меня едва ли не до крови, словно вместо отвращения испытывает невиданную жажду. Так не пойдёт. Не пойдёт!

Я вырываюсь и спешно прячусь за ширму, чувствуя, как теплее стало внизу от неожиданно полученной грубой ласки. Я не понимаю, ничего не понимаю…

Давя слёзы, я выглядываю в комнату. Бай Хэпин мечется по постели, так и не пробудившись ото сна. Словно он сам не свой. Словно…

– Демоны!

Наспех набросив на себя верхнее одеяние, я вскакиваю на подоконник и оказываюсь во дворе. Влетевший в мою руку меч слабо пульсирует, откликаясь на тёмную энергию поблизости, но, сколько я ни вглядываюсь в ночную темноту, вижу лишь предметы да деревья, ни единой лишней тени. Раздражённо цыкнув, я оправляю рукава одежд и оглядываюсь на учителя, что мучается в Царстве Снов. По сути, я получила, что хотела: Бай Хэпин не способен обнаружить мою пропажу, путь в город, где шныряют приспешники Фэн Цзяньсюэ, открыт… Но здравый смысл заставляет меня вернуться в комнату.

Отыскав меч учителя, я вижу, как он дрожит в ножнах, но духовных сил вытащить его у меня не хватит. Впрочем, и без взгляда на клинок понятно, что вблизи что-то опасное, угрожающее хозяину оружия. Я закусываю губу.

То, что атаке подвергся только Бай Хэпин, означает, что я не представляю для неизвестного демона интереса. Если я уйду, он не станет меня преследовать. По сути, я могу использовать его в своих целях: рано или поздно Бай Хэпин всё равно его одолеет, ведь мужчина не умрёт до конца новеллы, которая, если судить по текущим событиям, продолжает следовать сюжету даже с моим вмешательством в жизни главных героев.

Однако уйди я – и поборовший демона учитель заподозрит меня в предательстве. Тогда мне не занять место главы дворца Безмятежности, я выдам свою ненависть гораздо раньше, и все мои планы пойдут псу под хвост. Мне нужна поддержка и живой Бай Хэпин хотя бы до того момента, пока я не сформирую золотое ядро и не избавлюсь от Фэн Цзяньсюэ.

Переминаясь с ноги на ногу, я не могу принять решение. Но вдруг в комнату начинают отчаянно стучать. Вздрогнув, я покрепче сжимаю меч и рывком распахиваю дверь.

– Цзецзе[16]!

Я вздёргиваю брови, поражённо глядя на плюхнувшегося передо мной на колени