Случайная жена палача - Дмитрий Арден

Мой взгляд — приговор. Ты связана со мной меткой, которую невозможно снять. Ты — моя собственность. Моя ширма для Императора, который ждет, что я приведу во дворец светлую магессу. Ты будешь делать то, что я скажу. Ты будешь носить то, что я прикажу. Ты будешь улыбаться на приемах и изображать послушную жену. А если ты попробуешь сбежать или открыть рот без разрешения — я запру тебя в подземелье, где ты сгниешь заживо. Я понятно объясняю?

Он ждал моей реакции. Ждал слез, истерики, мольбы, паники. Чего угодно, что подтвердило бы его статус альфы.

Я спокойно откусила яблоко. Пожевала. Проглотила. Плод оказался на удивление сладким.

— Вы закончили рычать, герцог? — поинтересовалась я, вытирая пальцы салфеткой. — Или у вас в запасе есть еще пара клише из бульварных романов? «Моя собственность», «сгниешь в подземелье»… Серьезно? Вам сценарии не подростки-готы пишут?

В глазах Кассиана вспыхнуло золотое пламя. Стол под его руками опасно заскрипел.

— Значит так, — я отложила салфетку и сложила руки в замок, полностью копируя его позу и подаваясь вперед. Зеркальное отражение жестов — лучший способ сбить агрессора с толку. — Я слушала вас целую минуту, теперь вы слушаете меня. Я не знаю, как работает ваша магия, и мне плевать на вашего Императора. Я оказалась здесь не по своей воле. Я хочу домой. Но пока я привязана к вам этим уродливым штампом в паспорте, — я постучала пальцем по черной метке на своем запястье, — нам придется сосуществовать в одном пространстве.

Я говорила четко, размеренно, словно читала лекцию нерадивому студенту.

— Поэтому мы установим правила выживания в стае. Мои условия. Первое: я не ваша собственность. Я — независимый консультант, попавший в форс-мажорную ситуацию. Я готова играть роль вашей жены на публике, раз уж от этого зависит наша безопасность. Но только на публике.

Кассиан издал звук, похожий на рык подавившегося тигра.

— Твои условия? Ты смеешь ставить мне условия?

— Да, смею. Потому что если вы меня убьете — умрете сами, вы это вчера четко озвучили. Так что перестаньте скалить зубы, это не работает, — отрезала я, не давая ему перехватить инициативу. — Второе условие. Физическая неприкосновенность. Вы не хватаете меня за шею, не бросаете на пол и не применяете силу. Если вам нужно что-то мне сказать — используйте слова через рот. Третье: моя спальня — это моя личная территория. Вы туда не заходите. Четвертое: свобода перемещения по замку. Я не собираюсь сидеть взаперти, как декоративная болонка.

Кассиан молчал. Его грудь тяжело вздымалась. Он смотрел на меня так, словно перед ним вдруг заговорила табуретка, и не просто заговорила, а потребовала себе избирательные права.

Он медленно, пугающе плавно поднялся со стула. Его рост был таким, что он казался скалой, нависающей над столом.

— Ты очень смелая, человечка, — его голос стал тихим, и от этого еще более жутким. — Или очень глупая. Ты думаешь, раз наши жизни связаны, я не смогу причинить тебе боль? Я — Палач Империи. Я знаю сотни способов заставить человека молить о смерти, не убивая его.

Он обошел стол. Я не шелохнулась, хотя каждая мышца в моем теле кричала об опасности. Он остановился прямо позади моего стула. Я почувствовала жар, исходящий от его тела, и запах полыни, смешанный с чем-то мужским, резким и будоражащим кровь.

Его тяжелые руки легли на спинку моего стула. Он наклонился, и его губы оказались в миллиметре от моего уха.

— Я могу сделать так, что ты будешь выть от ужаса каждый раз, когда я вхожу в комнату, — прошептал он. Его дыхание обожгло мою кожу. — Я могу сломать твой разум, Маргарита.

Мое сердце колотилось где-то в горле, но я не отвела взгляд от противоположной стены. Контроль. Главное — тотальный контроль эмоций.

— Это называется «замещение», — произнесла я абсолютно спокойным, академическим тоном.

— Что? — он явно не ожидал такого ответа и слегка отстранился.

— Психологическое замещение, — я повернула голову, чтобы встретиться с его взглядом, и наши носы оказались в опасной близости друг от друга. — Вы отыгрываетесь на мне, потому что не можете контролировать то, что сидит внутри вас. Ваше проклятие, ваша магия, что бы это ни было. Вы боитесь потерять контроль над собой, поэтому пытаетесь установить тотальный контроль надо мной. Это банально, Кассиан. И очень скучно.

На секунду в его темных глазах мелькнуло искреннее, ничем не прикрытое потрясение. Словно я только что хирургически точным ударом вскрыла его самую страшную тайну, которую он прятал за слоями брони и агрессии.

Его челюсти сжались так, что желваки заходили ходуном.

— Ты играешь с огнем, — процедил он сквозь зубы.

— Я работаю с неадекватными животными, Ваша Светлость. Я привыкла к укусам, — я встала, оттолкнув стул. Теперь мы стояли лицом к лицу. Он был выше меня на голову, но я отказывалась смотреть на него снизу вверх, мысленно вытягивая позвоночник струной. — Так мы договорились? Вы даете мне автономию и не распускаете руки, а я не устраиваю истерик и играю роль идеальной, послушной жены перед вашим Императором. Простой, деловой контракт. Взаимовыгодное сотрудничество.

Кассиан долго, не мигая, смотрел в мои глаза. Он искал там слабость, искал страх. И, судя по тому, как медленно погас золотой огонь в его зрачках, не нашел.

— Хорошо, — глухо бросил он, отступая на шаг. — Ты получишь свою спальню и право ходить по замку. Но если ты сунешь нос в мои дела, или в подвалы Цитадели, или попытаешься связаться с Инквизицией… я забуду о нашем уговоре.

— Справедливо, — я мысленно выдохнула с облегчением. Первый раунд остался за мной. Стадия установления границ пройдена. — Тогда закрепим сделку.

Я протянула ему свою правую руку для пожатия. Жест, доведенный до автоматизма в моем корпоративном прошлом на Земле.

Кассиан посмотрел на мою узкую, бледную ладонь с нескрываемым подозрением. В этом мире, видимо, рукопожатия между мужчиной и женщиной были не в чести. Но затем его губы снова скривились в усмешке, и он, словно принимая вызов, вложил свою огромную, мозолистую ладонь в мою.

Его кожа была горячей. Не просто теплой — она обжигала, как нагретый на солнце камень.

В ту же секунду, как наши пальцы сомкнулись, воздух вокруг нас с треском лопнул.

Черная метка на моем левом запястье вспыхнула адской болью, а затем эта боль мгновенно трансформировалась во что-то совершенно иное.

По моим венам от руки Кассиана ударил разряд электричества. Но это был не ток. Это была чистая, концентрированная магия. Она ворвалась в мою кровь, обжигая, распаляя, заставляя каждый нерв в