Телохранитель для ведьмы. Лето в городе - Юлия Снежкова

— Как потом? — запротестовал Антон. — Мне сейчас, скоро полиция.

— Скоро сказка сказывается, — взмахнула она руками, — а без моей книги всё равно в твоём деле не помочь.

— Какой книги? — Антон обратился в слух.

— Какая книга у ведьмы? Не сто рецептов беляшей же. Магическая. В ней было всё, что я за жизнь собирала. Да что я — там от бабки моей столько записей. И вот эту книгу под шумок кто-то стащил. И нам с тобой надо его найти.

Антон от удивления даже приоткрыл рот. Водилась за ним такая привычка с детства. Он тут же сжал губы. Двадцатилетнему мужчине так не положено. Но магическая книга, ведьмы… От всей этой паранормальщины кружилась голова.

— А я-то вам зачем? Я же обычный парень. Как же ваш, ну этот… — слово ворочалось на языке, — ковен?

— В бубен, — парировала Серафима, — насмотрелись сериалов, прости, господи. Какой ковен, Савушкин? Эти сороки только обрадуются, что у меня книгу спёрли. Всех клиентов за неделю растащат. Они с тобой друзья только через костёр на Ивана Купала скакать. А как повернёшься — уже нож в спину. Ну уж нет, обычный парень, Антон Савушкин. Никому ни слова. Тем более что ты вора видел и сможешь его узнать.

Антон хотел запротестовать и напомнить, что парой минут назад он явно дал понять, что никого в тумане не разглядел. Но промолчал.

— Тем более я с такой ногой, — ещё раз кивнула ведьма на гипс, — сейчас не многое на многое неспособна. Будешь у меня ещё по мелким поручениям. А как книгу найдём, я тебе, так и быть, с твоим Гнилько помогу.

— А может, сначала с Гнилько? — Антон волнительно подался вперёд.

— Нет. Всё в порядке очереди. Сначала книга, а там потом и твои проблемы решим, — в голосе ведьмы зазвучал металл. — Но тебя никто не неволит. Иди, — кивком она показала на дверь, — только вот на бутылочке — то пальчики твои. И полиции, если что, два плюс два сложить — будет четыре…

— Ладно, договорились, — только и оставалось сказать Антону.

Ведьма расплылась в благодушной улыбке.

— Вот и хорошо. Вот и славненько. Для начала ты номер мой запиши, — тут же начала отдавать она указание.

Антон нехотя достал телефон. Она продиктовала номер.

Парень улыбнулся и спросил:

— А как вас записывать? Ну, имя…

— Пиши Светлана, — бросила ведьма.

— А как же Серафима?

— Считай, что творческий псевдоним. Временный, — ехидно парировала она.

— Значит так, Савушкин. Ты сейчас езжай ко мне. — она нашарила в тумбочке и протянула ему связку ключей. — Там в моей комнате должна быть серая тетрадь. В неё нужные записи.

Антон повертел в руках брелок с единорогом.

— И вот ещё что, — она достала из тумбочки голубой стикер и что-то быстро написала на нем.

— Через два дома от моего овощная палатка, — продолжила ведьма — В сторону, как к метро идти. Она одна там, не пропустишь. Возьми килограмм мандаринов, и когда будешь расплачиваться, отдай продавцу вот это.

Купюры вместе с листочком легли в руку Антона. Он попытался разглядеть написанное, но почерк у ведьмы был мелкий и неразборчивый.

Уже выходя из палаты, Антон услышал брошенное ему в спину:

— И ради всего, Савушкин, в этот раз не облажайся.

Глава 4

До Перово, где обитала ведьма, Антон добрался быстро. Летнее метро было непривычно пустым, а вдобавок ему повезло сесть в вагон с кондиционером.

Поднявшись на знакомом лифте, он повернул ключ в замке и, толкнув дверь, прислушался к абсолютной тишине в квартире. На всякий случай принюхался. Запах благовоний лишь едва поутих. Осторожно вошёл, оставив дверь открытой.

Первым делом заглянул в комнату слева, которую не заметил ночью. Просторная, оклеенная голубыми обоями в редкую полоску. Абсолютно пустая, если не считать лежащего на полу кочана капусты.

— Медитирует она на него, что ли? — пробормотал парень, осматриваясь.

На стенах висели два портрета: Фёдора Михайловича Достоевского Антон узнал сразу, а вот личность второго… Вытянутое лицо и бакенбарды.

Парень привстал на цыпочки, вглядываясь в длинный, нарисованный нос.

Телефон в кармане издал весёленькую мелодию. Парень поморщился от резкого звука. На экране отразилась фотография кудрявой, смеющейся девушки.

— Привет, Зой.

— Ты куда пропал? Обещал написать. Я тебе уже десяток сообщений в ВК отправила. Ты там как? — донеслось из динамика.

— Всё нормально, жить буду.

— Жить будем и даже до сентября.

— Чего? — вопросительно протянул парень.

— Пока ты, Савушкин, там прохлаждаешься и впал в драму, я сгоняла в деканат. Они там на ушах стоят, типа не каждый день у них преподавателя травят, — Зоя хмыкнула. — А может, и просто хотят историю на тормозах спустить. Типа чтоб перваки не испугались. Короче, пересдачу перенесли на сентябрь. Как всё утрясётся. Выдыхаем.

— Слушай, а как вообще Гнилько? — нерешительно спросил Антон. — Не слышно? Жив?

— Вроде да. Но я не поняла, — сообщила Зоя. — По крайней мере фоток в рамочке с цветами на кафедре не стояло.

Антон непроизвольно выдохнул.

— Я чего звоню вообще. Я на ближайшую неделю на дачу с родителями… — Антон даже не видя Зою, представил, как она скривилась. — Но если что, ты звони, там всего полтора часа на элке до Ленинградского. Или если надо будет в бега податься… Ой, или так нельзя говорить?

— Зой, ни от кого бегать я не собираюсь. Я полиции объяснения дал. Всё.

— Ну ты смотри, если что. Ой, автобус подъезжает…

В трубке раздались гудки.

Антон положил телефон в карман и продолжил поиски. Обошёл маленькую аккуратную кухню, открывая шкафчики, не удержался и заглянул в холодильник ведьмы. В нём лежала призывно манящая картофельная запеканка и пара бутылок питьевого йогурта.

Зашёл в ванную. На полках теснились десятки тюбиков и флаконов. На крючке висел мягкий халат с капюшоном в звёздах.

Затем прошёл в уже знакомую комнату. Последствия вчерашнего погрома были на месте. Весь пол усыпан осколками. Таинственные символы большей частью стёрлись. Посреди комнаты стоял деревянный складной стул.

Нужную вещь он обнаружил в диване, втиснутой в щель между сиденьем и спинкой.

Чёрную бухгалтерию ведьма вела в обычной общей тетради в клетку. С обложки на него смотрели два котёнка, сидящих в розовой корзинке.

Антон пролистал записи. Страницы были поделены линиями на три столбца.

— Так, — пробормотал он под нос, силясь прочесть почерк ведьмы, — если это инициалы, то второй — сумма, а третье…

«Гад», наверное, значит гадание, — продолжил он размышлять вслух. — «Пор»