Дом Вечности - Мара Вульф

Я направляю Калипсо обратно через шторм. Усталость накрывает меня. Мне хочется есть и пить, и только из-за слабости я не замечаю ленту, которая несется на нас сзади. К счастью, чутье Калипсо вдвое острее моего. Прежде чем лента успевает обхватить меня, кобыла совершает мощный прыжок вперед, едва ли не выбрасывая меня из седла. Я снова хватаю плеть и, отпустив поводья, разворачиваюсь в седле, чтобы держать в поле зрения ленту, преследующую нас, как разъяренная змея. Я замахиваюсь, только когда она приближается настолько, что я могу разглядеть каждую нить времени в ее структуре. Это прекрасно. Казалось бы, я уже должна привыкнуть к этому зрелищу, но нет. Мне стоит огромных усилий не протянуть руку и не прикоснуться к ней. Бледнеющие линии на моей коже жаждут этой временной энергии. Но если поддамся порыву, это принесет мне верную смерть.

Наконец, плеть со щелчком цепляется за дергающуюся ленту времени, и та в бешенстве сопротивляется, пытаясь стащить меня со спины Калипсо. Только благодаря годам тренировок я удерживаюсь в седле. Но завтра меня явно будет ждать жуткая крепатура. Второй конец ленты времени устремляется к нам. Когда хлыст обхватывает и его, я с облегчением сглатываю и опускаю руки. Но делаю это слишком рано. Плеть выскальзывает у меня из пальцев. К счастью, страховочная петля не дает мне ее потерять. Я вновь хватаюсь за рукоять, и оставшаяся в плети энергия времени перетекает в ленту. Почти получилось. Еще минута – и все будет кончено.

Внезапно ураганный порыв ветра обрушивается на меня, и толчок, прошедший по плети, выбивает мне плечо. Я вою от боли, но не отпускаю плеть, и лента времени с шипением соединяется. В ту же секунду шторм утихает. Воронка, еще мгновение назад мчавшаяся по небу, разрушается – знак того, что офицеры когорты тоже восстановили все ленты в сердце бури. Нас вот-вот обнаружат. Но единственное, что я слышу в наступившей тишине, – это скрежет собственных зубов. Боль от вывихнутого плеча охватывает все тело, и на мгновение у меня темнеет в глазах.

– Домой, – шепчу я кобыле и обмякаю у нее на спине.

Копыта Калипсо касаются стеклянного пола совсем мягко, но я все равно вздрагиваю от боли. Потом перекидываю ногу через ее шею и соскальзываю вниз. Ноги у меня ватные, как тот противный пудинг из столовой, а колени подкашиваются. Уиллоу и Роуэн тут же бросаются ко мне.

– Дерьмо, – ругается Роуэн, забирая у меня плеть и наматывая хлыст на рукоять. – Шторм закончился. Когорта скоро вернется, тебе надо уходить.

– Я… я первая?

Он закатывает глаза и расстегивает пряжки на кобуре.

– Все вернулись, но никто не справился с тремя лентами. А ты починила целых пять, выскочка.

Я хочу ухмыльнуться и победно вскинуть кулак, но лишь кривлюсь от боли. Рука торчит под неестественным углом, и от одного взгляда на нее мне становится дурно.

– Это безумие, – шипит Уиллоу. – Я знала, что ты не дорожишь собственной жизнью, но это… – Она упирает руки в бока. – Мертвые штормовики никому не нужны.

Она права. Но я никогда в этом не признаюсь.

– Все же обошлось. – Я стараюсь говорить невозмутимо, потому что даже для меня это слишком. Пять лент! Если бы в плети не хватило времени?.. Что ж, лучше не думать об этом.

– Кому и что ты пытаешься доказать? – Голос Уиллоу дрожит от ярости, и даже Роуэн вздрагивает. – Отцу?

– Мышонок… – осторожно говорит Роуэн, но запинается под гневным взглядом Уиллоу. Вся ее мягкость просто испарилась.

Она ошибается. Я не пытаюсь никому ничего доказать. Ни моему любящему отцу, ни эгоистичной матери. Ни моему чрезмерно гениальному брату Персивалю, ни идеальной сестре Эмбер.

– Только себе, – наконец отвечаю я.

– Ох. – Ее гневный взгляд смягчается. – Позаботься о Калипсо, – приказывает она Роуэну, и тот кивает. – А я отведу Эйвери в лазарет. Рука выглядит не очень.

Весьма мягко сказано.

Уиллоу проводит ладонью по шее Калипсо.

– Тебе следует отучить ее от этих глупостей, – бормочет она кобыле. Та фыркает ей в щеку, и Уиллоу улыбается.

Со стартовой площадки доносится шум. Я замечаю двух командиров эскадрилий, вернувшихся из шторма. Они не должны меня увидеть. Мой желудок сжимается.

Все знают о гонках. Нет ни одного выпуска, который бы их не устраивал, – почти что нелегальная традиция. Обычно пойманных рекрутов-штормовиков отстраняют от полетов. Мне же вообще не положено иметь пегаса. Так что о наказании даже думать страшно. До сих пор мне просто чертовски везло.

К нам подкрадывается Джуна, и они с Уиллоу тут же встают по обе стороны от меня. Мы втроем почти добираемся до лифта, когда сзади раздается оклик:

– Эйвери!

Я оборачиваюсь и вижу, как Нокс, конюший и командир эскадрона Акинфоса, приближается к нам.

– Ты заблудилась?

Он близкий друг моего отца, а также высокопоставленный офицер, который просто не может закрывать глаза на мои проступки. Его взгляд падает на мою руку.

– Она поскользнулась, – врет Джуна, – когда помогала мне чистить стойла.

– Вам стоит попрактиковаться во лжи, мисс Рахими. Еще пригодится. – Затем Нокс поворачивается и говорит мне: – А теперь уходите.

Мы заходим в лифт.

– Они бы все равно узнали, – тихо говорю я. – Мио придется сообщить о гибели Талии.

Джуна кивает.

– Я пыталась добраться до вас, но встречный ветер был слишком силен. Пять лент. – В ее голосе звучит восхищение. – Зарин справился лишь с одной. Если после этого отец не разрешит тебе летать… тогда я даже не знаю, что делать.

3

Целители вправили мне плечо, обработали ожог на ноге и напоили тертым порошком времени, чтобы я не чувствовала боли. Теперь я, пошатываясь, направляюсь к лифту, чтобы добраться до своей комнаты. Уже далеко за полночь, а по уставу все рекруты, кто не на дежурстве, обязаны находиться в постели ровно в одиннадцать. Еще одно нарушение. Еще одно возможное наказание. Целители не позволили ни Джуне, ни Уиллоу остаться со мной.

Смертельно уставшая и разбитая, я спускаюсь на нижние уровни. Через несколько часов мне нужно сидеть в учебном зале и слушать лекцию по космологии. Если друзья прикроют меня, возможно, я успею урвать хотя бы час сна. Космология не входит в перечень предметов, которые будут на выпускных экзаменах, но посещение строго обязательно.

Комнаты рекрутов находятся на третьем уровне башни. Когда я выхожу