Майор. Назад в СССР. Книга 18. Часть 3 - Максим Гаусс

Его голос был спокойным, почти дружелюбным, но в нем звучала угроза.

— Это специальный препарат, который используют в КГБ! Он делает человека очень… Послушным и разговорчивым. Но у него есть небольшой побочный эффект, который весьма силен. После него пациент становится овощем. Навсегда. Он будет дышать, видеть и слышать Но он больше не сможет говорить, думать, двигаться. Он просто будет существовать. Я могу вколоть тебе это сейчас, и ты расскажешь всё, что знаешь. А потом… Я все равно достану из тебя информацию, так какой смысл сопротивляться?

Брукс с некоторым ужасом смотрел на ампулы, и я видел, как его лицо побледнело, дыхание стало прерывистым, хриплым. Он знал, что это такое. И понимал, что у него действительно нет выбора. Он не хотел становиться овощем. Он не хотел умирать. Он хотел жить. Он хотел вернуться домой, к своей семье.

— Не нужно химии, — сказал он наконец, и в голосе его звучало отчаяние. — Я расскажу вам всё. Я скажу вам всё, что знаю. Клянусь.

Шут отключил ток и кивнул Доку — тот убрал сверток.

Я видел, как Брукс выдохнул с облегчением, как его тело расслабилось. Он сдался.

— Говори, — сказал Шут, садясь напротив него. — Где Элис Крейн? Говори, и я обещаю, что мы оставим тебя в живых.

Брукс сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Он смотрел на нас, и я видел, как он сдается. Как его сопротивление тает, как лед под солнцем. Его глаза были пустыми, в них не было ни надежды, ни страха.

— Она во Флориде, — сказал он тихо, едва слышно. — В Майами. Она там на совещании.

— Каком совещании? — спросил я, подходя ближе. Мое сердце колотилось в груди, я чувствовал, как адреналин разгоняет кровь. — Что это за совещание?

— Это секретный саммит, — сказал Брукс, его голос дрожал. — Он проходит в отеле «Фонтенбло» в Майами-Бич. В нем участвуют руководители разведывательных служб США и их союзников по НАТО. Обсуждаются стратегические вопросы, связанные с ситуацией на Ближнем Востоке. Крейн — один из ключевых участников. Она там как координатор по деятельности в Пакистане. ТАм же у нее встреча с главой ЦРУ и представителями британской разведки Ми-6.

— Почему именно там? — спросил я. — Почему Майами?

— Это нейтральное место, — ответил Брукс. — Флорида, это не Вашингтон. Там меньше внимания, меньше контроля. И у Крейн там кто-то есть. Она может передвигаться свободно, не привлекая внимания. Кроме того, она любит Майами. Это абсолютно секретно.

Я переглянулся с Шутом. Информация была важной. Майами, отель «Фонтенбло», секретный саммит. Это было именно то, что нам нужно. Я чувствовал, как решимость заполняет меня. Мы были так близко.

— Когда заканчивается саммит? — спросил я.

— Через тридцать часов, — сказал Брукс. — Они планируют улететь после этого. Утром. Сразу же после окончания.

Я подошел к Бруксу, посмотрел ему в глаза. Он был сломанным человеком, но я знал, что он еще может быть полезен.

— Картер, — сказал я. — Ты можешь быть нам полезен. Не только этим. Ты был куратором конфликта в Приднестровье. Ты знаешь, чего хотело ЦРУ, разжигая там войну. Расскажи мне об этом. Это может изменить всё, положить конец той пропасти, что была все эти годы… Холодная Война давно в прошлом!

Брукс смотрел на меня, и я видел, как в его глазах мелькнула тень сомнения.

Он еще колебался, но затем понял, что у него просто нет выбора.

— Это была операция по дестабилизации, — сказал Брукс, и в голосе его появилась горечь. — Мы хотели создать на границе СССР постоянный очаг напряженности. Мы хотели, чтобы Советы тратили ресурсы на Приднестровье, чтобы они ослабли на других направлениях. Внутренняя война, в приграничных республиках! Цель — расшатать СССР, чтобы внутренние конфликты на удаленных территориях подорвали стабильность… Москва не сможет все контролировать!

Я смотрел на него и понимал, что он говорит правду. Всё, что мы сделали в Приднестровье, наше вмешательство нарушило ход событий. Мы помешали им. Крейн должна быть в бешенстве!

— Ты можешь быть нам полезен, — сказал я. — Ты знаешь их планы. Ты знаешь, как они мыслят. Мы можем использовать это против них.

Шут подошел ко мне, положил руку на плечо. Его глаза были серьезными, в них я видел усталость, но и решимость.

— Отдохни, командир, — сказал он тихо. — Ты больше суток на ногах. Я позабочусь о Бруксе. А ты отдохни. Нам еще нужно решить, как добраться до Майами!

Я кивнул, чувствуя, как усталость наваливается на меня. Глядя на Брукса, который сидел сгорбившись, со связанными руками, я понимал — мы выходим на финишную прямую!

* * *

Следующим утром я проснулся оттого, что кто-то тронул меня за плечо. Открыв глаза я увидел Шута, который стоял надо мной, держа в руках фляжку с водой. Его лицо было серьезным, в глазах я видел усталость, но и спокойную решимость.

— Просыпайся, командир, — сказал он, протягивая чашку. — Есть важный разговор. Мы не можем медлить.

Я сел, выпил воду. Это было то, что мне нужно — холодная, чистая вода.

Подошел Герц, сел на ящик.

— У нас с собой два сухих пайка, тебе нужно подкрепиться! — заметил тот.

— Это успеется… Что там по Бруксу? — спросил я.

— С ним всё в порядке, — сказал Шут. — Сидит в подсобке под замком, молчит. Ждет своей участи. Однако, у нас проблема!

Ну еще бы, куда ж мы без проблем? Никто не говорил, что будет просто.

— Мы не можем выходить на связь с Москвой! — продолжил Артемов. — После похищения полковника ЦРУ они наверняка прослушивают все каналы связи. Если мы попробуем связаться с Хоревым, нас засекут. Уверен, они только этого и ждут.

— Ну, это понятно, — согласившись, кивнул я. — Будем действовать своими силами.

— Именно, — сказал Шут. — Мы узнали, что Крейн в Майами, не так уж и далеко. Однако и здесь серьезная проблема. Морем туда добираться слишком долго и опасно, береговая охрана задержит любое судно. Воздухом еще сложнее, все воздушное пространство контролируется американцами. Теоретически, мы можем угнать с Кубы самолет, но нас сразу засекут… Нам нужен другой способ!

Повисла напряженная пауза. Это действительно проблема.

— Ну… Есть один вариант, — сказал я, чувствуя, как идея начинает созревать в моей голове. — Контрабандисты! Они перевозят грузы между странами Латинской Америки. У них наверняка есть свои самолеты и договоренности.

— Ты думаешь, они согласятся?

— Нужно их заинтересовать, — просто сказал я, пожав плечами. — А для этого нужны деньги! Много денег! А