Принцесса Яника и проклятый ритуал - Рина Радостина

— И как государственное дело? — небрежно спросил Малиут. — Ваше высочество?

Эльфёнок всё ещё стоял у стены своего дома и снова ухмылялся — наверняка, чтобы позлить её. Янике иногда казалось, что ухмылка никогда не сходит с его лица. И её заветным желанием было стереть с его физиономии это довольное выражение. Чересчур довольное.

— Твоими молитвами, — небрежно бросила она.

И, резко повернувшись, отправилась в спальные покои. Ей предстояла бессонная ночь и очень, очень трудный день.

* * *

Бессонной ночи не получилось. Янику сморило перед рассветом, но поспать ей удалось всего ничего, буквально несколько часов. Проснулась она от ласковых прикосновений, открыла глаза и с трудом улыбнулась, увидев маму.

— Уже пора? — спросила она.

Мама — вернее, королева Эна — тоже улыбнулась, но лишь уголками губ.

— Ещё нет, милая, всё начнется через пару часов. Но мне нужно успеть кое-что тебе подарить.

Мозг Яники немного напрягся, ведь подарки просто так не дарят. Но потом она вспомнила, какой сегодня день.

— Что за подарок? — нетерпеливо спросила она.

— Особенный, на твоё двенадцатилетие. И такого точно ни у кого нет, тем более у того твоего эльфа.

«Её эльфом» для Яники был Малиут — мама называла этого гаденыша только так. А вспоминала она о нем очень часто, особенно с тех пор, как стараниями Яники была втянута в их непростые отношения. Наверное, это что-то значило, но девочка не знала, что именно, а мама на все вопросы лишь отмалчивалась, хотя иногда обещала, что дочь сама всё поймет, когда научится думать. Яника же была уверена, что думать у неё уже получается — но вот понять ничего не могла.

Она надула губы и откинулась обратно на подушки.

— Ну же, не куксись, — мать похлопала её по руке. — Лучше посмотри на эту прелесть.

Она протянула к дочери раскрытую ладонь, и той волей-неволей пришлось снова сесть в кровати, чтобы посмотреть на первый подарок этого дня. Прелестью оказался невзрачный кулончик в форме драконьей головы, который был подвешен на золотой цепочке — но и она, похоже, была самой обычной. И этот кулончик особой красотой не отличался. Яника недоуменно посмотрела на мать.

— Это Остендете, твой хранитель и защитник, — пояснила та. — Точнее, теперь он твой. До этого он был моим, а ещё раньше принадлежал твоей бабушке, и её маме, и её бабушке. Он защищает только женщин. И девочек, — добавила мама. — Мужчины о нём не знают. Это тайна.

Королева улыбнулась и приложила палец к губам.

Яника тоже улыбнулась. Ей нравились тайны, которые нужно ото всех скрывать.

— Но почему именно сегодня? Из-за ритуала?

Мать качнула головой.

— Конечно, — сказала она. — Разумеется, сам ритуал не очень опасен. Если бы он был таковым, никто бы в здравом уме не стал заставлять детей проходить через него. Но всякое может случиться — и уже случалось.

— Как с принцессой Аминой? — с невинным видом уточнила Яника.

— Что за принцесса Амина? — королева нахмурила брови, словно пытаясь вспомнить, о чем речь.

— Я читала, что она превратилась в лань, — рассказала Яника. — Потому что сделала что-то не так во время ритуала. И никто не смог ей помочь снова стать девочкой.

— Хм… Никогда не слышала о таком, — призналась мама. — Про ритуал много чего рассказывают, но не стоит верить всему. Он не так сложен и опасен, а уж с этим дракончиком тебе вообще ничего не грозит. Если что и произойдет, Остендете придет тебе на помощь и спасет тебя. Возможно, эта Амина была из старых династий, у которых не было своего хранителя, и никто не мог ей помочь. А у тебя такой хранитель есть.

Яника вынуждена была признать правоту матери. Правда, ей не давала покоя какая-то мелочь, но она не могла извлечь её из своей памяти. А потому выкинула эту тревогу из головы и обратила внимание на кулончик.

— Я могу его взять?

— Конечно, милая. Теперь он твой. Надень, — мать протянула к ней руку, Яника взяла цепочку и накинула её на шею. — А теперь позволь Остендете укусить тебя…

— Укуси… Ай!

Дракончик действительно цапнул Янику за ключицу — и на месте укуса даже выступила капелька крови. Но боли не было — девочка вскрикнула лишь от неожиданности. Но потом он словно растворился в этой крови, да так, что лишь цепочка осталась болтаться на шее Яники.

— Зачем это? — нервно спросила она, хотя уже подозревала, каким будет ответ.

— Древняя магия, завязанная на крови, — пояснила мать. — Сейчас подобное никто уже не практикует, считается, что она требует слишком много энергии, а отдача от неё слишком мала. Но не в этом случае, уж поверь. Он создавался очень давно, я боюсь даже представлять, сколько и каких жертв понадобилось, чтобы сотворить этого дракона. Но он полезен, я точно знаю, что именно Остендете спас жизнь твоей прабабушки.

Яника с опаской потерла укушенное место. Под пальцами можно было нащупать что-то твердое, но она не могла сказать точно, была ли это ключица или же только что проникший в её тело кулон под странным названием Остендете.

— А почему ты не подарила его Элии?

— Понимаешь, медальон сам выбирает, будет он помогать человеку или нет. Когда Элии исполнилось двенадцать, я хотела его передать ей, но он отказался. Просто не стал её кусать — и всё. А тебя вот укусил.

— Вот это да! Это из-за плохого поведения Элии?

Мама немного смутилась.

— Тогда она ещё не была замешана в том… в том случае, — сказала она. — Но как раз накануне двенадцатилетия Элия заболела… её врачевали лучшие маги королевства — и мы с твоим отцом, конечно. Но ритуал пришлось отменить… перенести. Болезнь протекала тяжело, она чуть не умерла. А уже после болезни она начала интересоваться эльфами — их историей, их песнями и сказками… могла часами болтать с какой-нибудь прислугой. Мы закрывали глаза на это, тем более что Ритуал прошел пусть и позже обычно, но без проблем. А прямо перед семнадцатилетием всё и случилось…

Что случилось с Элией, Яника знала, пожалуй, слишком хорошо — и это одно из немногих знаний, которыми она