Железнодорожница 3 - Вера Лондоковская

— Так! — рявкнула я. — Вы что здесь делаете? Вы почему кухню бросили? Мне не нужны из-за вас неприятности! Как же вы уже надоели, кто б только знал! И вообще — что вы делаете в чужом доме?

— Мамочка, не ругайся на него, — неожиданно крепко вцепилась Ритка мне в руку, — только не надо его бить! Пожалуйста!

— Да никто не собирается его бить, — отмахнулась я, — хотя стоило бы! Я еще раз спрашиваю, — обратилась я уже к незваной парочке, — вы что здесь забыли? И с какой стати нажрались?

— Я не нажралась, — испуганно сложила руки на груди Тонька, — и кухню мы не бросали, там есть люди. И вообще, рабочий день же почти закончился.

А Вадим поднял на меня мутный и в то же время умоляющий взгляд:

— Альбина, нам помощь твоя нужна! На тебя вся надежда!

Глава 20

Еще немного, и, пожалуй, скрежет моих зубов услышат все окружающие! Волна негодования и возмущения поднималась во мне, шла по всему телу, и грозила вот-вот выплеснуться наружу. Подумать только — весь этот день мы были безмятежно счастливы, гуляли по одному из самых чудесных мест на планете, спокойно беседовали и делились впечатлениями. А теперь что — опять погрузиться в непроглядный мрак алкоголизма и непонятных проблем? Выслушивать бредни психованного мужика?

— А чего сразу ко мне? Что вы все вечно тащитесь ко мне со своими проблемами? — выкрикнула я. — Двужильную лошадь нашли, что ли? Я почему всегда должна за вас думать? То вам в Москве зачесалось остаться с какого-то перепуга — ах, Альбина, помоги! То вы что-то на кухне натворили, и, конечно же, опять ко мне! Да я что вам, нанималась ваши проблемы решать? Почему вы не можете, как все нормальные люди, спокойно жить и работать? И никому не создавать неприятности!

Дима мягко тронул меня за руку:

— Успокойся, не обращай на них внимания.

Вадим продолжал сидеть на полу, опустив голову. Создавалось впечатление, будто до него даже не доходят мои гневные речи.

— Вы обязаны выслушать — и ты, и Дима, — неожиданно серьезно отчеканила Тонька, — потому что случившееся сегодня — не только наша личная проблема, и, к тому же, мы в ней абсолютно не виноваты!

— Что случилось? — быстро спросил Дима.

— Долго рассказывать, — ответила Тонька, — я предлагаю отправить Ритку к женщинам на кухню. Ну или пусть посидит в другой комнате. А нам надо поговорить вчетвером. И желательно, чтобы никто ничего не слышал.

— Да о чем с ним разговаривать? — я выразительно махнула рукой в сторону Вадима. — Он же пьяный, как грязь! Меньше всего мне хочется эти пьяные бредни выслушивать!

— Послушай, Антонина, а есть способы быстро его отрезвить? — повернулся к женщине Дима.

На лице Тоньки отразились мыслительные процессы.

— Ну да, есть, — неспешно вспоминала она, — в контрастный душ его сводить, например. Или просто потереть виски холодным мокрым полотенцем. Еще можно дать настойку мяты, можно несколько капель нашатырного спирта. Самое лучшее, конечно, капельницу сделать. Но у меня нет с собой системы.

— Используй все, — проговорила я сквозь зубы, — веди его в контрастный душ, дай выпить эти капли. Что хочешь делай, но чтобы Вадим стал трезвым! Сколько тебе надо времени?

— Ну, если с капельницей, то часика два…

— Ты ж говоришь, нет капельницы!

— Нет, — беспомощно развела руками Тонька, — тогда за часик управимся. Пусть Ритка сбегает на кухню и принесет мою аптечку. А, и еще, Рит, попроси там малины, хорошо?

Девчонка испуганно попятилась к дверям и убежала.

Тонька тем временем схватила первое попавшееся полотенце, намочила в холодной воде и принялась энергично тереть им виски и уши Вадима.

— И что это даст? — с сомнением посмотрела я сверху на растрепанные черные мокрые волосы мужчины.

— Сейчас кровь прильет к голове, и опьянение уменьшится, — объяснила Тонька со знанием дела. Отбросила полотенце и схватила мужа за руку, — пойдем в душ!

Но Вадим хотел этого меньше всего. Он что-то бессвязно промычал и остался сидеть на полу.

— Вадим, вставай! — угрожающе крикнула я.

Но тот так и сидел, тряся намокшими патлами.

— Рота, подъем! — сурово приказал Дима.

— Да что вы ко мне пристали? — обиженно промямлил Вадим, даже не двигаясь с насиженного места.

Тогда Тонька схватила его за волосы и с силой потянула вверх:

— Вставай, я сказала!

— А-а, — сморщился Вадим, — ты что делаешь?

— Вставай, — повторила Тонька.

Пусть не с первого раза, и очень медленно, но мужик наконец поднялся и, шатаясь, пошел за супругой в сторону ванной комнаты. Мы с Димой облегченно выдохнули.

Через час Вадим, поддерживаемый Тонькой, бухнулся на кровать, так что панцирная сетка под ним обиженно скрипнула.

— Иди туда и следи, чтобы к нам никто не вошел, — выпроводила я Ритку в большую комнату, которая была одновременно прихожей, залом и кухней, — и давай договоримся. Не подслушивай взрослые разговоры, хорошо?

— Ладно, — нахмурилась девчонка, — очень мне надо подслушивать. Я лучше книжку почитаю, как белый человек.

Тонька уселась рядом со своим дражайшим супругом. Мы с Димой расположились на стульях напротив них.

— Вы мне выпить-то нальете? — Вадим требовательно взглянул на нас. Вопреки моим ожиданиям и Тонькиным усилиям полностью трезвым он не стал. Выглядел так, будто только что проснулся после пьянки и не до конца отрезвел.

— Нет, — отрезала я, — давай рассказывай. Что сегодня случилось?

— Издеваетесь надо мной, — жалобно пробубнил он, — немножко-то можно.

— Слушай, я два раза не повторяю, — начала я закипать, — говори, в чем проблема или проваливай!

— Говори, — толкнула его Тонька, — а потом пойдем домой, и я тебе налью. Обещаю.

Вадим качнулся на кровати, заставив ее опять заскрипеть, и медленно стал рассказывать.

— Я тащил поднос с ватрушками, — голос его звучал как-то бесцветно, видимо, алкоголь заглушил агрессию и вспыльчивость, — и вдруг увидел незнакомого мужика. И еще он меня окликнул по имени. Ну, я поднос поставил и подошел к нему. Откуда, думаю, он меня знает? Может, где когда встречались? И тут вижу, он щелкнул замочками своего портфеля. И достал бутылку.