Авалон. Последний Апокалипсис. Финал - Николай Скиба

основание разрушенного здания, чёрные молнии Орлова оставили дымящиеся следы. Слева Куколка пронеслась сквозь толпу демонов, её ракеты превращали тварей в куски дымящейся плоти.

Полный хаос.

И в его центре — Юки, который держал Макса из последних сил.

Я смотрел на это не дольше секунды.

Закрыл глаза на долю секунды, концентрируясь на том, что пряталось в глубине моего ядра. На силе, которую я старался не использовать без крайней необходимости.

Мой Берсерк.

Только в отличии от Макса — хладнокровный и контролируемый.

Сила хлынула в моё тело как поток расплавленного металла. Мышцы напряглись, сердце забилось быстрее, восприятие обострилось до предела. На этот раз мир вокруг действительно замедлился — я видел каждую каплю чёрной крови, висящую в воздухе. Каждое движение Макса и Юки, каждую искру от столкновения их оружия.

Но ярости не было.

Там, где у Макса бушевал неконтролируемый огонь безумия, у меня была холодная, расчётливая пустота. Берсерк давал мне силу и скорость, но больше не отнимал разум.

Я шагнул вперёд.

Юки почувствовал моё приближение и отступил, давая мне место. Его взгляд на мгновение встретился с моим, и я увидел в нём понимание.

Макс повернулся. Его багровые глаза расширились, когда он увидел изменение.

— ТЫЫЫЫ!!! — он бросился на меня. — УМРИИИИ!!!

Его когти метнулись к моей груди.

Я не стал блокировать. Просто сместился на полшага влево, и удар прошёл мимо. Мой меч скользнул вдоль его вытянутой руки, рассекая плоть от запястья до локтя.

Чёрная кровь брызнула на землю.

Макс взревел и ударил снова — широкий горизонтальный взмах, который должен был разрубить меня пополам. Я пригнулся, пропуская когти над головой, и мой клинок прочертил глубокую борозду на его бедре.

Ещё одна рана. Ещё больше крови.

— СТОЙ!!! — он попытался схватить меня, но я уже был в другом месте. Шаг назад, разрыв дистанции. — СРАЖААААЙСЯ!!!

Я молчал и не собирался играть по его правилам.

Он атаковал снова — серия бешеных ударов. Его когти рассекали воздух со свистом.

Уклонение. Парирование щитом. Контрудар — глубокий порез на его груди, от плеча до пупка.

Уклонение. Шаг в сторону. Контрудар — его левое колено, сухожилия перерезаны одним точным движением.

Макс споткнулся, его нога подогнулась. Регенерация уже работала, плоть срасталась, но это требовало времени и ресурсов.

Я дал ему подняться.

— ПОЧЕМУУУУ⁈ — он снова бросился на меня, но его движения стали чуть медленнее. Совсем немного, почти незаметно, но я видел разницу. — ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ПАДАЕШЬЬЬЬ⁈

Потому что я не трачу силы впустую. Потому что каждое моё движение имеет цель, а каждое твоё — просто выплеск бессмысленной ярости.

Контрудар. Его правый бок, глубокая рана между рёбрами.

Контрудар. Его левое плечо, мышца рассечена до кости.

Контрудар. Его спина, три параллельные борозды от лопатки до поясницы.

Макс истекал скверной. Чёрная кровь лилась из десятков ран, и, хотя регенерация продолжала работать, я видел, как она замедляется. Его тело тратило ресурсы быстрее, чем могло их восполнить.

Где-то позади раздался крик — один из авалоновцев отлетел от удара демона, врезавшись в обломки стены. Катя мелькнула тенью, её кинжалы вспороли горло твари, и она уже исчезла, скользнув к следующей цели.

Краем глаза я видел, как Валёк снова поднимается после удара Орлова, его экзоперчатки дымятся, но он не сдаётся, бросаясь на Грандмастера с упорством обречённого.

А передо мной продолжал беситься Макс.

— ЭТО НЕСПРАВЕДЛИВОООО!!! — его голос срывался на визг. — Я ИЗБРАННЫЫЫЫЙ!!! Я ДОЛЖЕН БЫЛ СТАТЬ ГЕРОЕМММ!!!

Он ударил обеими руками одновременно — отчаянная, безумная атака, в которую он вложил всю оставшуюся силу.

Я принял удар на щит.

Сила берсерка сотрясла мою руку, но я устоял. Стойкость удержала меня на месте, не дала отлететь назад.

И в ту же секунду мой меч вошёл ему в живот.

По самую рукоять.

Макс замер, его багровые глаза расширились от шока. Он посмотрел вниз, на клинок, торчащий из его тела, потом снова на меня.

— К-как… — прохрипел он, и впервые за весь бой в его голосе было что-то кроме ярости. Непонимание и растерянность. — Я же… я же сильнее…

Я выдернул меч одним резким движением. Чёрная кровь хлынула из раны, но регенерация уже работала, пытаясь закрыть повреждение.

— Ты получил силу, — сказал я холодно. — Но не умеешь управлять ей.

Макс зарычал и снова попытался атаковать, но его движения стали ещё медленнее. Истощение берсерка начинало сказываться.

Бой вокруг меня превратился в симфонию хаоса.

Куколка неслась по левому флангу, её массивное тело врезалось в толпу демонов как таран. Восемь лап молотили землю, давя тварей под своим весом, а энерго-когти рассекали плоть. Ракетные кластеры на её спине выплёвывали снаряд за снарядом — каждый взрыв уносил жизни полудюжины врагов, превращая их в куски плоти и фонтаны чёрной крови.

Лиандра на её спине творила что-то невероятное. Её руки танцевали в воздухе, бластер не замолкал ни на секунду. Её хвост хлестал из стороны в сторону от напряжения.

Катя была везде и нигде одновременно. Её силуэт мелькал среди врагов. Вот она появляется за спиной культиста, её кинжалы вспарывают ему горло, и она уже исчезает, растворяясь в темноте, чтобы возникнуть в другом месте. Демоны дёргались и падали, не понимая, откуда пришла смерть, а Катя уже скользила к следующей жертве.

Юки сражался неподалёку от меня. После того как он помог мне с Максом, азиат вернулся к основной задаче — расчистке пути к монолиту. Культисты и демоны падали вокруг него десятками, не успевая даже понять, что произошло.

Авалоновцы держали периметр. Они сражались плечом к плечу, прикрывая друг друга, и, хотя некоторые уже были ранены, никто не отступал. Их оружие рубило, кололо, крошило чёрную плоть, и с каждой минутой врагов становилось всё меньше.

Но один бой шёл совсем иначе.

Валёк проигрывал.

Я видел это краем глаза, даже продолжая своё противостояние с ослабленным Максом. Видел, как здоровяк снова и снова поднимается после ударов Орлова.

Он сражался как лев. Его молот обрушивался на грандмастера с силой, способной крушить скалы, но Орлов был быстрее.

Падший клановец уклонялся от ударов с минимальным усилием, словно заранее знал, куда тот будет бить, и контратаковал.

Чёрные молнии срывались с его рук непрерывным потоком. Они били в Валька снова и снова, оставляя на теле ожоги и раны. Каждый разряд заставлял парня вздрагивать от боли, но он продолжал сражаться, отказываясь сдаваться.

— Упрямый, — голос