Бабочка на золотой шпильке - Алексей Котейко

– Мне, правда, не было видно деталей. Вы ведь знаете, что у драконидов сочетания ожерелий и браслетов указывают на принадлежность к тому или иному племени, и на статус носительницы?

– Этого я не знала, – Лилия с интересом слушала Лайоша.

– По узорам на браслетах, по цвету бусин и их расположению в ожерельях драконид может многое рассказать о том, кто перед ним.

– А вы? – быстро спросила куртизанка.

– Я, конечно, не так искусен. На Валькабаре этому учатся с детства.

– Не скромничайте, Макс, – подбодрила сыщика Айви. – Господин Максен, – снова пояснила она, – работал закупщиком драконидских изделий.

– Я сейчас! – Лилия направилась к арке в маленький коридорчик. – Теперь мне любопытно, что можно сказать по моим украшениям.

Шандор мельком взглянул на Зигфрида, но тот продолжал сидеть с отсутствующим видом. «Он ведь не знает, – припомнил Лайош. – Он понятия не имеет, что браслеты – всего лишь стилизация, а не настоящая драконидская работа».

Женщина вскоре вернулась и выложила украшения на столик рядом с подносом. Сыщик начал с ожерелий: взяв в руки тяжёлые связки нанизанных на шёлковую нить бусин – стеклянных, каменных, деревянных, металлических – он, словно чётки, принялся перебирать их в пальцах.

– Мадемуазель Айви очень добра ко мне, – сказал Лайош, – но повторюсь: дракониды учатся этому с рождения. Для них «читать» такие послания всё равно, что для нас – разбирать написанное на бумаге.

– Есть люди, которые умеют читать, но не умеют писать, – насмешливо заметила шатенка. – А есть те, кто не умеет ни того, ни другого.

– Ваша правда. Что ж… Вот эти три красные бусины – это коралл. Они говорят о том, что ожерелье принадлежит незамужней девушке.

– Мне подходит, – кивнула Лилия.

– Вот эти, неровные медные шарики, которые будто били маленьким молоточком – возраст. Дракониды добавляют по шарику за каждые пять лет жизни, так что хозяйке этого ожерелья должно было быть сорок пять. По их меркам – юность.

– А мне определённо стоит убавить число таких бусин, – рассмеялась Лилия.

– Вот эта нитка, третья сверху – малахит, гранат, оникс. Они говорят про место рождения. Но, простите, тут моих познаний будет недостаточно. Я знаю только, что полосы оникса указывают направление по сторонам света. Драконидские мастера специально подбирают и обрабатывают камень так, чтобы получился «вечный компас», стрелка, указывающая на родной дом.

– Значит, это юго-восток? – куртизанка сейчас напоминала маленькую девочку, с восторгом слушающую сказку.

– А почему не северо-запад? – вмешалась Айви.

– Вторая бусина, с кругом – справа, – пояснил Шандор. – Для западной стороны она должна быть слева.

– А если север или юг?

– Для юга – две бусины, по одной слева и справа. А для севера – вообще ни одной.

– Как просто. И вместе с тем как разумно, – Лилия провела указательным пальцам по отполированному ониксу. – Что ещё вы можете сказать?

– Если б это были ожерелья замужней женщины, тогда на них появились бы и бусины, рассказывающие, в какое племя она ушла за своим мужем, сколько у них родилось детей и какого пола, в каком возрасте, и так далее. Но поскольку это ожерелье девушки, то большая часть остальных ниток – это родственники, и самые яркие события из жизни владелицы. Вот, видите, оранжевое дерево? Это луо, оно приобретает такой цвет, когда снята кора и древесина несколько месяцев пробыла под жарким солнцем. Из луо делают барабаны, так что хозяйка ожерелья имеет отношение к музыке, танцам или пению. Наверняка соседние бусины уточняют, к чему именно, но я с уверенностью не смогу сказать.

– А вы это не выдумываете? – вдруг с подозрением посмотрела на мужчину Лилия. – Как-то очень уж много совпадений.

– Для драконидки танцевать и петь так же естественно, как дышать, – улыбнулся Шандор. – Боюсь, разочарую вас, но луо есть на каждом таком ожерелье. Вопрос скорее в том, в чём именно преуспела хозяйка, и при каких обстоятельствах. Может быть, она лучшая певица в своей долине, или выиграла соревнования танцоров в какой-то из праздников.

– Ясно, – женщина пододвинула ему браслеты. – Ну, а эти украшения о чём вам расскажут?

Лайош положил бронзу на ладонь, провёл кончиками пальцев по нанесённым на поверхности металла узорам. И ничуть не удивился, когда смутные ощущения вдруг соткались в образ уже знакомой маленькой гостиной на Лестницах.

– Скажу, что это – не драконидская работа, – он посмотрел в глаза Лилии. – Очень искусное, но всё-таки подражание.

– Враньё! – донеслось с дивана.

Глава 22. Явление «косматой обезьяны»

– Простите? – Лайош посмотрел на «Ольгерда», изображая недоумение.

– Это настоящая драконидская работа, – человек в мундире капитана теперь сидел, напряжённо выпрямившись и положив руки в перчатках на колени.

– Браслеты – подарок господина Ольгерда, – вмешалась Лилия. В голосе женщины послышались тревожные нотки: похоже, она прекрасно знала, как быстро тихоня Зигфрид может выйти из себя.

– Сожалею, но в таком случае продавец вас обманул.

– С чего вы взяли? – «Ольгерд» проговаривал слова медленно, будто пережёвывал их.

– Да, Макс, раскройте нам секрет! – теперь и Айви с интересом рассматривала браслет. – У меня самой есть несколько вещиц, привезённых с Валькабары. И я не вижу никакой разницы в манере изготовления между ними и этими браслетами.

– Вы правы, внешне это в точности как работа драконидских мастеров. Но если посмотреть сюда, – Шандор раскрыл браслет и положил его на ладонь так, что место, прежде скрытое между защёлкнувшимися половинками, стало освещено, – вы увидите клеймо мастера.

– И чем оно вас не устраивает? – Зигфрид поднялся с дивана и подошёл ближе, всматриваясь в лежащий на ладони сыщика браслет.

– По-моему, в точности как те похожие на червячков буквы, которые используют дракониды, – растерянно пожала плечами Лилия.

– Именно, – кивнул Лайош. – Только дело в том, что на таких клеймах никогда не используются буквы. Настоящий мастер-драконид поставил бы на изделии тамгу – свой родовой знак. Здесь же мы имеем дело даже не с драконидскими письменами, а с обычным алфавитом, стилизованным под такие письмена. Прошу вас, убедитесь сами: это ведь литера «А», насаженная на «Т».

– Действительно, – куртизанка осторожно взяла у сыщика браслет и с любопытством разглядывала клеймо. – Теперь, когда вы всё это рассказали, я, кажется, и правда вижу тут «А» и «Т».

– Откуда вы узнали, что они там есть?

Вопрос задала Айви. Она сидела, откинувшись на спинку кресла. Браслет женщину не интересовал: зелёные глаза всматривались в «Макса», и Шандор снова, как чуть раньше внизу, почувствовал в их глубине затаённую угрозу.

– Узнал?

– Вы сказали, что браслет – подделка, ещё не открыв его и не видя клейма. Вы знали, что оно там.

Лайош усмехнулся. Зигфрид медленно