Бабочка на золотой шпильке - Алексей Котейко

– Что я не состою в заговоре против вас и не заманиваю вас в ловушку, – Шандор тяжело вздохнул. – Хорошо. В полдень так в полдень.

Айви сама спустилась вниз и принесла из гардеробной пальто сыщика. Лайош на прощание выразил сочувствие продолжавшим плакать на диване женщинам – те лишь слабо кивнули в ответ, не в силах унять слёзы – и, бросив последний взгляд на жалкие остатки так недолго послужившей агентству камеры, вышел. Ни на втором, ни на третьем этаже ни один из охранников не проявил к уходящему гостю ровным счётом никакого интереса. Швейцар на прощание лишь вежливо улыбнулся и тронул козырёк своей фуражки.

Часы, хоть и пережившие столкновение с пулей, к удивлению Шандора продолжали идти, и сейчас показывали без четверти пять. Кафе уже закрылось, так что сыщик, неспешно пройдя чуть дальше по улице, остановился в тени арки, ведущей во двор. Решётка её оказалась прикрыта, однако не заперта, и после того, как Лайош дважды тихонько переливчато свистнул, из глубины двора появилась невысокая фигура Равири.

– Наконец-то! – с облегчением шепнул драконид. – Я, признаться, задубел сидеть неподвижно. Как прошло?

– На неподвижность пожаловаться не могу. Где Абекуа?

– Я тут, – позади него появился бесшумно пересёкший улицу муримур, до того прятавшийся в соседней подворотне. – Всё в порядке?

– Относительно, – Лайош огляделся по сторонам. – Кэб мы, пожалуй, не найдём.

– Ты смеёшься? Город вымер.

– Тогда идём в контору. Она ближе.

– Что случилось? – нахмурился Те Каеа.

– Меня надо немного подлатать. Не волнуйся, я цел, просто глубокая царапина. Заодно расскажу вам обо всём, что произошло. Равири, этот двор проходной?

– Проходной, – ответил вместо драконида Вути.

– Тогда давайте проберёмся тут. Так мы почти сразу выйдем к Сити.

– А почему не пойти по улице?

– Потому что швейцар в «Трёх сестричках» видел, как я уходил, и если я почти тут же пройду обратно в компании вас двоих, его это наверняка заинтересует. А нам ни к чему лишнее внимание.

– Как скажешь, – согласился муримур, и компаньоны, аккуратно прикрыв за собой решётку ворот, исчезли в дворовых переходах.

* * *

– Интересно, кто она такая? – размышлял вслух Абекуа, расхаживая туда-сюда, от двери к столу Шандора и обратно.

Сам сыщик сейчас сидел на краешке своего кресла, подставив бок Равири. На полу конторы лежали полосы ткани от изрезанного полотенца, на столе Лайоша стояла шкатулка с медикаментами. Те Каеа, сковырнув сургучную печать с одной из склянок, и вытащив притёртую пробку, проливал рану друга «окисленной водой». Сыщик, скосив глаза, смотрел, как прозрачная жидкость с шипением превращается в белую пену.

– Скорее всего, знатная дама, – предположил драконид, не прерывая работу.

– Это-то понятно. И, похоже, весьма знатная, если не побоялась застрелить агента СКС.

– Ну, не стоит забывать, что жетон у убитого нашли уже после, – заметил Шандор. – Хотя ты прав, Абекуа. Сам факт находки ничуть не смутил Айви, или Ивонну, или уж кто она там в действительности.

– Готов съесть свою шляпу, что и Зигфрид получил пулю в затылок от кого-то из той же конторы. Ты уверен, что выстрела не было слышно?

– Абсолютно.

– Точно работа СКС, – оскалил клыки Вути. – Я слыхал про ружья, стреляющие бесшумно.

– Все слыхали, – поддакнул Равири.

– В своё время нам бы такие пригодились в Сабе, – Лайош поморщился. – Прости за камеру, дружище.

– А, пустое, – мотнул головой муримур. – Ты же не виноват! Счастье, что живой вернулся. Но в другой раз лучше всё-таки возьми с собой револьвер.

– Если бы при мне нашли револьвер, вполне возможно, пристрелили бы без дальнейших разговоров.

– Тоже верно.

– Будет жечь, – предупредил Те Каеа, открывая ещё одну склянку. По комнате потянуло резким запахом йода. Драконид подхватил пинцетом марлевый тампон, смочил его в растворе и принялся осторожно обрабатывать края раны. Шандор стиснул зубы.

– Можешь шипеть, – благодушно разрешил ему Абекуа. – Надо поблагодарить мастера Томаса. Какая великолепная работа!

– Это эшшах, – откликнулся Равири. – Теперь уже никаких сомнений.

– Утром я первым делом позвоню Гарольду и попрошу его помочь с доктором Гершем, – пообещал Шандор. – Надеюсь, на этот раз мне повезёт больше, чем вечером, и я всё-таки застану его в Канцелярии.

– Утром – то есть через час-полтора? – хмыкнул Вути. – Так-то ведь уже утро. Это чудесное похмельное утро после последней ночи карнавала.

– Вот поэтому не через час-полтора, а часов в десять.

– Ты уверен, что не хочешь заодно посвятить его в то, что второй подозреваемый тоже мёртв?

– Нет, – покачал головой Лайош. – Не хочу ставить Ла-Киша в двусмысленное положение. Позже, частным образом, можно будет рассказать, если это вообще стоит делать. Но сейчас Гарольд обязан докладывать обо всём сэру Хаффему. А умолчание грозит ему не просто увольнением. Официально мы закончили сотрудничество по этому делу, счёт я сегодня выставлю, и на этом всё.

– Сдаётся мне, – заметил Те Каеа, принимаясь бинтовать сыщика, – что ты рано ставишь точку. Агент СКС пытается застрелить последнего подозреваемого. Не задержать, а сразу убить. Не странно ли?

– Странно, – согласился Шандор.

– Между тем подозреваемый – по твоим словам – божился, что никаких документов из дома Папаши Стэна они с приятелем не брали, и даже в глаза не видели, – продолжал свою мысль драконид.

– Именно так.

– И нет оснований этому не верить. Там ведь хранились и деньги – уж как минимум два опиумных наркомана забрали бы наличность!

– Зигфрид сам признавал, что не появись вдруг ещё один посетитель, они бы вынесли из дома всё, что смогли.

– Большой фаэтон и серая, в яблоках, пара в упряжке, – задумчиво повторил рассказ Шандора Вути. – Это неплохо сужает круг поисков.

– Экипаж мог быть и не из города, – заметил сыщик.

– Мог.

– И я не хочу взваливать на себя лишнюю работу. Если наша потенциальная клиентка попросит отыскать экипаж или его хозяев – дело другое. А просто так рыскать по городу – не вижу смысла.

– Кажется, дружище, ты слишком устал и уже плохо соображаешь, – усмехнулся Абекуа. – Ладно, обсудим это после. Давайте хоть немного вздремнём до того, как всё снова завертится. Лайош, диван твой.

– На «камень, ножницы, бумага»! – запротестовал Шандор.

– Ложись и не болтай.

– Только сперва выпей вот это, – Равири протянул другу бумажный конвертик с каким-то порошком и налил из графина воды в стакан. Вути уже собрал все шесть имевшихся в конторе стульев, и теперь расставлял их в два ряда, сооружая для себя постель. Затем, порывшись в шкафу, извлёк оттуда три потёртые диванные подушки и три видавших виды армейских одеяла.

– Я читал в журнале, что для северной экспедиции профессора Мона были пошиты специальные спальные мешки, набитые