Полярный рубеж - Ал Коруд

морозы. Техника у нас все-таки в основном обычная. Полярных вариантов было выпущено ограниченное количество. Подготовить к северным условиям не все успели. Кто-же к такому масштабу заранее готовится?

— Топливо у нас свое, мощностей хватит с учетом ввода новых объектов. Но сами понимаете, где тонко, там и рвется. Поэтому обратите пристальное внимание на коммуникации и усильте аварийные и спасательные службы.

— Это уже сделано, — Вавилов кивнул и усмехнулся. — Все аэродромы и подходящие площадки техникой заняли. Гражданские авиаторы очень злы на нас.

— Ничего, перебьются. Общее дело делаем. И еще вот что, товарищ генерал. Будьте готовы, что в случае чрезвычайных ситуаций, например, прорыва коммуникаций, снежных заносов — буду ваших людей дергать в первую очередь.

— Будем готовы, — снова кивнул Вавилов.

— Тогда до встречи.

Немногословный генерал нравился Ермакову. Не было в нем столичной напыщенности, и старомосковской спеси. Хоть тут угадали с руководителем. Потому что из иных мест доносилось разное. Старый мэр оброс связями и общался с руководителями полярных областей напрямую.

День пролетел в обычной деловой суете. Беженцы продолжали прибывать. Правда, сейчас это все больше были или остро необходимые краю специалисты, молодые крепкие люди детородного возраста, а также члены семей военнослужащих. Поток «нужных людей», чиновников и представителей диаспор практически прекратился. Таких сейчас, наоборот, садили на пустые самолеты в обратную сторону. В этом нелегком деле еще Калюжный постарался. Ругани и скандалов было поначалу много, но несколько скорых судов с жестокими приговорами и тут решили проблему. Тем более что многим давали шанс и отправляли в прирубежную зону.

Еще более острый вопрос после обеспечения людей теплом и жильем — проблема продовольствия. Людей стало много, слишком много. В условиях вечной мерзлоты удалось создать множество новых хранилищ и продовольственных баз, куда еще с весны везли продукты. Но что будет дальше? Сколько еще времени будут сюда течь на север «продовольственные речки»? Поэтому Ермаков настоял на срочном строительстве теплиц и оборудования станций обслуживания для промыслового флота.

Он уже знал, что в Норвежском и Баренцевом море скопилось огромное количество траулеров и сейнеров с многих стран мира. После карантина семьи рыбаков принимались на землю, а экипажи пополнялись, и уже под военной охраной промысловики отправлялись ловить рыбу и морепродукты. Море вскоре станет одной из главных житниц для остатков человечества. И что интересно, эскадры для охраны стали и на самом деле международными: наши, англичане, норвежцы, немцы, датчане, голландцы. С той стороны Ледовитого океана с ними взаимодействовал флот Канады и часть флота бывших Соединенных Штатов. Здесь американцам не повезло. Их тяжелые корабли пали жертвой Чумы-Ч в числе первых. Кто занес на борт авианосцев и крейсеров заразу, так и останется навеки неизвестным. Но основные флоты, что защищали интересы великой страны в далеких краях, выбили первыми. И вдобавок почти ни у кого не было такого мощного ледокольного флота. Зато американцы подогнали в качестве передвижных электростанций свои атомные подводные лодки.

Ермаков остановился в вестибюле переброситься парой слов с ребятами из охраны, когда его взгляд упал на сидящую в «предбаннике» молодую женщину с ребенком.

— Это кто?

— Да ходит тут, как на работу, — пожилой дядька махнул рукой. — Не могу я же ребенка на мороз выпроводить. Часы приема вот они, у нас ведь какой-никакой распорядок.

— Понятно, — Ермаков понимающе кивнул, но что-то потянуло его к этой совсем еще молодой женщине. То ли её полный тоски взгляд, то ли белобрысая головка маленькой девочки. — Здравствуйте, — Александр Николаевич присел рядом. — Вы к кому и по какому вопросу?

Женщина бросила усталый взгляд на незнакомого представительного мужчину:

— А вы из начальства?

— Ну, примерно так, — попытался улыбнуться Ермаков.

— Да я в отдел жилустройства третий день попасть не могу.

— Так он вроде в другом месте.

— Да знаю я. Только меня там отшивают, вот я к их самому главному хочу.

— А что, жить негде?

— Да, — женщина замялась. — Жилье нам дали в общежитии. Но вы бы его видели! Углы насквозь промерзли, малышка заболела, у нас даже душ на этаже толком не работает.

— Понятно, — Ермаков нахмурился. — А что поделать, милая? Нам людей селить нынче просто некуда. И строить снова капиталку только весной получится.

— Да я все понимаю, но малышка… — женщина смахнула набежавшую слезу, а девочка прижалась к маме.

— Муж ваш где? — уже более участливо спросил мужчина.

— Муж. А где сейчас наши мужья? — горько вздохнула женщина. — Воюет где-то. Когда в последний раз звонил, сказал, что они в Казахстане, — она подняла блестевшие от слез глаза. — Правда, что там сейчас бои страшные?

Взрослый и много чего повидавший мужчина не нашелся что ответить. Он вспомнил прочитанный утром отчет, и в горле сразу встал комок. Нехорошо там было в северных казахстанских степях. Русская армия истекала кровью. С глубин Азии прибывали все новые и новые орды. Как шли в предгорьях Урала, и на подступах к Петербургу. Он еще раз глянул на молодое лицо жены военного, белокурую головку девочки и решился.

— Так, подождите меня здесь! — Ермаков взялся за мобильник. — Галочка, спустись, пожалуйста, вниз, очень важный вопрос надо разрешить.

Решение созрело моментально. Подошедшая Галина быстро согласилась со своим мужчиной. В его квартире хватало места еще для двух людей, запас продуктов на всякий случай также имелся. Недалеко детский сад и поликлиника, что еще желать невольным беженцам?

— Вы кто по специальности, Ольга? — отправив Галину за шофером, Ермаков по привычке решал обычные, обыденные задачи: обогреть, накормить, устроить.

— Я, — женщина заметно ожила, и стало видно, что она достаточно симпатичная и молодая. — Технолог по образованию, — увидев недоуменное лицо неведомого ей начальника, добавила. — Пекарем до рождения ребенка работала.

— Пекарем? Это дело! — лицо Ермакова сразу разгладилось, — с такой профессией работу найти не проблема. Он тут же внес ее в собственный список, чтобы позже заняться трудоустройством. — Короче, давай, вот как с тобой договоримся: сначала поедите в общагу, заберите вещи, сдайте коменданту комнату. Будет ерепениться, звоните мне. Да Галина все знает! Потом к нам, устраивайтесь, малышку помой, накорми и спать уложи. Ох, а у меня ведь никаких игрушек нет. Дети большие давно.

— Неудобно как-то, — Ольга внезапно смутилась. Она каким-то женским чутьем поняла, что этот человек