Сказание о второстепенном злодее - SWFan

Когда Ник сообщил нам об этом, у всех в классе над головами возникли невидимые знаки вопроса. Как уже было сказано, главной задачей Факультета Белой Ромашки были культурный обмен и укрепление международных связей. Поэтому нас должны были погонять по всему миру, но для этого определенно можно было выбрать места с бóльшим культурным значением. Прямо сейчас создавалось ощущение, что кто-то просто ткнул в случайную точку на карте.

Адель бросила подозрительный взгляд на спящую Елену, однако вскоре Ник развеял её подозрения. Оказалось, что в этом месте, в деревне под названием Шиньон, находились руины древней развитой цивилизации, которая господствовала над миром несколько тысяч лет назад.

Данное открытие совершил теперь уже знаменитый учёный. Он же предложил новаторскую теорию, способную в корне изменить подход к изучению древних и привести к настоящей революции в этой сфере.

Центральное правительство и дворянская фракция немедленно предъявили свои права на его находку, стоимость которой оценивалась в сотни миллионов (именно руины — теория была бесценной). При определённых обстоятельствах это открытие могло иметь стратегическое значение для всей Империи, а потому ожесточённые дебаты и судебные тяжбы велись несколько месяцев, прежде чем стороны наконец пришли к соглашению.

Расписывать его подробности не имеет смысла — это документ на сотню страниц, — однако один из его пунктов предусматривал создание независимой комиссии, которая проведёт оценку найденных артефактов и поможет разделить их «пятьдесят на пятьдесят».

Найти независимую сторону в пределах самой Империи оказалось затруднительно, а потому на эту роль пригласили Академию Лапласа, которая пользовалась доверием и уважением по всему миру.

Директор согласился и заодно решил отправить новоявленный Факультет Белой Ромашки, чтобы мы сопровождали членов комиссии и своими глазами посмотрели на то, как живут отдалённые имперские регионы и как в них протекает конфликт дворянства и центрального правительства.

На бумаге это было идеальное первое задание. От нас не требовалось самостоятельно улаживать конфликт — нужно было лишь поторопиться. Директор уже несколько раз откладывал отправление научной комиссии, чтобы дождаться формирования нашего факультета. Собственно, поэтому мы и вылетали «через десять минут»: люди на месте уже давно сгорали от нетерпения.

Формально, мы просто должны были проводить научных работников и провести некоторое время на природе, в деревне, изучая историю и местный быт.

На самом деле нас ожидало настоящее приключение с интригами, древними тайнами, кровавым предательством и самым настоящим гигантским… впрочем, это был спойлер.

В итоге всё закончится благополучно. Под конец этого задания главные герои впервые станут, собственно, героями. Это будет первый раз, когда Алекс спасёт целый город.

В этом заключалась главная причина, по которой я не хотел вмешиваться в «полевые» приключения. Конечно, теперь у меня появится масса возможностей вести себя как злодей и зарабатывать баллы, но мало того, что я сам буду в опасности — даже малейшее вмешательство с моей стороны, даже просто моё присутствие рискует изменить сюжетную линию и привести к катастрофе.

Что мне теперь делать?

Избегать вмешательства и надеяться на лучшее? Или взять дело в свои руки, рискуя совершить ошибку и постоянно извиваясь, как уж на сковородке, лишь бы случайно не стать героем самостоятельно и не захлебнуться штрафными баллами?

Именно об этом я размышлял всю первую половину нашего пути на летающем корабле.

В этот раз Академия предоставила нам судно поменьше, чем во время Полевого экзамена. У каждого всё равно была своя каюта, но помимо этого имелась только одна небольшая столовая, где всем нам приходилось обедать за одним столом.

Приходилось бы, если бы я ещё в первый день не заявил, что не собираюсь обедать в одном помещении с плебеями, после чего взял за привычку забирать еду в свою каюту, в которой проводил всё своё свободное время.

Разумеется, на самом деле за моим «презрением» скрывалась неуверенность в том, как именно мне следует вести себя с героями.

Мне нужно было время, чтобы продумать свою стратегию. Сам себе я поставил срок до прибытия на место проведения нашего первого «задания»… однако к этому моменту мне уже следовало догадаться, что ничего и никогда не идёт по плану.

Возможно, я уже так сильно нарушил изначальную сюжетную линию, внёс, сам того не замечая, в неё столько изменений, что предугадать дальнейшие события, опираясь на игровые знания, стало невозможно.

Например, я не имел ни малейшего понятия, что задумала Саша, когда однажды поздним вечером она вдруг постучала в мою каюту и спросила:

— Можно зайти?..

Глава 46

Маятник давления

— Чего тебе? — раздался грубый голос.

— Можно зайти?

Тишина.

Саша задумалась, воспринимать это как «да, заходи» или «нет, проваливай». В итоге она представила, как неловко будет говорить с закрытой дверью, набрала в лёгкие побольше воздуха, решительно надавила на ручку и вошла в каюту.

Комната была такой же, как её собственная или каюта Алекса, но тем сильнее в глаза бросались немногочисленные отличия: учебники и записные книжки на столе, изящная шпага у стены под окном и, наконец, хозяин комнаты — юноша с длинными фиалковыми волосами. Он сидел на кровати, одетый в белоснежную рубашку с серебристыми пуговицами, и хмуро смотрел на неё своими фиолетовыми глазами.

Завидев Антона Савина, Саша немедленно застыла; у неё появилось сильнейшее желание опустить голову.

Прошло несколько дней с момента их последней встречи с глазу на глаз. Мучительных дней, потому что всё это время Саша терялась в сомнениях, как же ей заговорить с Савиным… и поблагодарить его.

Во время экзамена он несколько дней ухаживал за ней, помогая справиться с лихорадкой. Воспоминания Саши об этом были обрывочными, но даже мутные осколки — с вкраплениями безумной пляски уже забытых сновидений, которые высвечивали из плотной дымки забытья, — распаляли на её лице густой румянец.

Сперва Саша не понимала, почему этот человек так бережно о ней заботился. Однако постепенно, вспоминая его поведение на экзамене и тот факт, что в итоге их пара заняла первое место, она пришла к выводу, что его причины были сугубо прагматичными.

Студентов сразу предупредили, что на итоговый балл влияет состояние и самочувствие напарника. Действия Савина становились вполне объяснимыми, если всё это он делал ради собственной выгоды.

Более того, из этого можно было сделать вывод, что Антон был заносчивым, агрессивным и высокомерным, но при этом крайне практичным человеком, который мог, пусть и нехотя, поступиться некоторыми своими… сложно назвать это принципами… своей гордостью, когда на то была разумная причина.

При других обстоятельствах это могло стать