Янтч - Майлз Нортон

дымилась запекшейся кровью, смешавшейся с рыжими прядями. Каждый вдох резал – осколки ребер царапали легкие, угрожая пронзить сердце.

А рука… Правое плечо вывернуто, сустав распух до неузнаваемости, превратившись в багровый шар под кожей. Фрэнк не стал его вправлять – только зафиксировал веревкой, и теперь онемение ползло по руке, как червь, медленно убивающий плоть.

– Проснулась?

Голос проплыл сквозь туман в сознании – спокойный, почти нежный, будто спрашивал, хорошо ли она спала.

Марго заморгала, пытаясь поймать фокус. В полумраке перед ней сидел Фрэнк, его лицо иссечено тенями, будто вырезано из ночи.

– Фр…энк? – ее голос раскрошился в шепот.

Он наклонился, и холодный блеск мелькнул в его руке. Нож. Лезвие ловило тусклый свет, сверкая как лед, готовый вонзиться в плоть.

– Ты знаешь, зачем мы здесь.

Она сжала веки, пытаясь собрать мысли в кучу, но в голове гудело, как в разбитом колоколе.

– Я… ничего не…

– Не ври.

Лезвие скользнуло по колену, не нажимая, но холод металла проник под кожу, заставив ее вздрогнуть.

– Документы. Коп. Карл.

Горло сжалось, и она кашлянула – во рту запеклось, медный привкус крови.

– Он… просто хотел помочь…

Фрэнк усмехнулся, и в этом звуке не было ничего человеческого.

– Помочь сдохнуть?

Тень за его спиной шевельнулась.

Тишина.

Только капли где-то в углу.

Кап.

Кап.

Кап.

Нож коснулся ее пальцев.

– Говори, Марго.

Лезвие приподнялось, нацелившись под ноготь.

– Или начну с малого.

«Я не понимаю, что тебе сказать, Фрэнк…»

Голос Марго раскололся, превратившись в хриплый шепот. Губы, слипшиеся от крови, еле шевелились.

– Я пришла к Карлу… просто попросила отпустить меня…

Фрэнк вздохнул, как человек, уставший от детского вранья.

– Где документы, Марго?

Нож вошел под ногтевую пластину. Кость скрипнула.

Марго взвыла. Ее тело дернулось в конвульсиях, но веревки впились в запястья, не давая даже согнуться. Слезы и слюна стекали по подбородку.

В углу зашевелился молодой коп. Стажер. Лицо бледное, глаза мутные от боли и страха. Он похож на ребенка, которого случайно загнали в эту мясорубку.

Фрэнк, не вынимая ножа, медленно обошел Марго.

Шаги. Тяжелые. Методичные.

Он вцепился в волосы парня, рывком подтащил его к ее ногам.

– Последний шанс, Марго, – прошептал Фрэнк, будто предлагая ей конфету, а не жизнь.

– Я не знаю, о чём ты! – закричала она. Голос сорвался в визг.

Фрэнк замер.

Потом достал пистолет. Щелчок предохранителя. Бросок парня на пол.

Выстрел. Глухой хлопок.

Лицо стажера исчезло.

Кровь взметнулась в воздух, забрызгав Марго горячими каплями. Кусочки чего-то мягкого прилипли к ее щеке.

Она закричала.

Не крик – вой. Животный. Безумный. Как зверь, попавший в капкан и отгрызающий себе лапу.

И тут – вибрация.

Фрэнк достал телефон. Сообщение от Карла: «Заканчивай с ней».

Он взглянул на Марго. Ни злости. Ни ненависти. Просто работа.

– Ну вот, – сказал он тихо, поднимая ствол. – А так хотелось поиграть подольше.

Сейчас.

Фрэнк очнулся, сжимая руль Gelandewagen. Пальцы онемели. В горле – ком. «Джон… должен выжить».

Он завел двигатель. На этот раз – чтобы спасти.

Джон вышел из дома ровно в назначенный час.

Дверь за его спиной закрылась с глухим щелчком, и в тот же момент двигатель Gelandewagen взревел, будто зверь, почуявший добычу.

Фрэнк не стал ждать, пока Джон сядет. Он тронулся резко, едва тот успел схватиться за ручку двери. Машина дернулась вперед, заставляя Джона плюхнуться на сиденье.

Джон: «Привет, Фрэнк. Давно не виделись. Лет пять, да?»

Мотор рычит, выворачивая душу наизнанку. Фрэнк вдавливает педаль в пол, будто может убежать от правды. Но она сидит крепче ремня безопасности – нельзя сказать Джону. Ни слова.

В висках стучит. Ритм бешеный, как спущенный курок. Он беспомощен. Совершенно. Мысль впивается в сознание, острая и неотвязная: «Нужен план». Но пока – только дорога, темнота и этот проклятый груз за спиной.

Джон: «Ладно, вижу, болтать не хочешь. Тогда просто довези без аварий, окей?»

Фрэнк бросает взгляд на Джона. Тот сидит, развалившись на сиденье, улыбка глупая, глаза ясные – будто мир не перекосился набок. «Зачем ты согласился на эту встречу, Джон?» Мысль обжигает, как плевок кислотой.

Фрэнк сжимает руль до хруста в костяшках. В голове – каскад вариантов, обрывков, тупиков. Нужно разрулить так, чтобы Карл не учуял подвоха. Джон не должен стать еще одним пятном на асфальте.

Джон: «Что-то не так?»

Фрэнк резко бросает машину влево, даже не моргнув поворотником. Резина взвизгивает, протестуя, но ему плевать.

И вдруг – ее глаза. Люси. Взгляд хищный, холодный, будто она уже видит его поверженным. «Зачем?» Один вопрос рвет душу когтями. Он же всё для нее делал.

Гнев вспыхивает, как бензин в пролитом баке. Фрэнк давит на газ сильнее, словно может раздавить эту мысль под колесами.

Но она не уходит. Никогда не уходит.

Джон: «Окей… Карл вообще говорил, зачем меня вызвал?»

Фрэнк задерживает взгляд на Джоне – на долю секунды, не больше.

Тот что-то бормочет под нос, не подозревая, что уже мертв.

Майкл не даст ему сбежать. Не даст даже понять.

Фрэнк резко возвращает глаза на дорогу. Темнота впереди – густая, бесконечная, как его вина.

– Осталось только вести.

– Не моя тема, – отвечает Фрэнк.

– Но ты же везешь меня к нему. Хоть что-то знаешь?

Фрэнка накрывает лавина мыслей – тяжелых, удушающих, как выхлопные газы в закрытом гараже.

«Зачем ты в это ввязался?» – вопрос врезается в сознание, как грузовик в отбойник. За лобовым стеклом – бесконечная лента шоссе, уходящего в черное ничто, лишь разметка мелькает под колесами желтыми пунктирами последних шансов.

«Мы же обсуждали тогда… Ты выиграл в лотерею, идиот». Горькая ирония. Вон они, огни заправки – грязно-оранжевые, как сигаретный ожог на руке. Карл не из тех, кто просто отпускает. Он бы продал мать за шанс исчезнуть, вынырнуть из этой бензиново-кровяной жижи.

Фрэнк чувствует, как педаль газа подрагивает вместе с его коленом. В зеркале – пустота. Только их машина рвет дорогу на клочья. Выбора нет. Либо сгореть на повороте, либо…

Щелчок. Палец сам ложится на кнопку стеклоподъемника. Холодный ветер с воем врывается в салон, сметая запах пота и страха. Просто работа.

Джон (саркастично): «Ага, “просто работа”. Как будто у Карла бывает “просто работа”».

В горле у Фрэнка встает комок – яростный, жгучий. «Беги, Джон. БЕГИ. ТЕБЯ УБЬЮТ». Слова рвутся наружу, но зубы сжаты так, что челюсть хрустит.

И тогда – вспышка красного.

Тормоза взвывают. Машина козлит, резина воет по асфальту.

Джона швыряет вперед. Ремень безопасности впивается в грудь.

Джон: «Эй, осторожно!»

Фрэнк не отвечает. В