Союз. Часть 2 - Всеволод Бобров

поздно. Миг, столкновение, мощный удар, аэрокар смяло, словно какую-то жестяную банку из-под газировки. Но своего я все же добился. И пусть не удалось взорвать штурмовик, но вот снести его с места и свалить на землю — вполне.

Меня выбило из кресла водителя и куда-то швырнуло. Не помогли ни ремни, которыми я был пристегнут, ни другие системы безопасности, отработавшие как должно. Все вокруг смазалось. Удары, рывки, полет куда-то… Несколько долгих мгновений, и я осознал себя валяющимся на земле.

Вроде бы живой. Бросаю взгляд на сводку от Эклайза по моему состоянию. Слегка потрепало, но приемлемо, серьезных травм нет, броне досталось сильнее, но и она вполне выдержала и продолжает функционировать. Можно с уверенностью сказать, что я легко отделался.

Вскакиваю на ноги и оглядываюсь по сторонам, оценивая обстановку. Почти сразу же замечаю рухнувший неподалеку штурмовик. Хоть и не уничтожил его, но сбил, надеюсь, летать он в ближайшее время не сможет. Немного дальше видно то, что осталось от аэрокара после столкновения на такой скорости, это все же гражданская машина, а не боевая техника, и на такое она явно не рассчитана и превратилась практически в металлическую лепешку.

Упали мы немного в стороне от дома и тех, кто штурмует его. Произошедшее, скорее всего, заметили, но пока вроде бы никто не бежит сюда с целью узнать, как дела. Возможно, думают, что их штурмовик без проблем пережил такое, раз взрыва не было.

Нужно закончить со штурмовиком, пока есть возможность. Сорвавшись с места, несусь к нему, выхватив винтовку из креплений на броне. Пока признаков того, что кто-то собирается снова попробовать поднять технику в воздух, нет, но это мало чего значит, нужно убедиться, что эта машинка не взлетит и не ударит по нам снова.

Подскочив к нему, быстро оббегаю, осматривая. Как и думал, повреждения не критичные. Да, я сумел сбить его на землю, но на первый взгляд он вполне целый и может взлететь. И мне нужно не дать ему сделать этого. Входной шлюз задраен, вскрывать его запарюсь. Пробоин в корпусе нет.

Подбежав к кабине пилота, выставляю максимальную мощность на винтовке и начинаю палить по стеклу там, надеясь, что этого хватит, чтобы разбить его. Щит вырубился, так что некоторые шансы есть. Несколько выстрелов почти вплотную, и стекло пошло трещинами. Сквозь него вижу пилота, обмякшего в кресле и удерживаемого лишь ремнями. Непонятно, мертв он или просто без сознания, но на происходящее пока никак не реагирует. И есть ли там еще кто-то?

Еще парочка выстрелов, и стекло лопнуло. Заскакиваю внутрь. Пилот? Жив, гад, просто вырубился. Оставляю его пока и пробираюсь дальше вглубь штурмовика. Не успел пройти и нескольких метров, как нос к носу столкнулся с пошатывающимся бойцом, шедшим к пилоту. Миг ступора, во время которого я раздумывал, что сделать со встреченным противником — убить или попытаться захватить его живьем, а он, кажется, просто тупил, выстрел, и противник рухнул со здоровенной дырой в груди, так и не успев ничего сделать.

Быстро обыскав штурмовик и убедившись, что больше никого в нем нет, возвращаюсь обратно в кабину пилота. Спихиваю пилота на пол, связав перед этим, и занимаю его место. А почему бы не попробовать использовать штурмовик самому? Глупо отказываться от такого.

— Ну-с, попробуем, — говорю вслух и начинаю запускать машину, вырубившуюся из-за столкновения и жесткой посадки.

Несколько кликов по управляющей панели, и она начала оживать. И данные обнадеживающие — повреждения хоть и имеются, но все основные системы, за исключением щита, исправны, тот чего-то отрубился и совсем не хочет запускаться. Но и так сойдет, главное — в состоянии летать и стрелять, а большего от него и не требуется.

Поднимаю штурмовик в воздух. И пусть со скрипом, причем буквальным из-за немного деформировавшегося корпуса, но он взлетел.

Связываюсь с Цербером. Тот ответил почти сразу же.

— Штурмовик не трогайте, — говорю ему, понемногу набирая высоту.

— Почему?

— Я его захватил.

— Что сделал? — удивленно спросил он, но почти сразу же добавил: — Хорошо, принято.

— Вы где?

— Уже на месте, десантируемся.

— Отлично.

На этом наш недолгий разговор завершился. Набрав высоту, веду штурмовик в атаку. Вижу наших, они высаживаются немного в стороне, выпрыгивая из аэрокаров прямо на ходу. Вижу врагов, немного в стороне от них. Бойцы пока еще не смешались, и это отлично. Открываю огонь из всех орудий по вражеским отрядам.

В первое мгновение они не поняли, что происходит, почему их атаковал свой. Готовились отражать удар в спину и совсем не обращали внимания на небо, предполагая, что оно все еще контролируется ими. Но потом все же среагировали и начали разбегаться в разные стороны, стараясь выйти из зоны поражения. А еще у них нашлось оружие помощнее винтовок, которое они не поленились сразу же пустить в дело.

Бросаю штурмовик в сторону, уходя от ракеты. И почти сразу же снова приходится маневрировать, уклоняясь от еще одной ракеты. Получилось, но вот от мощного энергетического заряда, прилетевшего следом, уйти уже не успел.

Штурмовик сильно тряхнуло, а управляющая панель тревожно замигала, сообщая об отказе систем и различных сбоях. Блин, всего лишь одно попадание, и столько проблем. Недовольно ругаясь сквозь зубы, упорно продолжаю удерживать штурмовик в воздухе и поливать врагов из его орудий. Огонь не прицельный, убиваю вряд ли много кого, но прижать их к земле, сковать — это вполне получается.

Очередная ракета, попытка уйти от нее, и… попадание. Штурмовик после этого сказал, что хватит с него и он хочет на покой. Направляю его прямо на позицию одного из вражеских отрядов. Те такого совсем не ожидали и шустро рванули в разные стороны. А этим воспользовались наши бойцы, уже добравшиеся сюда, и перехватили их.

Мощный удар, скрежет, и штурмовик замер, зарывшись носом в землю. И в этот раз он замер уже, наверно, надолго, если и не навсегда, без ремонта точно больше не взлетит. Не знаю, попал я в кого-нибудь или все успели разбежаться. Но как минимум отвлек на себя внимание и приземлился, а не взорвался в воздухе, что уже неплохо.

Выбираюсь из кресла пилота и направляюсь к шлюзу. Тем же путем, каким я попал сюда, сейчас не выбраться.

— Сергей? — раздался встревоженный голос Цербера по каналу связи.

— А? — отзываюсь, пытаясь открыть заклинивший шлюз.

— Ты там живой?

— Кажется, да. Что у вас там?

— Ты неплохо пошумел, отвлек на себя их внимание. Додавливаем последнее сопротивление. Пленных удалось захватить.

— Потери?

— Никаких.

— Это хорошо, — говорю и наконец открываю шлюз.

Выбравшись