Второй шанс: найти дракона в академии - Мария Боталова

Открытие у Рейва способностей к стихийной магии произвело фурор среди преподавателей. Так что за него взялись всерьез. Как и я, преподаватели ожидали опасных вспышек магии, поэтому тренировали Рейва на дополнительных занятиях. Он едва успевал пообедать за десять минут и снова убегал на тренировки.

Благодаря драконьей выносливости на самочувствии Рейва это не сказывалось, так что наши вечерние встречи оставались прежними. Только времени на них было чуть меньше.

— Ты ведь знаешь, что это я работал над зельем, которое должно раскрывать стихийные особенности магии. Подталкивать ее развитие. Жаль только, что на Рейве сработало, а на мне нет. Но, подозреваю, это зелье может сработать лишь в редких случаях, когда предрасположенность к стихии действительно есть и не хватает лишь крошечного толчка, чтобы магия нужным образом оформилась.

Гилл оживленно размышлял, а я чувствовала себя крайне неловко. Учитывая, что зелье Гилла — на самом деле пустышка. И ведь даже сказать об этом нельзя! Тайну Рейва нужно сохранить.

— Тебя не грызет совесть? — спросила Рейва, когда мы в очередной раз встретились вечером. Погода на улице установилась суровая, так что после ужина мы предпочли долго не гулять — поспешили ко мне. — Сегодня за обедом Гилл рассказал, что преподы заинтересовались его зельем. Поэтому он будет проводить исследования и даже напишет работу к концу года. Годовая практика Гилла будет основана на неработающем зелье!

— Ну, как сказать «не работающее». Может, оно работает? Вдруг оно правда крутое и сработает на каком-нибудь первокурснике с факультета зельеваров или артефакторов? На мне оно не сработало, потому что я в нем не нуждался. Но это не значит, что зелье бесполезное.

— Ты так думаешь? — я скептически посмотрела на Рейва.

— Да, Майла, мне действительно неловко, что я использовал Гилла. Я и сдружился с ним только потому, что он увлекался созданием подходящего для моего прикрытия зелья. Но Гилл — отличный парень. Так что в итоге… получилось, я дружил с ним искренне. Но ты ведь понимаешь, что я не могу рассказать ему. Пусть напишет свою работу. Ему в любом случае поставят хорошую оценку, даже если зелье ни разу не сработает — эксперименты у Гилла весьма интересные и перспективные. А потом… в конце года перед тем, как сбежать, может, и шепну ему, что на самом деле я дракон.

В конце года…

Я ни разу не задумывалась о том, что будет в конце года. Потому что моя предыдущая реальность заканчивалась гораздо раньше — в первый день весны.

— Кстати, я кое-что нашел. Если ты не против, давай захватим порошок от артефакта, пойдем ко мне и кое-что попробуем.

В этот раз с зельем ничего не получилось, но Рейв не отчаивался. Он продолжал искать варианты.

Пока ждали семейные записи, мы с Рейвом наведались в хранилище. Увы, как и предполагали, это ничем не помогло. Мы со всех сторон осмотрели артефакт, но никаких опознавательных знаков не нашли. Уточнили у дежурного преподавателя. Он подтвердил, что знака создавшего его артефактора нет. Такое изредка, но случается. Большинство артефакторов предпочитает указывать свои инициалы. Однако в семье Этари это не принято. Мои предки считали, что если артефакт — шедевр, достойный того, чтобы о нем узнали во всем мире, то люди запомнят в своих умах, кто его создатель. А если никто не вспомнит имя создателя, значит, артефакт недостаточно для этого хорош.

Но раз на артефакте, перемещающем во времени, не было чужих инициалов, это служило не точным, однако в какой-то степени доказательством, что он может быть сделан руками кого-то из Этари.

Мы продолжали встречаться. Не только ради экспериментов и разговоров о деле.

В конце концов, нам нравилось проводить время вместе. Целоваться, узнавать друг друга.

— Значит, твоя сестра — драконица? И она слишком много болтала о парнях драконах, потому что и сама дракон?

— Да. Извини, — Рейв смутился. — Я старался не врать тебе, но во многих моментах приходилось недоговаривать. Справедливости ради замечу, что сестра всерьез достала этими разговорами!

— Я… понимаю, Рейв. — Я тоже смутилась, отвела взгляд. — Учитывая напряженные отношения между империей и Касталлой, ты не мог рассказывать направо и налево, что ты — дракон, скрывающийся под личиной обычного студента зельевара. Я понимаю, — повторила со вздохом.

Рейв взял меня за руки.

— Я тоже понимаю твои чувства. Произошло что-то нехорошее. Ужасное, судя по твоей реакции. Тебе сложно поверить, что я не замышляю ничего плохого. Но все же ты решилась довериться. Я сделаю все, чтобы оправдать твои ожидания. Майла, слышишь?

Я все-таки посмотрела на него. Рейв тут же потянулся ко мне и поцеловал.

Это все еще было упоительно. Захватывало, сводило с ума до головокружения, несмотря на то, что я знала: Рейв — дракон.

Мне так хотелось ему верить! Хотелось, чтобы выбор, который я сделала, оказался верным и не привел к краху академии.

— Как зовут твою сестру? — полюбопытствовала я и внезапно осознала, что не знаю настоящего имени Рейва.

— Айна, — ответил он. — Она младшая.

— А ты, Рейв? Расскажи о себе, о своей семье. Как тебя зовут?

— Так и зовут — Рейв. Полное имя Рейваш Кахэш.

— Ого! Я ведь читала недавно. Кахэш — это ответвление от королевского рода.

— Да, мы — самый верный, самый близкий род нашим правителям. Мои родственники занимают самые высокие посты… Отец — советник короля. Старший брат — один из лучших представителей империи в международной политике. Сестра еще мала, заканчивает обучение. Ну а я… меня ждали младшим помощником главы службы безопасности, но я заявил, что хочу сначала мир посмотреть. И уехал. Сначала путешествовал по империи, потом придумал план, как попасть в Касталлу.

— Значит, ты бунтарь? — я улыбнулась. Рассказ Рейва вполне соответствовал его характеру.

— Похоже на то, — Рейв хмыкнул. — Заметил, каким серьезным стал брат, всегда занятой. И настолько противно стало от того, что мою жизнь распланировали… Решил, что, прежде чем повешу на себя кучу обязанностей — ввяжусь в какое-нибудь веселое приключение. Ввязался, похоже. И не очень веселое, — он кривовато усмехнулся.

Я тоже перестала улыбаться. Да, веселого в грядущем мало.

Если только у нас получится все изменить?

— Майла… — Рейв обхватил меня за голову и заглянул в глаза. — Я сделаю все возможное, чтобы ты ни о чем не пожалела. Веришь?

— Верю, — выдохнула ему в губы.

На следующий день они пришли! Я получила семейные записи, которые отправил отец.

Учитывая, что распространять их содержимое нежелательно, все предки, кто работал над бумагами, хорошенько их защитили.