Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

Со мной по очереди сидели то Коля, то Воронов. Сквозь полузабытье я слышал их приглушённые голоса. Костёв что-то постоянно читал вслух — кажется, молитвы. Воронов больше молчал, изредка тяжело вздыхая. И жрал! Уверен, что слышал, как он чавкал. А делал барон это постоянно. Как в него вообще столько влезает?

Монстры получили приказы в случае чего убить каждого из них. В моём положении осторожность лишней не бывает.

Сколько-то дней я так и провалялся. Сложно сказать, сколько точно. В бреду время течёт иначе: то ускоряется, то замедляется, то вовсе останавливается.

Лахтина пыталась постоянно со мной поговорить. Я игнорировал девушку: пусть думает. Ам был подавлен тем, что упустил тень, поэтому позволил ему играться с некромантом, но силу у того не забирать, она мне самому пригодится.

Открыл глаза. Свет резанул по зрачкам, заставляя морщиться. Сквозь окно пробивались лучи солнца — яркие, почти болезненные после долгой темноты.

Заглянул в себя: вроде бы всё восстановилось. Потянулся и застонал. Твою мать! Сдержал стон, когда отрывал своё тело от простыни и одеяла. Кровищи натекло с ведро. Она засохла, и я словно в корке какой-то.

Повернул голову и увидел Колю, спящего на стуле. Бедняга. Подбородок уткнулся в грудь, рот чуть приоткрыт, из уголка стекает тонкая струйка слюны. Под глазами — тёмные круги от недосыпа.

Я разорвал путы, которые меня сдерживали, и поднялся. Стянул с себя все бинты, намотанные господами докторами. Ух ты… За время отдыха у меня выросли мышцы. Они и раньше были, а сейчас… Странно, я же ничего не ел всё это время.

Желудок заурчал, отчего я сморщился. Скрутило так, что в глазах потемнело. Сейчас приведу себя в порядок и пойду есть. Много, вкусно, горячее и разное. Облизнул сухие губы.

Аккуратно встал и пошёл в ванную. Горячая вода, потом холодная. Я пил. Много. Казалось, что у меня обезвоживание. Посмотрел в зеркало: определённо стал себя намного лучше чувствовать. К сожалению, остались шрамы от ударов некроманта и тени. Слишком поздно занялся лечением.

В дверь постучали, но Коля даже не шелохнулся. Вымотался пацан.

Я накинул халат и открыл.

— Майор? — уставился на военного, не скрывая удивление.

— Магинский! — скрипнул Горбунков зубами. Его лицо покраснело от гнева. — Даже не хочу знать, что было, но меня к тебе несколько дней не пускали. Приказ сверху. Меня…

Мужик злился. Его глаза метали молнии, а правая рука тряслась, словно в нетерпении схватиться за оружие.

— Чем могу помочь? — уточнил я с деланным спокойствием.

— Вот! — Горбунков ткнул мне в грудь какими-то бумагами с такой силой, что я чуть не отшатнулся.

— Проходите, — открыл дверь шире, пропуская взбешённого майора.

Когда он зашёл, первое, что увидел, — спящего Костёва и мою кровать, всю в засохшей крови. Мужик поднял брови и посмотрел на меня с нескрываемым удивлением.

— Пусть отдыхает, — кивнул я в сторону Коли. — Устал за последнее время.

Горбунков окинул Костёва быстрым взглядом, потом снова повернулся ко мне.

— Значит, не врали, что тебя ранили, когда ты на себе военных от турков вытаскивал? Дрался с монстрами и некромантом? — хмыкнул майор, и в его голосе появилась нотка уважения, смешанного с недоверием.

— Угу, — просто ответил я, усаживаясь на кровать.

Горбунков сделал всё, как я просил. Документы на разрешение одному человеку из рода Магинских приехать сюда. Прописано, что его и груз будут сопровождать и охранять. Договор о том, что я создам сто литров зелья против степных ползунов. И каждая бумажка с печатью и гербом рода Магинских.

— Подписывай! — бросил он мне, протягивая перьевую ручку.

Ух ты… Взял в руки инструмент. Это же артефакт! Ручка использует кровь вместо чернил. Дорогая вещица, редкая. Сделал несколько размашистых подписей и взял чистый лист бумаги.

Написал послание в род, что вызываю Смирнова для работы на фронте и помощи мне. Что он должен взять всё нужное для создания зелья против степных ползунов и уточнить у главного алхимика рецепт. Ингредиенты предоставят, а я буду помогать по возможности.

Сдержал улыбку от предвкушения и вернул все бумаги майору. Тот проверил и поморщился. Пока я изучал папки, нашёл подписи двух генералов и самого великого князя. Ну что ж, начало положено…

— Я пошёл! — Горбунков развернулся к двери, явно спеша покинуть комнату.

— Подождите, — встал с кровати. — А что насчёт моей просьбы?

Мужик поморщился, словно съел что-то кислое.

— Магинский, я узнал. Но не советую тебе рыпаться. Человек крайне серьёзный, пусть он и всего лишь майор… Дорогу ему лучше не переходить. Сожрёт и тут же высрет, даже не заметит.

— Кто? — поднял бровь, подходя ближе.

— Мне это дорого вышло, — начал набивать цену мужик, оглядываясь на дверь, словно боялся, что нас подслушивают. — Пришлось за очень многие ниточки потянуть, да так, чтобы не нашли, кто интересуется.

— Я не сомневаюсь, — кивнул, выдерживая взгляд майора. — Кто? — повторил вопрос, не давая ему уйти от ответа. — Как зовут того, кто подделал мои документы и отправил меня в обычную часть служить рядовым?

— Майор Свиридов Аркадий Петрович, — поморщился Горбунков, понизив голос почти до шёпота. — Суровый мужик. Но проблема не в этом, а в том, кто за ним стоит. И я бы на твоём месте радовался, что меня ещё не перемололи. Забудь и живи дальше.

— Кто за ним стоит? — спросил я.

Глава 12

Повисло молчание. Майор жевал губы и ничего не говорил.

Да тут может быть кто угодно: от старых друзей Жмелевского и до покойного, чтобы он переродился глистом, Запашного. Либо кто-то из аристократов, либо… Майор боится произнести, что это император? Удивил.

Я смотрел на Горбункова, ожидая ответа. Его лицо покрылось капельками пота — крупными, блестящими, как роса на траве. Взгляд метался по комнате, словно ища спасение. Короткие пальцы теребили пуговицу на кителе, а ноги переминались, будто майор стоял на раскалённых углях.

— Великий князь Ростовский. Генерал южной армии, — тихо ответил Горбунков, понизив голос до еле слышного шёпота.

Внутри у меня всё замерло. Не от страха, нет. От понимания масштаба игры, в которую я оказался втянут. Великий князь Ростовский — брат императора, человек, чьё влияние простирается далеко за пределы армейского командования. И он лично заинтересовался мной настолько, что распорядился изменить мои документы?

— Понял, — кивнул я, сохраняя внешнее спокойствие.

Горбунков выдохнул, словно с его плеч сняли непосильную ношу. Он отступил на шаг, бросил последний взгляд на меня