Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

это дело решили доверить Сорокиным. Они уже много лет следят за Филатовыми, поэтому в курсе всего, что происходит. Ты здесь совсем по другому поводу, — Фёдор Игнатьевич сцепил пальцы в замок на своём необъятном животе. — Распутин утверждает, что вы имеете дело с Филатовыми и заказываете им лекарства для своих лечебниц. Это правда?

Давид Елизарович широко раскрыл глаза и прижал руку к груди.

— Поклёп, Фёдор Игнатьевич, — изумлённо выдохнул он. — Бессовестное враньё! Да как у этого Распутина язык повернулся такую напраслину возводить на мой честнейший род?

— Ему доложил об этом Сорокин, — пожал плечами Мичурин, внимательно следя за реакцией своего вассала.

— Не верьте им, наш дорогой Фёдор Игнатьевич! Сорокины всегда завидовали нам и пытались навредить. Вот и на этот раз приплели к нам Филатовых.

— Так, это неправда? Вы не заказываете ничего у Филатовых?

— Ни-че-го, — по слогам сказал он, заглядывая в глаза своему господину. — Да и как можно им что-то заказать, если их со всех сторон обложили запретами? А единственного сильного аптекаря в их роду, Дмитрия Филатова, и след простыл.

Мичурин с облегчением вздохнул и налил себе из кувшина ещё молока.

— Так и знал, что они таким образом хотят убрать вас с дороги. Но не волнуйся, у них ничего не выйдет. Никто не смеет трогать моих вассалов, иначе будет иметь дело со мной, — хмуро заметил он.

Коган знал, что в случае с Мичуриным внешность обманчива. На самом деле он очень жестокий и опасный человек. Поэтому нужно быть осторожным и не давать повода, иначе весь род пострадает. Однако и от Филатова Давид Елизарович не хотел отказываться. Его лечебницы стали приносить больше денег, когда его лекарства поступили к ним. Придётся маневрировать между двух огней.

— Тогда, может быть кружечку кваса? — предложил Мичурин.

— Вот от кваса не откажусь, — улыбнулся Коган.

* * *

Как обычно я встал пораньше, чтобы успеть сделать пробежку, но, когда вышел из дома, увидел у ворот машину Акулины. Невольно напрягся. Неужели что-то с ребёнком? Горгоново безумие! Не надо было так рано уходить!

Я ринулся к автомобилю, и мне навстречу вышла Акулина.

— Что с ним⁈ — выкрикнул я. — Живой⁈

— Кто? — она недоумённо уставилась на меня.

— Ребенок! Кто же ещё?

— С ним всё хорошо. Спит, — ответил она удивленно.

— Фух-х-х, ну зачем же так пугать? — я провёл рукой по лицу и с облегчением выдохнул.

— Простите, но вы же знаете, что мне нельзя опаздывать на работу. Поэтому я решила предупредить вас с самого утра, — извиняющимся тоном произнесла она.

— Предупредить? О чём?

Акулина приблизилась ко мне, опасливо оглянулась, не слышит ли кто, и шёпотом рассказала о том, что услышала вчера от своего дружка.

— Так и сказал: «Филатову недолго осталось»? — уточнил я.

— Да-да. Слово в слово. Я так испугалась за вас, но решила не тревожить ночью. А ещё я вспомнила, что, когда он в прошлый раз приехал, в нашем городе было совершено убийство, — еле слышно сказала она. — Мне страшно за вас.

— Не волнуйтесь, Акулина, — улыбнулся я. — Я во всём разберусь. Где, вы говорите, он поселился?

— В гостинице «Василёк». Восьмой номер.

— Понял. Езжайте на работу и ни о чём не беспокойтесь. Спасибо, что сказали, — улыбнулся я.

Женщина сел за руль, с тревогой взглянула на меня и все же уехала.

Я же хотел поближе познакомиться с Гордеевым, но перед визитом в гостиницу наведался в свою лабораторию. Осталось у меня несколько очень полезных для таких случаев зелий. Ведь это может быть наёмник.

Вооружившись пистолетом и зельями, я позвал Шустрика и подъехал к «Васильку». Сонный администратор — худощавый парень со взъерошенными волосами, окликнул меня, когда я двинулся через холл к лестнице на второй этаж. Именно там, по описанию Акулины, в комнате под номером восемь поселился мужчина.

— Вы куда?

— Мне к Гордееву, — ответил я.

— Так нет его. Съехал уже.

Я взглянул на часы, висящие над стойкой администратора. Время всего пол восьмого.

— Когда успел съехать? Вчера вечером был на месте.

— После полуночи сдал ключи и сказал, что не вернётся, — парень пожал плечами и широко зевнул.

— А ты случайно не спутал его с кем-нибудь? — не сдавался я.

— Нет, конечно. У нас всего три комнаты заняты. Да и вот ключ от восьмого номера на месте, — кивнул он на ключницу, висящую на стене.

— Хм, куда же он подевался? Может дашь мне ключи, я сам проверю: съехал он или нет.

— А ты кто такой? — нахмурился администратор. — С какого перепугу я ключи тебе должен давать? Иди-ка отсюда, пока я полицию не вызвал.

— А если мы с тобой вместе проверим? — доброжелательно улыбнулся я, положив на стойку десятирублевую купюру.

Администратор тут же оживился, взял ключ и пошёл первым. Мы поднялись на второй этаж и остановились у комнаты, на двери которой была прибита металлическая цифра восемь.

Парень открыл дверь, и я зашёл внутрь. Кровать разобрана, на столе картонные коробки из-под покупной еды, окна зашторены. Я заглянул в ванную — пусто. Куда же он делся и почему так быстро покинул эту гостиницу?

Жаль, очень жаль. Я хотел поговорить с ним по душам… Неужели снова кто-то пытается навредить нам? Но кто? Лютый в могиле, Сорокин не раз получал по носу. Очередной враг, о котором я ничего не знаю? Надо поговорить с дедом, может у него есть какие-нибудь предположения, кем мог быть этот Гордеев. Ну или на кого работает.

Я вернулся к нашему особняку и встретился с дедом, который вышел из дома и направлялся к лавке. Рассказал ему о том, что случилось.

— О-хо-хо, час от часу не легче, — покачал он головой и всплеснул руками. — Пришла беда — отворяй ворота…

— Хватит сыпать своими присказками, — прервал я его. — Подумай хорошенько, кому мы опять не угодили?

— Эх, Сашка, если я начну перечислять тех, кто на нас зуб точит — никаких пальцев не хватит. Успех ведь люди не прощают. А мы стольких задвинули, когда вверх попёрли. Зато потом с таким грохотом свалились, что до сих пор отголоски слышатся.

— Ясно. Но ты будь осторожнее, — предупредил я.