"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

- Маша с Ёсей? Ну… как все - на нервах, но делать нечего. Нам в любом случае легче, чем Вам. Сегодня какие-то люди в форме приезжали, обыск был. Целый день у нас просидели.

Альберт Борисович постарался сохранить невозмутимый вид:

- Что делали?

- Не знаю… походили по лаборатории, на склад зашли… потом, вроде, поднялись на этаж, где бухгалтерия сидит.

- Понятно…

- Ах да, тут еще в Академии настоящая революция.

- Да слышал, слышал…

В этот момент внизу из подвала послышались несколько глухих ударов. Профессор побледнел.

«Андрей, конечно, свой парень, но если увидит, что я держу в плену человека, ничего хорошего не будет», - подумал Альберт Борисович.

Кузнецов прислушался, неуверенно глядя по сторонам.

- Слушай, - громко сказал Хаимович и поднялся, - ты извини меня, я как раз думал съездить на одну встречу, из головы вылетело. Ты не обидишься, если я тебя провожу, мне переодеться надо. Я к вам завтра заеду. Без обид?

- Ладно… я могу тут подождать и отвезти... я за рулем.

- Не стоит, тут не сильно далеко, я хотел прогуляться, голову проветрить. Пойдем… - Хаимович откровенно выпроваживал своего гостя.

Андрей направился к выходу, но у порога еще раз услышал стук, идущий непонятно откуда, и даже как будто чей-то голос.

- Странные звуки, - сказал Кузнецов задумчиво.

Профессор кашлянул погромче и спросил безучастно:

- О чем ты? Какие звуки? А, это, наверное, с улицы… Ладно, в общем, до завтра, телефон я включу. Если будут новости из лаборатории - сообщай.

- Хорошо, - немного удивленный поведением шефа, сказал Андрей, – до связи,Альберт Борисович.

Проводив помощника за ворота, профессор энергично зашагал к дому. Быстро спустившись в подвал, он застал буянившего на всю катушку бродягу. Отойдя от очередной порции снотворного, узник пытался разломать камеру.

Хаимович взял в ящике стола небольшой приборчик, подошел к «аквариуму» и неожиданно для бомжа открыл дверь. Не дав пленнику среагировать, Альберт Борисович мгновенно приблизился на расстояние вытянутой руки и коснулся прибором плеча бродяги. Раздался щелчок, бомж, получив разряд тока из шокера, отскочил к стенке. Еще один удар заставил его упасть, следующий щелчок - и мужчина уже молил о пощаде. Пнув его несколько раз, профессор также стремительно вышел и запер дверь. Бродяга, скорчившись, лежал на полу. Его била дрожь, по лицу текли слезы. Он представлял собой жалкое и грустное зрелище.

На секунду сердце профессора дрогнуло, и закралась мысль отпустить ни в чем не повинного человека. Но вспомнив, как пять минут назад подопытный чуть не угробил его последнюю надежду на будущее, ученый вновь разозлился:

- Послушай меня… еще один звук – и я буду бить тебя током до тех пор, пока ты не начнешь ходить под себя. Уяснил?! Сиди молча, дольше проживешь.

Мужчина не отвечал, и Хаимович, решив, что жесткое наказание принесло свои плоды, вернулся к опытам. В одном из приборов вскоре должен был завершиться процесс скрещивания «Красной звезды» с земными вирусами. Альберт Борисович с нетерпением ждал результата. На создание этого мутанта он потратил очень много сил и времени.

Вдруг профессор услышал глухой удар и обернулся. Бродяга привлек к себе внимание, стукнув по стенке камеры кулаком. Бомж с лютой злобой смотрел в глаза своему мучителю:

- Что ты от меня хочешь?

Альберт Борисович презрительно взглянул на него и холодно ответил:

- Твоя бесполезная жизнь наконец-то приобретет смысл. Ты войдешь в историю, - немного помолчав, Хаимович спросил, - тебя, кстати, как зовут?

- Федькой… Фёдором… Фёдором Степанычем, - опустив глаза, пробурчал бродяга.

«Вот так и назову этот образец», - решил про себя ученый, а вслух произнес:

– Вот что, Фёдор Степанович. То, что я делаю - очень важно для науки. И ты можешь принести большую пользу обществу, а может быть, и прославиться… если будешь себя хорошо вести.

Бомж молчал, хмуро осматривая подземную лабораторию. Профессор решил частично посвятить его в свой замысел:

- Я испытаю на тебе новейшее лекарство, хочешь ты этого или нет. И если не будешь мешать, все пройдет гораздо благополучнее для тебя.

- Лекарство? Так я вроде не болен ничем, ну кашляю иногда, но так-то здоровье хорошее, от родителей досталось.

«Это пока не болен», - подумал Альберт Борисович, отвернулся от камеры и подошел к столу с аппаратом.

На мониторе появилась надпись о завершении процесса. Хаимович взял аппарат и перенес его на другой стол. Там располагался прибор гораздо большего размера, в него были встроены защитные чехлы для рук, которые позволяли работать с вирусами в герметичных условиях. Альберт Борисович поместил в него первый аппарат, закрыл и начал работу. Внутри находились герметичные колбы, в которых происходил процесс скрещивания «Красной звезды» с земными вирусами в различных комбинациях. Альберт Борисович брал колбы по одной, откупоривал и выливал часть раствора из них в специальную емкость. Компьютер анализировал содержимое и выдавал результат.

Так продолжалось около получаса. Бродяга все это время неподвижно сидел в клетке, иногда поглядывая в сторону профессора и думая о своей горемычной жизни.

«Это же надо - стать лабораторной крысой, - думал он, – ну ладно, бомж. Жил себе да жил, проснулся - хорошо, поел - еще лучше, живи да живи. А вот как получилось. Да, не зря моя бабка говорила: жизнь прожить - не поле перейти. Эх…»

Хаимович в это время работал с последней пробиркой. Закончив анализ, ученый стал негромко разговаривать сам с собой:

- Хорошо… образец номер три стабилен в водной, воздушной и белковой среде. Получился, наконец, мультивирус - штамм гриппа, бешенства и бриллиант в этой короне – «Красная звезда». Я смог «подружить» марсианский вирус с гриппом и бешенством, «Звезда» не уничтожила их, а присоединила к себе. Теперь они одно целое. Получилось создать симбиоз, который раньше не удавался никому. Если этот мутант будет также подавлять другие вирусы в организме, как «Красная звезда»… и я найду от него вакцину, то получится панацея! Все прекрасно, осталось проверить, как он работает. Да, да… надо испытать прямо сейчас... Или подождать, не торопиться, еще раз все обдумать?

Внутри профессора боролись сразу два человека, он никак не мог принять решение.

- Надо сначала испытать все на крысах. Но ведь и в лаборатории на животных все было хорошо, а на людях