"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 - Екатерина Владимировна Скибинских

– Буду рада с тобой поболтать. Думаю, теперь у нас очень много поводов для дружеских посиделок…

– Что здесь происходит? – этот вопрос заставил нас всех подпрыгнуть. Потому что про господина главу академии, мирно лежавшего и не мешавшего нам всем выяснять отношения, мы как-то позабыли. А он очнулся, огляделся и весьма настойчиво напомнил о себе. – Я не совсем понимаю, почему все еще жив. Но хотел бы знать, кого должен за это благодарить.

– Его! – Кажется, мы с лисом теперь всю оставшуюся жизнь будем дружно орать хором. И тыкать в обалдевшего Гу Юнженя пальцами, перекладывая с больной головы на здоровую. – Это он вас вылечил!

– Точнее, они, – педантично поправил нас Да Сьон. – Господин Гу с невестой. Тоже с помощью Звезды.

– Мряу! – подтвердил тигродракон и довольно разулыбался.

Глава 60

– Нет уж, – категорично высказался лис, отказавшись выпускать меня из лап. – Я тебя знаю. Сначала, – он выделил голосом это слово, – три поклона. Потом все остальное. Хочешь – мир спасай, хочешь – всем вокруг объясняй свои секреты. Что хочешь, то и делай. Но сначала – жениться.

– А тебе самому неинтересно про секреты? – вылез домашний лис. На то, что у него увели Пылинку, этот паршивец почти никак не отреагировал, а вот на нас с Сан Линем отчего-то косился весьма странно.

– Нет, – по-прежнему непреклонно помотал головой помощник главзла, а в перспективе императора. – Мне интереснее заключить брак. Вот тогда ее секреты от меня никуда уже не убегут.

– Логично, – вздохнул Гу Юнжень, опасливо отодвигаясь от господина Се Лянченя. Тот уж больно выразительно слушал наши последние новости и на бывшего ученика тоже посматривал весьма задумчиво. Словно решал – сразу пороть или сначала допрос устроить. И что тревожно, на меня он тоже так смотрел.

Короче говоря, мой двухвостый псих заявил, что для полноценной свадьбы в этой пещере есть все, что нужно: высшее присутствие в виде рассосавшейся между добром и злом Звезды; само по себе добро и зло; императорская власть – замена родительской; мой непосредственный опекун (формально он им стал на время обучения) в лице внезапно вытряхнутого из загашника ректора; свидетели Юань Шуай и Да Сьон…

– Только невесту осталось уговорить, – пробухтела я себе под нос и тут же получила перекрестье возмущенных взглядов – со всех сторон зашипели и засверкали глазами. – Ну что, что? Да помню я, что слово дала. Но почему надо выходить замуж в какой-то дыре, одетой непонятно во что, и…

– Так, – возмутился лис. – Отставить препираться! На! – В меня прицельно полетел кусок красной ткани. Повис на голове, загородив обзор. – Все, алая фата в наличии, слово согласия ты уже дала, все по местам, будем кланяться. Медведь, оглашай.

Да Сьон только хмыкнул, придержал за руку своего дернувшегося было домашнего дружка (да, я бессовестно подглядывала, сдвинув алую «фату») и традиционно зычным для китайцев голосом начал выкрикивать команды:

– Первый поклон земле и небу!

– Второй поклон родителям новобрачных! Императорская чета за них.

– Третий поклон друг другу!

– Все, можешь раздевать, – сдернул с меня занавеску лис и впился в губы поцелуем.

А я что, я ничего. Я замуж вышла…

И это значит, что беспокоить меня неудобными вопросами до конца медового месяца невежливо и вообще неприлично!

Хе-хе.

– А ну, стой! – сообразил Гу Юнжень. Орал он лису, оперативно, под прикрытием оскалившегося Баосы, тащившему меня в новый, только что открывшийся проход – в конце этого коридора светилось небо, и было понятно, что лабиринту там конец. – Стой!

– Да щаз, – бормотал мне в грудь Сан Линь, только прибавив ходу. – Моя жена, значит, и секреты мои. Я еще не решил, надо ли ими делиться. И вообще… мы заняты, приходите года через два!

– Увидимся в академии! – успела крикнуть я, пока меня несли в направлении медового месяца. – Когда-нибудь! Господин глава, соберите мои пожитки, пожалуйста! И осторожно с ингредиентами! Ланлинь! Кофе им не давай, самим мало! Пробирки не побейте!

– Она еще и командует, – уже едва слышно долетело до меня возмущение почти императора. А больше ничего не долетело, потому что мы выскочили на поверхность и Баосы тут же взлетел, оседланный лисом.

– Куда? – еле выдохнула я, когда очередной поцелуй в небе на секунду прервался.

– Не знаю, – бормотнул Сан Линь. – В гостиницу?

– Ну да! – Я ущипнула его за ребра. – В академию!

– Зачем?! Чтобы нас нашли?

– Как раз там искать будут в последнюю очередь. И все равно не найдут, пока сами не вылезем. Мы в подвале спрячемся.

– В том самом? – Взгляд мужа заволокло пеленой.

– Ага, – хихикнула я. – Привяжу тебя голым к кровати и…

– Полетели! Быстро!

Прошло семь дней. На академию плавно опускались сумерки, легкий вечерний ветерок трепыхал полупрозрачные шторки в моем жилище, я же, едва не мурлыкая от предвкушения, сосредоточила свое внимание на чашке с обжигающе горячим «три в одном». Поторопившись и сразу отхлебнув, я уже обожгла себе язык и теперь терпеливо ждала, пока напиток остынет. Можно было, конечно, остудить при помощи ци всего на пару градусов. Но за последнюю неделю полнейшего дурдома у меня едва ли не впервые выдалась свободная минутка, и хотелось сделать все как полагается, как в прежней жизни, где никакой ци не существует. Я и так эту минутку с боем вырывала у лиса, который всерьез загорелся идеей длить медовый месяц в подвале как можно дольше. Нет, не то чтобы я против, но не всю жизнь же?!

Кажется, только вчера мы выбрались из того проклятущего лабиринта, еще толком не осознав случившегося. Только вчера я привязала одного двухвостого… кхм… как и где грозилась.

Это было очень здорово. И надо будет обязательно повторить, конечно. Только вот все так завертелось, что пришлось прервать медовый месяц.

Все барды, летописцы и сплетники империи уже на каждом шагу вещают о неземной любви между двумя представителями древней династии. Ведь только высокие чувства могли толкнуть Гу Юнженя и Ланлинь вместе взяться за артефакт… А что им сказать на это? Что у дураков мысли сходятся и так получилось, что конкретно в тот миг ни один из них не думал даже о престоле? В сказку о любви поверят охотнее.

Вот и приходится им отдуваться, готовиться к пиршеству в честь их предстоящей свадьбы… Точнее, готовится больше Пылинка, пусть и вопила поначалу громче всех, отказываясь принимать такой исход. Гу Юнжень сейчас занят переворотом. А кто сказал, что будет легко? Звезда Звездой, а прежний император не торопится покидать дворец.

Полнейшей неожиданностью стало, что ректор принял сторону Гу Юнженя. То