Темный феникс. Возрожденный. Том 5 - Фёдор Бойков

Тень справа от меня вздыбилась, будто её прорвали снизу. Из разрыва, с трудом преодолевая сопротивление моего барьера и самого слоя изнанки, вывалился Дмитрий Шаховский.

Всё же мой дед — гениальный артефактор. Это же надо было переработать обычный артефакт связи таким образом, чтобы настроиться на мою ауру и прорвать мой же барьер. Не удивлюсь, если он при желании и защитный купол над особняком так же мог пробить.

Только вот какого демона он тут забыл?

Я присмотрелся к его ауре и заметил, что она изодрана в клочья, будто её пропустили через тёрку для овощей. Запавшее лицо было напряжено, а упрямые губы поджаты так сильно, словно дед изо всех сил сдерживал крик боли.

Как только наши взгляды встретились, он еле заметно кивнул мне и тут же переместился ко второму некромансеру, отвлекая его на себя. Что ж, спасибо, дедуля. Теперь мне не нужно распыляться и отбивать атаки сразу двух врагов, и я могу бросить все силы на одного из них.

Я рванул к первому падшему и, призвав теневые когти, усилил своё пламя.

Мои когти вонзились в грудь некромансера. Я раздвинул ладони в стороны, разрывая грудную клетку. Падший успел садануть меня щупальцем по щиколоткам, после чего упал изломанной фигурой на парящий пол из осколков тени.

Я убедился, что он умер, теперь уже окончательно, и сорвал с него кулон с поддельным сердцем. Мои ладони вспыхнули, магический источник некромансера превратился в прах, а меня окатило волной энергии — тьма сполна отблагодарила меня за убийство очередного падшего тёмного.

Самые серьёзные раны начали срастаться, но я не стал дожидаться, пока регенерация залатает их до конца. Позади меня сражались второй некромансер и Дмитрий Шаховский, который решил помочь мне, даже зная, что я не его внук.

Я обернулся к ним в тот самый момент, когда дед упал на колено, а некромансер вонзил в него огромный шип толщиной с бревно. Дед с трудом повернул голову. Его глаза нашли меня, и он улыбнулся.

— Убей их всех, Рейз, — выдохнул он.

Мне не хватило буквально доли секунды, чтобы отлететь хотя бы на метр. Второй некромансер переместился ко мне буквально за мгновение. Его рука с теневым клинком уже была занесена для удара в моё сердце.

Времени увернуться у меня не было. Я успел только подставить под его клинок левую руку, которая только успела отойти от предыдущей попытки перехватить жгут первого некромансера.

Клинок с хрустом пронзил мою ладонь насквозь и раздробил рёбра. От боли я почти перестал понимать, что происходит.

Кажется, что-то такое со мной уже было. Точно. Самая первая битва с некромансером происходила точно так же. Только я был слабее.

Клинок некромансера застрял в моём теле, зато он сам оказался слишком близко ко мне. Я резко вскинул правую руку и сжал горло врага пальцами, объятыми пламенем феникса.

Пламя окутало некромансера, ворвалось внутрь и принялось выжигать его изнутри. Я не разжимал пальцы, лишь с кривой гримасой боли наблюдал за тем, как умирает ещё один падший тёмный маг.

Через минуту всё закончилось. Я забрал его источник, потом перелетел к деду и взял его кулон. Два поддельных Сердца превратились в прах в моей ладони.

Битву-то я выиграл, но кристалл до сих пор на месте.

Я подлетел ближе и опустился на пол, отзывая крылья. Сейчас мне понадобится вся концентрация. И без того приходилось отвлекаться на боль, которая не становилась меньше. Я только сейчас смог достать осколок шипа из раздробленного бедра, а ведь у меня ещё были проколоты грудь, плечо и левая рука, да и рана на боку так и не затянулась. Регенерация работала, тьма даже подпитывала её, но процесс был медленным и болезненным.

Я смотрел на кристалл, дыша сквозь сжатые зубы. В эльзасском очаге была всего-то небольшая сфера, и всё равно меня чуть не разорвало, когда я перегонял через себя её энергию.

Тут же был именно кристалл, сплетённый из множества узлов и затвердевший от огромного количества энергии. Он врос в ткань пятого слоя, а его жилы уходили вглубь, питая остальные узлы.

Ну что ж, тянуть смысла нет. Я в любом случае должен покончить с этим уродливым отростком, распухшим от некротической энергии.

Я мысленно нащупал незримую нить, связывающую меня с Сердцем Феникса. Затем мне пришлось повозиться, чтобы найти центральную жилу якоря. Она нашлась в самом центре ядра, спрятанная между другими нитями. Теперь остаётся только надеяться, что тело выдержит.

Я перевёл дух, ощущая, как холод изнанки обжигает лёгкие, притянул обе нити к себе и закрыл глаза. Первые пару секунд ничего не происходило, а потом я почувствовал невероятное давление. Такое ощущение, будто я пытаюсь сдвинуть гору силой мысли, а не открываю себя для перекачки энергии.

Следом за давлением пришла боль. Она резко обрушилась на меня, ослепляя и выбивая дух из тела. Меня будто вывернули наизнанку и начали пропускать через гигантскую мясорубку, каждый виток которой — слои изнанки и реальности.

Сердце тянуло энергию, а кристалл сопротивлялся. Его жилы сжались и начали двигаться. Осколки энергии изнанки закрутились вихрем вокруг меня, пытаясь пробиться через защитный барьер к моему телу.

Я рухнул на одно колено и упёрся ладонью в пол. Рука провалилась по локоть в вязкую холодную субстанцию. Да чтоб тебя! Это же надо было этому якорю так срастись с изнанкой!

Через меня хлынул поток энергии, выжигая мои энергоканалы и прожигая дыры в ауре. Тьма внутри меня пыталась как-то фильтровать этот поток, но легче мне от этого не становилось.

Кристалл передо мной дрожал. Пульсация его жил стала хаотичной, и по поверхности поползли первые трещины. Похоже, Сердце в этот раз не церемонилось со мной, вот и потянуло всю энергию разом.

Давление вокруг меня возросло в десять раз. Воздух стал тяжёлым, как свинец. Острые грани тени кружились всё яростнее, а я даже атаковать или защититься не мог. Все силы уходили на удержание связи.

Когда я уже решил, что останусь на пятом слое навсегда и завершу эту новую жизнь, раздался смачный хруст. Кристалл лопнул, словно перезрелый фрукт. Его жилы иссохли и начали опадать на пол, а осколки изнанки резко ускорились.

Из ядра кристалла вырвалась последняя, концентрированная волна энергии, и меня отбросило назад. Я летел сквозь парящие осколки, чувствуя, как они рвут одежду и режут кожу. Но эту боль я уже не чувствовал — после перекачки такого количества энергии всё остальное казалось