Ползунов. Медный паровоз Его Величества. Том 3 - Антон Кун

А за окнами, за оградой школы, жизнь Барнаула шла своим чередом: грохотали молоты в кузницах, скрипели колёса телег, гружённых рудой, а вдали, на горизонте, синели горы, хранящие тайны недр.

К полудню уроки подходили к концу. Модест Петрович похвалил нескольких учеников за аккуратность и велел повторить правила сложения дробей. Агафья Михайловна задала придумать рассказ на тему «Жизнь Барнаульского завода» — кто-то вздохнул, кто-то обрадовался возможности блеснуть красноречием.

Когда последний звонок (маленький медный колокольчик в руках сторожа) возвестил об окончании занятий, дети высыпали на крыльцо. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая покрытые светлой штукатуркой кирпичные стены школы в золотисто-розовые тона. Кто-то побежал домой, кто-то задержался в классе, чтобы ещё раз взглянуть на карту Сибири, где их маленький Барнаульский посёлок был лишь точкой на огромной территории империи. Те из учеников, кто приехал из деревень и Змеевского рудника, направились в сторону общежития.

Иван Иванович Ползунов, подходя к школьному зданию, отметил с удовлетворением, что учебный процесс идёт по плану, а ученики быстро привыкли к школьному распорядку. Он посмотрел на школу, на общежитие и подумал, что эти стены, эти уроки, эти дети — всё это станет частью большой истории Алтая. И пусть сегодня они учатся считать пуды руды и запоминают названия рек, завтра они будут строить новые заводы, открывать месторождения и писать новые главы в летописи края.

В это время на крыльцо вышла Агафья Михайловна:

— Иван Иванович, что-то случилось, — с легкой тревогой спросила она, увидев стоящего у крыльца Ползунова.

— Да, случилось, — Иван Иванович широко улыбнулся. — Завершился учебный день в новой общественной школе, разве это не событие?

— Учебный день? — Агафья Михайловна тоже улыбнулась. — Наверное это и правда событие… — она с нежностью посмотрела на Ползунова. — А ведь вы только вот в этот последний месяц стали улыбаться.

— Разве? Что же, значит раньше я не улыбался выходит?

Агафья Михайловна спустилась с крыльца и подошла к Ивану Ивановичу, слегка коснулась пальцами его виска, где были видны несколько ранних седых волосков:

— Да, раньше вы не улыбались… — тихо проговорила она.

* * *

Архип не стал откладывать в долгий ящик разрешение Ползунова на строительство своего дома и устроил свою избу на совесть. Изба просторная, с двумя окнами на улицу и одним во двор. На окнах занавески из белого коленкора да ещё из цветного ситца — это Акулина Филимонова постаралась украсить новый дом молодожёнов. Русская печь была огромного размера, с четверть избы, сбита из глины и кирпича и с кирпичною же трубой. От печи лестница-голбец ведёт в подполье. Вместо стульев — скамьи, вместо кровати — полати. Дверь, окна по краям были расписаны цветочными гирляндами, а белёная печь украшена росписью, изображавшей грозди то ли гранатовых яблок, то ли просто каких-то зрелых плодов.

Часть избы отгорожена матерчатой завесой — там располагалась спальня супругов. Акулина Филимонова овдовела очень рано, с первым мужем детей завести не сложилось и теперь она была вполне ещё в силах, а потому молилась о даровании ей с Архипом детишек. Архипа она полюбила как-то сразу, когда тот ещё просто заходил в горную аптеку вместе с Ползуновым. Пока Иван Иванович разговаривал со штабс-лекарем о своих делах, Архип ждал в аптечном магазине, разглядывая полки со снадобьями и книжные корешки. Так Акулина постепенно пригляделась к нему, а потом и вообще столоваться пригласила в аптечной кухне.

— Всё одно Иван Иванович сюда столоваться-то ходит, так чего ж тебе, Архипушка, где-то аппетиты нагуливать, приходи, я и для тебя приготовлю, — сказала тогда Архипу Акулина.

— А чего, вот и приду, — захорохорился Архип, но на следующий день действительно пришёл. Так у них понемногу любовь и сложилась.

Теперь Архип был главным мастером на строительстве новых заводских цехов, а потому ему, так же, как и второму главному мастеру — Фёдору, можно было уже не проживать в общем бараке, а начать строить свой отдельный дом. Фёдор всё не спешил с этим, ведь ни жены, ни детей у него не имелось, а вот Архип, как только дождался приезда Ползунова из столицы, то сразу же и испросил дозволения на стройку своего отдельного дома.

Дом построили ближе к берёзовой рощице на самом краю посёлка. Только Ползунов сразу предупредил Архипа, что посёлок будет разрастаться и потому через несколько лет дом будет стоять уже не на окраине.

— Ты смотри, Архип, дом делай добротный, чтобы долго простоял, — Ползунов говорил это с особой строгостью в голосе. — Если помощь необходима, то спрашивай, но только без излишеств.

— Иван Иваныч, да мне только если ты позволишь из мужиков моих из мастеровых пригласить на помощь, а в остальном я сам с ними столкуюсь-то, — Архип говорил спокойно, так как знал, что мужики ему помогут.

— На чём же ты с ними столковаться думаешь?

— Так здесь же дело простое, сегодня мне надо строить, а завтра и им понадобится, так вот и сочтёмся…

Акулина вышла на крыльцо навстречу подходящему к дому Архипу:

— Что же сегодня за праздник такой? — спросила она мужа.

— Какой же праздник-то, с чего это ты так решила? — не понял Архип.

— Так вроде всегда позже заканчиваешь работать, а сегодня смотрю вон как рано пришёл.

— Аа… — Архип расплылся в улыбке, — Так закончили цех новый, вот пораньше Иван Иваныч старших мастеров и по домам отправил, мол, отдохните, завтра день загруженный будет.

— А что завтра такое? — Акулина вытерла руки о фартук.

— Так завтра же мы лесопилку начнём на зиму закрывать. Ну… не закрывать пока, но готовить уже надо будет начинать. Да и у Иван Иваныча как я понял есть прожект новый, чтобы эту самую лесопилку как вот с печами-то цеховыми, на пару сделать. По мне, так потому он на завтра и думает дело начать, чтобы до зимы успеть. Тогда ведь и лесопилку перекрывать не понадобится.

Они вошли в дом, и Архип сел за стол. Акулина поставила перед ним большую чашку с горячим борщом:

— Ты поешь, Архипушка, поешь, — она села напротив и стала смотреть как Архип ужинает.

— А что же, еда-то ведь такая, будто и верно праздник какой, а? — отодвинув пустую тарелку проговорил Архип.

— Так оно может и праздник… — загадочно ответила Акулина и забрала