Мастер Рун. Книга 7 - Артем Сластин

— Господин! — Сяо подскочил, уронив одеяло и чуть не уронив щенка, который пискнул возмущённо. — Я волновался! Вада, парень прибежал, сказал, что вас увели люди в плащах! Я хотел побежать за вами, но не знал куда!

— Правильно сделал, что не побежал, — сказал я. — Это были люди Канцелярии Порядка. Всё решилось. Мне не грозит ничего. Больше никаких вопросов, понял?

Сяо замолчал, и по его лицу было видно, что он хочет спросить ещё сотню вещей, но сдерживается, и я был ему за это благодарен, потому что пересказывать весь этот безумный день у меня не было ни сил, ни желания.

— Есть хочу, — сказал я вместо этого. — Что у нас?

— Рис с овощами, я купил утром у тётушки Фан, ещё тёплый, и вяленая рыба, та, что осталась с позавчера. — Сяо засуетился, собирая на стол, с привычной расторопностью.

— Сяо, — сказал я, прожевав рис. — С завтрашнего дня у нас меняется расписание, я буду уходить очень рано, и возвращаться к обеду или чуть раньше. Каждый день, без исключений, так что утром лавка на тебе. Мастер Цао взял меня в подмастерья и у него такое расписание.

— Каждый день? — переспросил Сяо с интонацией человека, которому только что сообщили о конце света. — А лавка?

— Лавку будем открывать как вернусь, так что отсыпайся и отъедайся. Я как раз подумаю, чем тебя нагрузить, чтобы и польза была нам и тебе не скучать. Справишься же?

— Справлюсь, — ответил Сяо, и по его глазам было видно, что он одновременно горд ответственностью и немного ее боится, а то я пока только обещал. — А если придёт клиент с заказом?

— Запишешь. Имя, что нужно, и когда придёт забирать. Ничего не обещай, цену не называй, скажи, что мастер вернётся после полудня. Лавка работает так же, вывесим табличку, наверное.

— Понял. — Он помолчал, потом добавил осторожно: — Господин, а Бай-Бай… он сегодня не ел. Совсем. Я давал мясо, молоко, даже рисовую кашу, он всё понюхал и отвернулся.

Я посмотрел на щенка. Тот сидел у стены и, судя по всему, пытался лизнуть собственную заднюю лапу, что у него не получалось из-за непропорционально толстого тела и очень коротких лап.

— Давно?

— С утра. Я три раза предлагал.

Подойдя к Бабаю, я присел на корточки и протянул руку. Щенок ткнулся носом мне в ладонь, и нос был холодный, мокрый и абсолютно здоровый, по ощущениям.

— Может, просто не голодный, — сказал я, хотя сам не очень в это верил. Духовные звери в библиотечных свитках описывались как существа с чудовищным аппетитом, особенно в период роста, и если Бабай перестал есть, это могло означать что угодно. Мастер Цао говорил кормить его духовными ядрами.

— Бай-Бай всегда голодный, — возразил Сяо с авторитетностью человека, который кормил этого зверя каждый день. — Вчера он съел полкило мяса за два захода. А сегодня даже не понюхал.

— Ладно, понаблюдаем. Если завтра тоже откажется, пойду к кому-нибудь, кто разбирается в зверях лучше меня.

— А к кому? — спросил Сяо, и вопрос был дельным, потому что я понятия не имел, к кому в этом городе обращаются с больными духовными зверями, особенно когда зверь имеет непонятный статус. Я даже не знал, нужно ли их регистрировать и что-то делать.

— Подумаю, — привычно ответил я, и это слово, «подумаю», вызвало у меня уже рефлекторную тошноту, потому что за последние недели и дни, я столько раз его произносил, что оно потеряло всякий смысл.

Затем я наконец добрался до интерфейса. У меня так и висели три навыка, и нужно было что-то выбирать. Я наконец внимательно вчитался в них.

Железные кулаки — усиление ударов этером. Позволяет концентрировать этер в кулаках и предплечьях, значительно увеличивая пробивную силу. Эффективно против защищённых целей и духовных зверей.

Текучие руки — защитная техника перенаправления. Позволяет отводить и перенаправлять чужую силу, используя минимум собственной энергии. Усиливает рефлексы при ближней дистанции.

Глаз бойца — чтение движений противника. Пассивное усиление восприятия в бою. Позволяет быстрее распознавать намерения противника.

Железные кулаки конечно хорошо, но лично мне, лезть в ближний бой претило. Моя сильная сторона руны и мозги. Именно поэтому и текучие руки не подходили. А вот глаз бойца, с его чтением движений противника и улучшенным восприятием, выглядело как что-то, что вполне укладывалось в мою идею о том, что все навыки должны дополнять друг друга.

Поэтому выбрал именно его. Прислушался к себе, но вроде ничего особ не изменилось.

А раз так, и внезапной суперсилы, позволяющей побеждать всех я не обрёл, значит всё что мне оставалось, только втягиваться в новый режим и работать. И я должен признать, что мастер Цао, при всей его ворчливости, при всех его колючках и бесконечных «ты делаешь это неправильно, ты делаешь то неправильно, ты вообще всё делаешь неправильно», знал, что делал, когда составлял расписание, потому что оно работало.

Пассивное усиление восприятия, которое позволяет быстрее распознавать намерения противника. Аньсян говорила мне, что настоящий бой, это обман, и что прежде, чем ударить, нужно прочитать. Мастер Цао повторял то же самое, другими словами. Тело должно знать, куда полетит по тебе удар, раньше, чем голова решит уклониться. И мой навык Сосредоточение Духа, ментальная защита и ясность мышления, работал в связке с этим, создавая фундамент, на котором аналитический навык мог расцвести по-настоящему.

Да и Путь создателя, это не производственный навык, а философия понимания материи и энергии. Мой разум — первопричина. Я создаю вещи, и для этого мне нужно понимать структуру того, с чем работаю, видеть скрытые связи, читать логику конструкции. Глаз бойца делал то же самое, только с людьми вместо металла. Читать намерения, видеть структуру движения, распознавать паттерны. Созидатель, который понимает не только материю, но и тех, кто перед ним стоит. В этом была железная логика всех моих предыдущих выборов, такова она и осталась дальше.

А потом дни полетели, заметаясь только снегом и холодом, который становился всё сильнее и сильнее. На окраинах яруса, это чувствовалось особо сильно, а вот стоило добраться ближе к центру, под защиту горы и там становилось теплее, сама скала была тёплой и снега на улицах внутреннего города не было огромные каменные козырьки, словно грибы, защищали эту часть города от зимы. И лавки, как и дома там стоили в пять раз дороже.

Цао не показывал приёмов в привычном смысле, он не вставал в стойку и не говорил «повторяй за мной», нет, он просто атаковал, и мне нужно было не умереть, а заодно понять,