Небесный всадник - Кирико Кири

разу не промахнулась, когда хотела зафигачить мне по харе. И когда я говорю «сучка», тут скорее больше восхищения, чем осуждения. Мля, кажется, мне начинают нравится доминатриксы, какой пипец, этот мир плохо на мня влияет.

— Парируй, — произнесла она строго, когда я в четвертый раз получил по харе.

— Да я…

Слово «пытаюсь» утонуло там же, где и всё оставшееся предложение с дыханием — сучка изгалилась и ткнула меня в солнышко.

— Плохо пытаешься. Я буду атаковать, пока ты не защитишься нормально, имей ввиду. У нас весь день впереди.

— Я… понял… — встал я с трудом на трясущиеся ноги. — Я же пытаюсь…

— Ты же не будешь говорить врагам, что ты попытался защититься, и это не честно.

— Да, но типа я начинающий, а вы не враг. Хоть чуть-чуть поблажек можно?

— Нет.

И НА, НАФИГ, ПО ГОРБИНЕ МНЕ, Я АЖ, СУКА, СУТУЛИТТСЯ ПЕРЕСТАЛ!!!

Пипец, я ща копыта откину тут. Хотя хер там, не откину, она бьёт удивительно не сильно, чтоб я ласты не откинул, но больно, чтобы моя мотивация заставляла меня работать. Да и, в принципе, чё ныть, я же хотел стать крутым — пора стать крутым, даже через боль. В конце концов, все через это проходят, жёсткие тренировки и боль, а иначе буду говно в тачках возить, как золотарь.

Но били меня, конечно, долго.

Не тренировали — били. Серафина не мелочилась. Удар, встал, удар, встал, удар, подождала, пока встану, и ещё раз удар. По хребту, кстати, больнее всего. Иногда не сильно, иногда я был готов помереть прямо здесь и сейчас. Свидетелями нашего позора были все. Иногда сюда выходили служанки, без стеснения наблюдая за моей экзекуцией, иногда кто-то из всадниц, кто был свободен.

Серафина явно родилась с мечом. Я даже пытался убежать, а она мне этот меч в спину швырнула, сказав при этом:

— Никогда не поворачивайся спиной к врагу.

— Д-да… — прокряхтел я сквозь слёзы, пытаясь понять, мне сломали позвоночник или нет.

Короче, меня реально били до вечера, и это нихрена не была тренировка. Это было избиение. Но так как избивать меня было не за что, значит, пыталась таким образом чего-то добиться. Может после вчерашнего случайного финта она решила проверить, действительно ли я не умею сражаться на мечах? Ну типа колотить, пока я от боли не сдамся и не дам настоящий отпор?

Если это так, то не на того напала! Я нихрена не умею! А научился ли я чему-нибудь? Ну вообще да, спину не подставлять и просто держать дистанцию, потому что когда пытался атаковать, мне прилетало по самое не балуй. Мы даже обед пропустили, явившись сразу на ужин. И первое, что я услышал…

— У-у-у-у-у-у… — протянула Флория, взглянув на моё лицо. — Серафина, ты бы хоть пощадила новичка, на нём… — она подавила смешок, — лица нет…

— Ага, ставил его на площади… — пробормотал я, ощупывая аккуратно свою физиономию.

Да, Серафина била и по харе. Она вообще везде била, но по харе было больнее всего. От каждого тычка ты зрение почти сразу теряешь, в глазах всё вспыхивает белым, а после распухшие губы отвисают, глаз наливается кровь, дышать сложно, потому что мне, кажется, нос сломали.

Пока Флория угорала надо мной, а Каталина ела, будто ничего не происходило, Лорейн молча подошла, встала позади и приложила к моему лицу ладони, накрыв его полностью.

— Не двигайся.

О! Сейчас меня будут исцелять! Хоть погляжу, как магия выглядит!

Собственно, никак не выглядит. Я ничего не видел, и ладони её, как это показывают в аниме или фильмах, не светились. Было просто очень тепло, а боль начала медленно спадать, как если бы я принял какой-нибудь быстродействующий обезбол. Так и хотелось спросить: и всё, что ли? И это вся магия? Правда, тогда меня лечить не будут, поэтому я молча сидел и ждал, когда она закончит.

Через минут десять Лорейн отступила.

— Готово, — произнесла она спокойно и вернулась на своё место.

И надо сказать… да, слушай, а ведь действительно лицо заметно так зажило. Ну то есть болит, где-то припухло, однако теперь и жевать можно, и нос прямой, и глаз видит.

— Спасибо… — выдохнул я реально с благодарностью.

— Не за что.

— А магии… ей типа можно научиться или это чисто дар?

— Дар, — ответила Лорейн. — И тут у каждой свои наклонности. Кто-то хорош в защитной, кто-то в атакующей, кто-то в исцеляющей или в поддерживающей.

— А поддерживающая, это типа… силы?

— Да, силы, можно и так сказать. Сила, выносливость, скорость — всё, что делает человека быстрее и сильнее.

Прямо как в РПГ-играх. Забавно, вроде мир другой, а идеи все одни и те же. Вернее, не сами идеи, а взгляды на вещи. В одном мире эту систему придумали, в другом мире её используют на серьёзных щах.

Тем временем можно было вернуться к нашему ужину.

Вообще, мне здесь нравилось, я имею ввиду, в столовой. Длинный деревянный стол, во главе стола Серафина, рядом Каталина, и мы кто где, словно рыцари какого-нибудь стола. Пустовато, но, как я понимаю, скоро это исправят. Насколько я понял, можно ещё служанок о чём-нибудь попросить, и они принесут, но мне как-то просить и не хотелось ничего. А чё? Всё есть: чай, мясо, булочки, сладкое, солёное, ешь — не хочу.

Правда, интересно, обычный люд подобным каждый день не питается, а мы всё это не съедаем, и многое остаётся. Куда остатки? Выбрасывают? Или служанки доедают? Не знаю, чё меня этот вопрос заинтересовал, но…

Передо мной поставили стеклянный бутылёк с деревянной пробкой, в которой бултыхалась прозрачная жидкость.

— Это тебе, — произнесла Серафина. Пока я ел, как-то упустил момент, когда она успела перебазироваться со своего места аж на другом конце стола ко мне.

— Мне?

— Да, тебе. Завтра прилетают остальные всадницы, надо, чтобы ты выглядел как положено, а не как бродяга с подворотни. Знаешь, что это, не так ли?

— Зелье… — я с интересом покрутил перед глазами бутылёк.

Вот такая маленькая фигнюшка стоит дохрена и больше. На вид обычная вода в обычной стеклянной бутылочке, как от старых духов. По факту, внешне, если не брать стеклянную бутылочку, оно ничем не отличалось от отваров и настоек, которые использовали простые люди, но на деле может спасти тебе жизнь. Правда, с учётом последней информации она просто ускоряет регенерацию и чудо вряд ли сделает, но тем не менее.

Как именно она ускоряет регенерацию? Ну, как мне однажды сказал Крамер: магия.

Как по мне, охрененный ответ на любой непонятный вопрос. Почему