Солдат Второй Демонической - Владимир Анатольевич Васильев

здесь толклось довольно много. И кроме мужчин, было видно немало женщин, которых можно было назвать домохозяйками, некоторые даже с детьми. А ещё и несколько гномов я заметил. У них недалеко отсюда отдельный квартал, куда людям лучше не соваться. Как и коротышкам в человеческие кварталы, кроме рынка. Нет, не убьют, но могут обматерить, плюнуть и даже дать пинка. За большее уже вмешается стража, и мало не покажется.

А ещё я здесь в первый раз заметил мужчин расы людей-медведей, которую называют апаки. Трое стояли за столами в дальнем углу рынка, разложив на столах шкуры, какие-то лесные плоды и копчёное мясо. Я с интересом посмотрел издалека и сделал для себя вывод, что отличить мужчин от женщин у этой расы я могу только по наличию весьма крупной груди у дам. Нет, если часто буду видеть, то может и другие признаки стану замечать, да и по одежде можно различать, точнее по шнуровке, богато украшающей куртки и штаны этих типчиков. Даже более того, мне вчера говорили, что по этому украшению можно многое понять о каждом апаке. Племя, возраст, род занятий, положение в их обществе. Но… как-то мне это пока никуда не упёрлось, изучать символический язык дикарей.

А апаки именно дикарями и были. Вели кочевой образ жизни, быстро ставя и разбирая конусообразные жилища из шкур. Никакими сложными ремёслами не владели. Но были отличными охотниками, любили стальное оружие и готовы были выменивать его на шкуры и мясо в любых количествах.

Ещё апаки отличались крайней немногословностью. Предложение из трёх слов, которое от них можно было услышать, было уже длинным. А ведь эти медведи знали кроме своего языка, и язык людей, и божественный. Но обычно из каждого только несколько сотен слов.

Сами апаки были очень миролюбивы и без причины ни на кого не нападали, хотя обладали выдающейся силой, несмотря на скромные габариты — рост не достигающий и полутора метров, а сложение хоть и крепкое, но не чрезмерно.

Но и их никто никогда не трогал, потому что заповедь «око за око» была одной из основных у этих дикарей. И даже тайно убить мишку, допустим в лесу, не получится. Их шаманы легко призывают духов, остающихся после смерти апаков, и общаются с ними, так что в тайне нападение не сохранить.

Из ряда крайне необщительного поведения сильно выбивалось то, что часть человеко-медведиц охотно выходили замуж за людей. Строго по своим обычаям, то есть просто сказав что она «жена», и услышав в ответ от решившегося на такой шаг человека, что он «муж».

Кстати, процесс знакомства проходил тоже просто. На краю рыночной площади стояло конусообразное жилище апаков, в которое приходили желающие дамы, и большую часть дня сидели у порога или, правильнее, у полога, заменяющего дверь. Точнее сидела одна, хотя изредка там могли скопиться несколько кандидаток, но остальные на глаза не показывались. Впрочем, такое встречалось редко, потому что этот вигвам, как всплыло у меня в памяти что-то из детских воспоминаний Алекса, хотя он и сам не был уверен в правильном наименовании, обычно стоял пустым месяцами. Но бывало разом приходили несколько кандидаток в жёны.

Так вот, кандидаты в женихи могли подойти и затеять разговор, получая односложные ответы. А дальше необходимо было рассказать о своём доме, благосостоянии и предъявить подарки. Как правило оружие.

И никакой возможности выбрать из кандидаток не было. Пока первая не пристроится, другие просто не выйдут. Но в целом для людей апаки не различались. Хотя не совсем так. У дам мог быть разный цвет шерсти, размер груди и возраст. Ещё шнурки на одежде могли многое сказать, но только тем, кто в этом хоть как-то разбирался. Кстати, возраст можно было понять только или по украшениям, или спросив кандидатку. И он всегда укладывался в рамки от тридцати до тридцати шести лет.

И для апаков это был весьма солидный возраст. Эти люди-медведи взрослели очень рано, уже в девять лет считаясь взрослыми. А на взгляд человека и неотличимыми от других взрослых дикарей. Но и срок жизни у мишек был весьма коротким — не более сорока лет. Так что на рынок невест для людей являлись уже старушки по их меркам.

Так вот… если невесту устраивал внешний вид, рассказ о благосостоянии и предъявленные подарки потенциального мужа, то она отправлялась с ним посмотреть на жилище. И упаси демоны соврать. Если дом оказывался не соответствующим описанию, то невеста возвращалась к вигваму, предварительно ввалив обманщику неслабых люлей. И отбиться не получалось. Разве что с оружием, но тогда можно было сразу готовиться пополнить ряды нежити, потому что когда апаки считали себя вправе избить оппонента, то отступать просто не умели. Или побеждали, или погибали.

А дальше происходил обмен заветными словами «жена» и «муж», и начиналась семейная жизнь, которая, как правило, заканчивалась тем, что жена уходила в своё племя, сказав одно слово «умирать».

Если же умирал муж, то апака собирала всё ценное в доме и уходила в своё племя. При этом разве что сказав интересующимся одно слово — «умер». И никогда не ошибались. Эти дикарки чувствовали события в жизни своих мужей, что иной раз оборачивалось для тех немалыми проблемами.

Процедура развода предусмотрена не была, так что если жена надоела, то… принимайте сочувствие, потому что если начать относиться к супруге слишком прохладно, то… да-да, именно так — очередное избиение.

И даже в дальние походы не уйдёшь. Надолго не получится. Если жена не видела мужа дольше недели, то отправлялась следом. И всегда находила.

Также люли прописывались за измену, длительное отсутствие секса, плохое питание. Проще говоря за всё, что жена справедливо считала нарушением супружеских обязанностей.

Но надо отдать должное, если серьёзно косячила жена, например, по неосторожности испортила ценное имущество, то она сама говорила, что её можно избить. И никогда при этом не сопротивлялась.

Вот такие примитивные понятия.

Что надо было в браке апакам, выглядит просто — секс, вкусная еда и подарки. Причём если подарков давно не было, то те не стеснялись попросить что-то из имеющегося у мужа. Сами же они при этом разве что шуршали по хозяйству, но без фанатизма. И ещё могли сходить с мужем на охоту. И вот это давало огромный плюс. Идти на охоту с апакой — это значит вернуться с богатой добычей.

А вот что требовалось людям… Ну тут ответ тоже простой. В последние годы женщин на Диком Востоке стало не так