Арт 1 - Константин Георгиевич Калбанов

— К чему это глупость такую делать? — удивился он.

— А что, разве не получится?

— Получится, но подгонять надо будет. А что-то и вовсе не встанет. Мороки, чтобы разобрать что откуда много выйдет.

— Вот и я об этом. Ты собираешь только корпус из дерева. В слесарной мастерской делают механизм разбрасывания. Меднику я заказал короб и флягу. Всё это должно уместиться в твой ящик и потом работать как надо. И что получится, если всяк из вас станет делать как ему видится? — и сам же ответил на этот вопрос. — А ничего не получится. Одна сплошная морока. Потому и говорю, коли в размеры не попадёшь, я тебе за работу и полушки* не заплачу.

*Полушка — ¼ копейки

— Да-а-а, барич, ох и задачки ты ставишь.

— Но и плачу честную цену, — надавил я.

— Надбавить бы.

— За что?

— Так ить требуешь эвон чего?

— Я только хочу чтобы ты сделал всё как должно? А без доплаты, стало быть ты халтуришь? Я думал, что пришёл к мастеру. Или полагаешь кроме тебя иных плотников нет? Так ты только первый, и далеко не последний. А халтуру я и сам, вот этими руками выдать могу.

— Ох барич и привереда же ты.

— Берёшься или нет.

— Ты ить ещё и по городу понесёшь, что Фадей, мол, криворукий?

— А какой мне с того прибыток? Не хочешь, так я к другому пойду, мне без разницы кому серебро ссыпать, главное, чтобы дело сладили.

— Хорошо, барич. Сделаю всё ладно. Не сомневайся.

Я и не сомневаюсь. Мастера-то в Туле хороши, за что не возьмись, хоть по металлу, хоть по дереву. Просто вот таких жёстких требований им пока никто и никогда не предъявлял, вот и ерепенятся. Не хочется им ничего менять, ведь по старинке-то оно как-то привычней. И чёрта с два я нашёл бы мастера если бы не обозначил достаточно щедрую плату.

Со слесарем и медником похожий разговор уже состоялся. Те тоже кабенились и не понимали чего я от них хочу. Но в итоге решили, что предложенная мною плата стоит того, чтобы махнуть рукой на мои причуды и взяться за заказ.

О чём речь? Так ведь о клозете, мать его. Ну вот вымораживает меня обычное ведёрко, о горшке я тупо промолчу. Потому и решил поставить торфяной биотуалет. У нас такой был в расположении. С водяным унитазом конечно не идёт ни в какое сравнение, и лёгкий душок от него присутствует, с этим ничего не поделать. Но, как говорится, всё познаётся в сравнении. А если ещё и душистые травки подвесить, так и вовсе хорошо получится.

Ну и конечно же я и не подумал ограничиваться только туалетом. Душевая и рукомойник так же заказал. Это съест подчистую все мои денежные запасы, но ведь и родители кое-что на карманные расходы выделили. Немного, однако, надеюсь, что на первое время хватит. Тем более, что во всех трёх лавках у меня были готовы выкупить рисунки по пять рублей. Сущие копейки, согласен, но ведь это просто красивые рисунки совершенно незнакомых крепостных. Опять же, на начальном этапе, вполне приемлемо, так сказать, в целях рекламной акции…

Подворье плотника я покидал с чувством выполненного долга и невероятно довольный собой. Какая-то неделя и я наконец закрою вопрос, из-за которого испытываю постоянный дискомфорт. Ага. Вот такие реалии девятнадцатого столетия, а вы говорите — балы, красавицы, лакеи, юнкера, под хруст французской булки. Суровые будни, йолки.

Вышел на центральную улицу, являющуюся одновременно трактом, и направился к городским воротам. Тула город губернский, но размерами не впечатляет. Его стены имеют форму неправильного восьмиугольника вытянутого с севера на юг, общей протяжённостью порядка десяти километров, в поперечнике около двух и трёх, соответственно. По площади практически сопоставим с нашим поместьем.

Помимо стен его покой стерегут восемь бастионов и пехотный полк регулярной армии, несущий здесь постоянную службу. Ввиду близости засечной черты имеется хорошо оснащённое ополчение, которое проводит регулярные учения за счёт казны. Причём, насколько мне известно, без дураков. Хотя может быть это восторженные воспоминания реципиента, а на деле все уже давно расслабились и учения свелись к обычному формализму. Губернские города вот уже сотню лет никто не трепал.

Всё оружейное и промышленное производство расположено внутри стен. Там же проживает две трети шестидесятитысячного населения города. Треть обосновалась в пригородных слободках, уповая на безопасность. Впрочем, людям это ничуть не помешало организоваться и возвести деревоземляные укрепления, которые поддерживаются в хорошем состоянии. Вот такие реалии этого мира.

Улицы города довольно аккуратные, прямые и мощёные. Строения каменные или турлучные, крытые черепицей, и никак иначе. Из чистого дерева внутри стен нет ни одного дома, если только какие временные строения. Это серьёзно так отличает привычный мне облик деревянных российских городов и сёл, но факт остаётся фактом, строить тут предпочитают из негорючих материалов.

Планов особых нет, поэтому я прогуливался по улицам наслаждаясь тенью деревьев. Летний зной уже спал, воздух стал куда прохладней и таки завтра в школу, сиречь гимназию. Господи, как я дошёл до жизни такой? Я что, реально засяду за парту⁉

«Оружейный магазин Л. П. Чижова»

Вывеска попалась мне на глаза совершенно случайно. В смысле, я конечно же держу в поле зрения всю улицу, просто не планировал посещать оружейную лавку до тех пор пока у меня в кармане не появится хотя бы лишняя сотня рублей. Так-то мой арсенал вполне себе серьёзный, даже шестирангового поганого напугать сумел.

Помнится был у меня товарищ в армии, который в увольнительной тянул меня пошататься по магазинам, просто поглазеть. Не мой случай. Я предпочитаю ходить в подобные заведения только если мне что-то нужно и я могу себе позволить это купить.

Впрочем, как раз сейчас это наверное имеет смысл. Реципиент особого любопытства в отношении огнестрела не проявлял, да и не стал бы его никто воспринимать всерьёз, загляни он в оружейный. Эпоху я более или менее изучил, но как выяснилось, даже не подумал в сторону весьма важной мелочи. Я-то полагал, что капсюли и ударные составы в середине девятнадцатого века уже существуют, и мне не составит особого труда получить унитарный патрон. Но не тут-то было. Хотя и имелась надежда, что дело всего лишь в слабой информированности реципиента и помещиков в глубинке.

Едва подошёл к магазину, как в глаза тут же бросился частокол