Отморозок Чан 1 - Исаак Вайнберг

Теперь задумался он. И задумался крепко.

– Реально стоящая вещь этот «Лёд»?

– Да я тебе попробовать на месте дам. Там приход через секунду начинается – охуеешь. Лучше ты точно ничего не пробовал.

– А принести во сколько сможешь?

– Часа через полтора-два уже тут буду.

– Ну давай тогда через пару часов за свинофермами и грибницами. Там тихо – никто мешать не будет.

– Точно тихо? Если там вояки будут – сделка отменяется. Я уже сказал – мне проблемы с солдатнёй не нужны.

– Точно. Там никого не бывает, это склад. Ключ только у меня и отца есть. Но там открыто будет. На свиноферму тебя пропустят. Скажешь, что к Олегу пришёл, по поводу работы. Я предупрежу, чтобы тебя пропустили.

– Ну, окей. Тогда не будем время терять. Кстати, о времени: у меня часов-то нет.

– Да возьми мои, – широко улыбнулся Олег, – через два часа отдашь.

Угу. Отдам. Залупу тебе на воротник…

Следующие полтора часа я провел дома у командира. Капитана тут не было. Пару раз заходила старуха. Оба раза она недовольно смотрела на меня и уходила. Я ей явно не нравлюсь.

Наконец, за полчаса до встречи, я вышел из сарая и отправился на рынок. Быстро отыскав нужный прилавок, я растолкал местных и протиснулся в первый ряд. Продавец был увлечён чтением какой-то книги.

– Слышь, любезный. За часы такие сколько дашь? – я протянул ему электронные часы Олега.

Он оторвался от книги, взял из моей руки часы, прищурившись осмотрел со всех сторон, затем отдал мне обратно.

– Пять патронов.

– Ты во мне лоха увидел? Им цена минимум двадцать!

– Пять патронов, – с невозмутимым видом повторил он и снова опустил глаза в книгу.

Я оглядел прилавок. Мой взгляд упал на охуенный солдатский нож. На нем была наклеена бумажка с цифрой «7».

– На нож махнёшь? – я указал пальцем на приглянувшееся мне лезвие.

Торгаш снова оторвался от книги. Задумчиво посмотрел на нож, потом на часы у меня в руке.

– Давай сюда.

Я снова передал ему часы. Он убрал их куда-то под прилавок, затем взял нож, содрал наклейку с ценой и передал мне. Заебись.

Через несколько минут я уже шёл по тоннелю в сторону депо – местные подсказали, что именно там находится свиноферма, а заодно и грибная ферма – а мне как раз пиздец как охота посмотреть на местные грибы. Тоннель был освещён полудохлыми фонарями, расставленными на удалении метров в двести друг от друга. Так что шёл я практически всегда в полной темноте, ориентируясь лишь на тусклый свет впереди.

Наконец дорогу мне преградила грубо сколоченная деревянная стена, высотой достигавшая свода тоннеля. В левой её части была деревянная дверь с круглой стеклянной ручкой, наполовину почерневшей от бесконечных прикосновений немытых рук. Я потянул ручку на себя и дверь со страшным скрипом открылась.

В нос ударил жуткий смрад, перемешанный с горячим воздухом. Затхлый запах травы, гнилого мяса и дерьма… Фу, блять.

Поднявшись на высокий порог (высота пола до двери и после, сильно отличалась), я вошёл в помещение.

Пол застелен досками, деревянная стена за спиной, ещё одна стена, преграждающая мне дорогу далеко впереди, дверь и левая стена тоннеля обиты толстым слоем ваты, поверх покрытой прозрачным полиэтиленом. Справа от меня была ещё одна самодельная стена, грубо сколоченная из досок. Эта перегородка делила тоннель на две половины, в ней было четыре двери, расположенные через каждые двадцать-тридцать метров.

С освещением тут всё было отлично: электрические лампы ярко освещали всё пространство блока.

Так, что он там сказал… За свинофермами. Походу, это они и есть. Хотя, хрюканья я не слышу. Хуй с ним. Просто пройду этот блок насквозь. Попаду в ещё один – тоже пройду. И так пока эти ёбаные блоки не закончатся.

Я пошёл вперёд. Когда до стены, отделяющей меня от следующего блока, оставалось всего метров десять, дверь в ней внезапно распахнулась и из неё вышла женщина лет сорока, со светлыми сальными волосами и щербатым ебалом. На ней одет когда-то белый, а теперь жёлтый, весь измазанный грязью и кровью, халат. В руке у неё какой-то штык. Увидев меня, она вздрогнула, резко остановившись, затем положила ладонь на грудь, и закатив глаза, глубоко выдохнула.

– Господи боже, как вы меня напугали-то, – прошептала она.

– Хули ты шепчешь? – поинтересовался я.

– Шшшш. Хрюшки спят. И пусть спят дальше – мне надо заколоть трёх, а они очень нервничают, когда это видят.

– Понятно. Значит это свиноферма?

– Именно. А вы, наверное, наш новый сотрудник, да? Олег предупреждал, что вы придёте.

– Ага. Он там? – я показал пальцем на дверной проём у неё за спиной.

– Нет-нет. Он ещё не успел прийти. Давайте, раз уж вы тут, я вам пока покажу, как мы хрюшек забиваем.

– Бля, чёт не очень охота, – честно признался я. – Я его лучше там подожду.

Я снова показал на дверной проём у неё за спиной.

– Извините, но нет. Можете тогда тут постоять. У нас грибницы там, а я одна пока в смене – Федя с охраной не вернулся ещё. Уж простите, что не доверяю, но подождите тогда уж тут, хорошо?

– Боишься, что грибочки спизжу, а на тебя повесят, да?

– Нет, я не думаю, что вы украдёте…– смутилась она, – Просто я и так в долгах вся, нет у меня возможности из своих возмещать, случись…

– Да ладно, хорош оправдываться – понял я. Иди режь своих свиней ебучих. Тут подожду.

Я отступил в сторону и опёршись спиной о мягкую стену тоннеля, скрестил руки на груди.

Свиноубийца, смущённо улыбнувшись, быстро прошла к ближайшей двери, открыла её и вошла внутрь.

– Уууиии, уиии, – услышал я её голос.

Сука. Свиней парадирует. Ёбнутая.

– Уиии! Уииии! ААААААА! – услышал я дикий вопль.

Сука, что эта припизднутая творит вообще? Я оттолкнулся руками от стены и вошёл в открытую дверь.

– Ёбаный… Нахуй… В рот… – только и смог сказать я.

Сказать, что я охуел от увиденного, это ничего не сказать. Охуел от увиденного, это когда ты увидел, как кот ебёт оленя. Но нынешние мои эмоции хуй опишешь достоверно.

На полу, среди гнилой травы и опилок, на коленях стоит свиноубийца. Прямо перед ней на боку лежит, суча ногами и громко вопя (изображая раненую свинью), совершенно голая женщина. Её грудь залита кровью, трава под ней – тоже.

– Господи боже, как же это я промахнулась… Прости меня, моя хорошая… прости ради бога… шепчет свиноубийца. Сейчас… Сейчас всё кончится.

В этот момент