Идеальный мир для кузнеца - Олег Сапфир

Ща как наползут и все – трындец!

Ладно, взрослого паука можно файерболом завалить, а с этими как? Искрами посыпать?

Пока я паниковал, с печкой ничего не происходило. Из нее не вырвалось стадо маленьких пауков, не отпал от нее ни один кусок – она просто поглотила взрыв, причем без последствий.

Да, печка-то у меня просто офигенная!

Была бы у меня такая умная и неприхотливая жена, как эта печь, я бы, может, и сюда никогда не попал.

Судя по тому, как хорошо горели гоблины и сколько давали тепла, у них теперь начнутся веселые деньки. Зима холодная, сколько пройдет, я не знаю, а это значит, что топлива надо будет много.

Зеленых нужно валить пачками, тачками и россыпью, в промышленных масштабах.

Замерзать мне не улыбалось.

Холодало все сильнее. Причем на открытых участках, где раньше можно было спокойно пройти, все покрылось толстым слоем изморози. А вот внутри помещений нет ни снега, ни льда.

Хм, почему?

Может, магическая фишка самого замка?

Хотя с этим разберемся позже.

Главное, есть чем печку топить. Хоть это и гоблины, но, что поделать, выживает сильнейший.

«И приспособленный! Я бы еще добавил, – проснулся Дениска внутри. – Хорош голову ломать, спать давай, надо силы восстанавливать».

«И то верно. От зеленых как будто и тепла больше идет. То ли топливо хорошее, то ли натолкал под завязку».

«Может, и так. Может, ты просто выдаешь желаемое за действительное».

«Все, не тарахти, не мешай моему путешествию в царство Морфея».

На этих мыслях я и провалился в сон.

Что снилось, не помню, но я вдруг резко открыл глаза и вскочил.

Стал оглядываться по сторонам. Огонь в печке трещал, все вроде бы в порядке.

«Ересь какая-то приснилась», – подумал я.

Только собрался лечь обратно, как вдруг справа раздался голос Деда:

– Это хорошо, что ты проснулся. Есть дело.

Глава 15

Так вот в чем причина моего пробуждения. Протирая глаза, я широко зевнул и посмотрел на призрака.

– Ну конечно, тебе-то что, можно и без сна. Какое дело?

– Для тебя есть одно задание. Выполнишь – получишь награду.

– Награда – это хорошо. Награды я люблю. Ты бы мне что-то для тепла дал. Или информацию какую нужную.

Дед одобрительно закивал:

– В накладе не останешься, награда будет хорошей. Но сейчас выполнить мое задание ты не можешь.

– Просто прекрасно. Замечательно. Ради этого стоило приходить. Типа пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что. Какой тогда смысл сообщать мне об этом сейчас? Если уж тебе поржать охота, сказал бы проще: спустись в самый низ самого глубокого подземелья, найди там самого толстого гоблина и убей его самым мерзким гоблином, только обязательно ноги мне приволоки.

Дед шутку не оценил. Сказал довольно серьезно:

– Нет, просто ты еще слишком слаб. У тебя не хватит энергии, чтобы поделиться.

В этот момент рядом с Дедом возник еще один призрак. Материализовался из ниоткуда.

Этот точно воин.

Доспехи на нем подогнаны так, чтобы не сковывать движений. На вид тонкие, но мне почему-то казалось, что и копьем с размаха их не пробить. Воротник нагрудника плотно прилегал к шее, защитные пластины на руках – как вторая кожа, сразу и не заметишь. Никакой помпезности и вычурности. Доспех явно сделан на заказ, под конкретного бойца. А в том, что передо мной опытный и опасный воин, сомнений не было.

Эти доспехи отличались от тех, что делают для красоты и важного вида.

Помню, под Вологдой проходил фестиваль исторической реконструкции. Парни там были из клуба «Рыцарь», те фанатели от средневековых приблуд. Доспехи у них, как в лучших фильмах: с ног до головы в железе, везде узоры, шлем закрывал чуть ли не плечи, даже на ботинках – и то железная пластина. А недалеко пацанята лет десяти играли в салки. Ну, это игра, где нужно догнать соперника и «осалить», то есть коснуться его и передать ход.

Ну и один из пацанов, убегая от водящего, не заметил железную башню и на всем ходу в нее влепился.

Пацан отскочил, как мяч от стены.

А рыцарь покачнулся, сделал шаг назад, чтобы удержать равновесие, но у него не получилось. Стал падать и зацепил второго, тот третьего и так дальше по цепочке.

Короче, сработал эффект домино.

Рыцари падали, сраженные умелой рукой ребенка, так и не дождавшись главного сражения.

А поваленные мужики, кряхтя и ругаясь на чем свет стоит, барахтались в грязи и даже перевернуться не могли.

Тогда все ржали в голос с такой приколюхи.

Те доспехи не для сражений.

А вот этот мужик – полная противоположность тем ряженым.

От него просто веяло опасностью, готовностью делом доказать, на что он способен, если какой-то дурак бросит ему вызов.

В левой руке – короткий щит, в правой – булава с круглым навершием, на котором выковано много острых шипов.

Дед заговорил, представляя второго:

– Это мастер Виверин. Великий Мастер боя на булавах. Множество врагов полегло от его руки. Время мастера подходит к концу, его сила иссякает. Ему нужно уходить на перерождение, но для этого потребуется очень много энергии. А у тебя, к сожалению, такого запаса сейчас нет.

«Отлично, спасибо, что еще раз напомнил о моей энергетической ущербности. Рад стараться, буду исправляться», – подумал про себя.

А вслух сказал:

– Ну, раз вы все-таки пришли ко мне, значит, есть какой-то компромиссный вариант?

– Да, вариант есть. Ты получишь награду и от меня, и от мастера Виверина.

Я перебил деда и сразу взял быка за рога:

– Подожди. Может ли мастер Виверин передать мне что-то из искусства боя на булавах? Какие-нибудь базовые навыки, стойки для обороны и атаки? Хоть что-то, что поможет лучше орудовать вот этим.

Я кивнул на подставку для факела, которую как раз и приспособил под булаву.

Призрака мастера аж передернуло. У него так лицо скривило, будто я ему ведро навоза под нос поставил.

Он глянул на Деда и, видимо, что-то ему мысленно передал. Тот глянул в ответ и скорбно вздохнул:

– Мастер Виверин очень расстроен твоей просьбой. Он не собирается тебе это передавать. Не для того он всю жизнь посвятил этому бою, чтобы отдать его человеку, который машет огрызком железа, выдранным из стены. Но… – он взял паузу, погладил бороду и глянул на меня, – ты не переживай, я смогу тебя удивить. Награда полностью будет на мне.

Ни хрена