Идеальный мир для кузнеца - Олег Сапфир

Завалил, как и первую группу, подкрался из темноты и всадил сразу обоим ножи в спины.

Сумки с дровами отнес в тайник. Там их прибавилось значительно. Тем более печка у меня довольно прожорливая, дров надо много.

Самое сложное – завалить последнюю группу. Зеленых там десяток у костра жопу греют.

Решил делать по старой схеме. Так же подкрался и начал резать их со спины. Но не учел, что их больше. Завалил восьмерых. А вот двое оставшихся среагировали, ублюдки.

Выхватили копья и, вереща, кинулись на меня. Первое копье отбил ударом руки, как на занятиях по РБ учили, а вот второе проворонил.

Копье почти уперлось мне в бок, и уже на излете я смог откинуть его в сторону.

Реально, вся жизнь перед глазами пронеслась.

Наконечник зацепил куртку и оставил длинную царапину на боку, саднило жестко, не хватало еще заразу подцепить.

Первого гоблина от удара развернуло ко мне, и я воткнул нож ему в гортань, пробив шею насквозь.

Пока отбивал удар второго, этот, как размокшая глина, упал на пол и задергался, выталкивая всю кровь через пробитое горло.

Второй успел отскочить и даже не выпустил копье, намереваясь нанести мне еще один удар.

– Хрен тебе, рожа зеленая! – заорал я. – Убью, тварь!

Мне повезло, что древко копья уперлось в стену позади уродца, и он не смог замахнуться. Ударом ноги я выбил копье из рук зеленого, схватил его за шею и втыкал нож до тех пор, пока пережитый страх не начал меня отпускать.

Да, жестко получилось.

Ноги подкосились, и я плюхнулся на задницу у костра.

Больше так пока не буду делать.

Чуть не погиб геройски, пронзенный врагом.

Да и царапина теперь будет заживать долго.

Сумка с дровами здесь одна, но большая. Плюс те, которые в тайнике, итого пятнадцать. Вот это уже зашибись дров насобирал. Как же их теперь все тащить…

Только ее подхватил, как резкая боль пронзила руку. Палец, на котором было кольцо, запульсировал, словно его пережали клещами.

Котомка выпала из рук.

Ноги подогнулись, слабость во всем организме дичайшая, я свалился на пол и застонал. По моим мышцам прокатывался импульс, то раздувая их до невероятных размеров, так что трещала кожа, то сжимая вокруг костей, высасывая все жизненные силы.

Хрен знает сколько это длилось… Долбаное кольцо вытягивало из меня все.

И раз – все резко оборвалось.

Я лежал на полу и хватал ртом воздух, а его все не хватало.

– Хорошо, что я гоблинов завалил раньше, а то насадили бы меня на копье, как курочку на шампур.

Кольцо оказалось с сюрпризом.

Если так будет повторяться, может, и палец придется нахрен отрезать.

Пора убираться отсюда.

Потянулся за сумкой. Только дотронулся до нее – хлоп! Обдав меня воздушной волной, котомка пропала.

Ох ты ж твою мать!

Что произошло?

Только прикинул, что ее в кузницу отнесу и все…

Пропала.

Я сейчас очередную способность получил?

Или эта сумка зачарованная, невидимка?

Меня качнуло, слабость во всем теле жесткая. Рука проскользнула по залитому кровью полу и ткнулась в мертвого гоблина.

Хлоп! И этот пропал!

Че за хрень!

Как это работает!

Зеленый пропал, а у меня сил убавилось еще больше. В голове зашумело, перед глазами поплыли цветные круги.

– Да такими темпами я и до кузни обратно не дойду, – вздохнул я. – Так, Денис, хорош тыкать рукой во все стороны. Сил совсем нет, еще этот холод собачий пробирает до самых костей. Надо сваливать.

Неплохо бы еще силы восстановить. Лучше охоты в этом ничего не помогает.

На карте, прямо на моем пути стоял гоблин, дрожал как осиновый лист, но с места не уходил, значит, дозорный, решил я.

Времени на танцы с бубном не было, сил тоже. Подходя к гоблину, свистнул негромко. Тот обернулся на звук и сразу кинулся на меня с копьем наперевес.

Ага, бывали – знаем.

Со всей силы бросаю нож, расстояние небольшое, клинок делает один оборот и пронзает зеленому сердце, войдя в тело по самую рукоять.

Не до церемоний. Выдергиваю нож и обтираю кровь об одежду уродца.

Надо двигаться дальше.

Гоблины попадались все больше поодиночке. Только пару раз встретил по двое. Завалил всех, просто и без понтов.

Времени на поиски потратил много, но и силы восстановились. Плюс двадцать пять поганых рож на моем счету.

Пока охотился, понял, что исчезновение вещей очень похоже на аннигиляцию – то есть когда частица и античастица встречаются друг с другом, то уничтожаются или преобразуются в другую материю, при этом вырабатывается неплохое количество энергии.

«Какой же ты занудный, просто беда», – внутренний Денис вставил свои пять копеек.

«Ну, я так из физики помню».

«Да где ты видел, чтобы так помнили-то? А? Сказал бы проще. Одна вещь тыкает в другую вещь, и получается третья вещь. Или ни хрена не получается».

«Так под твое определение можно что угодно притянуть, даже процесс зачатия».

«Ну и что, зато по-людски, зато понятно».

«Тьфу на тебя».

Но в целом он прав, особо не поспоришь.

А вот теорию хотелось бы проверить.

Возвращаясь к себе, я наткнулся на двух гоблинов на карте. Они лежали в комнате друг возле друга: один, походу, мертв, валялся в луже крови. Второй еще шевелился.

Меня там точно не было, значит, они что-то не поделили и почикали друг друга.

Судя по картинке, раненый лишился языка, кровь сочилась изо рта, у него был вспорот живот и из ноги обильно хлестало.

Второй явно труп, лежал лицом вниз и не подавал признаков жизни.

Можно предположить, что тот, который труп, захотел отрезать язык второму, может, он болтал много и спать ему не давал, но не рассчитал силы и теперь вон лежит отдыхает.

А болтуну досталось сильно, но еще не отошел в мир иной.

Можно попробовать поэкспериментировать.

Путь до них неблизкий, пришлось обойти пару гоблинских постов, один раз чуть нос к носу не столкнулся с часовым, но вовремя свернул в потайной ход.

Вот она, комната с раненым.

Захожу внутрь, опасаться мне нечего, он сейчас в таком состоянии, что и шевелиться едва может.

Уродец лежит на спине. Увидел меня, глаза вылупил, мычит что-то. Радуется, наверное, собеседник новый пришел.

– Ты меня понимаешь?

Я решил начать с вопроса. Убивать его сразу смысла нет, нужно изучить.

Гоблин зарычал-замычал, свежая кровь потекла по подбородку. Одной рукой попытался подтянуть себя в сторону, где на полу лежал его нож.